Их лучшая игра - Мария Хайт

Другие девочки тоже не переговаривались, на их лицах застыл страх.

Кира несколько раз останавливалась, когда белые перчатки сплошь покрывала кровь. Эта картина казалось донельзя нереалистичной, будто происходила с кем-то другим, но не с ней.

Почистив ковер, стены и ручки дверей, они переключились на паркет. И вот тут Кира обнаружила то, что вызвало у нее животный ужас. Аккурат возле ножки дивана лежал зуб. Какой именно, значения не имело. Это был человеческий зуб. С трудом проглотив слюну из-за комка в горле, Кира позвала Дашу. Та лишь вытащила бумажную салфетку и рывком убрала находку. Кира все пыталась рассмотреть в ее глазах хоть каплю сожаления, но Даша не снимала холодной, расчетливой маски.

– Вы хотя бы сфотографировали то… – начала была Кира, но тут Даша как с цепи сорвалась. Схватила ее за руку и выволокла в коридор.

– Не знаю, что ты хочешь этим доказать, Ари, – с нажимом и агрессией прошипела она, делая акцент на выдуманном имени, – но не у всех есть мамочка и папочка, которые ее содержат, не все могут позволить себе распускать слюни. За твоей спиной, наверное, есть семья, за моей никого нет. Аренду за жилье и кредит на учебу никто не выплатит, ясно?!

Так же резко, как схватила, Даша отбросила руку Киры и вернулась в комнату.

– Можешь валить в туалет дальше оттирать блевотину! – крикнула она изнутри.

Едва справляясь с гневом и раздражением, Кира действительно вернулась в туалет, только в этот раз нагло подперла дверь тележкой изнутри. Если кто-то ввалится к ней, то пусть споткнется об нее и растянется на кафеле, она же успеет дать ему с ноги и убежать. Плевать на этих гостей и их статус, главное – не попасться.

Глава 8

Кира вернулась домой хмурая и перекинулась с мамой лишь парой фраз. Та расспрашивать не стала: она всегда давала Кире пространство, чтобы дочь решила сама, когда лучше поделиться новостями. Но в этот раз Кира не хотела делиться. А собственно, чем?

«Мама, в месте, где я работаю, убивают девушек из эскорта».

К слову, Кира так и не поняла, погибла ли та девушка или была только покалечена. Скорая к клубу не подъезжала, да вообще никто не подъезжал. Наверное, ее увезли на одной из машин гостей. Не исключено, что сам обидчик. Хотя откуда Кире знать…

Возвращаться в клуб не хотелось, и Кира только сейчас поняла, как умно выдавать заработок на следующий день. За ночь многое в памяти и эмоциях размывается, на душе становится легче, и мир уже не так ужасен. Человеческий мозг, в особенности память, поразительно устроен: люди быстро забывают плохое. А еще, как оказалось, если человек нуждается в финансах, то и совесть легко идет на сделку.

В понедельник клуб отдыхал, а значит, деньги должны выдать во вторник. Мысль о жертве гостя Киру не отпускала, поэтому на очередной лекции она решила подсесть к Даниилу.

Он был уже в другой рубашке, но тоже легкой и совсем не подходящей для осени. Волосы его, вероятно, отдыхали от геля, поэтому топорщились во все стороны. Без черной подводки парень выглядел усталым и скучным. Не осталось и следа от харизматичного Дэми. Но Кира была благодарна ему за спасение, поэтому намеревалась раскрыть себя, сблизиться и поболтать.

– Привет, – сказала она тихо, примостившись со стороны окна и своим движением вынудив Даниила подвинуться, что он сделал без охоты. – Ты меня помнишь? Я хотела спасибо сказать…

– Мы квиты, Ари, – холодно отозвался он, однозначно давая понять, что знает ее.

– Квиты? – Первое удивление прошло, и Кира с подозрением сузила глаза.

– Да, спасибо за ручку.

Кира чуть не поперхнулась. Чего стоит ручка против спасения от сексуально озабоченного мужика?

Раздался звонок – началась пара. Профессор в ту же секунду зашел в аудиторию, словно ждал все это время под дверью. Кое-где раздались недовольные вздохи тех, кто надеялся на забывчивость препода.

Даниил вытащил из кармана джинсов смятый кусок бумаги и аккуратно, даже с толикой любви разгладил его по парте.

– Хочешь, я тебе тетрадь подарю? – не удержалась Кира.

Парень лишь бросил насмешливый взгляд в ее сторону.

– Надеешься, что я снова окажусь рядом?

Кира отрицательно качнула головой:

– Просто жалко смотреть на этот огрызок в клетку.

Даниил хмыкнул, но промолчал. Он оказался непростым собеседником, и Кира бы не удивилась, будь у него брат близнец, который наряжается и вместо него поет на сцене.

– В общем, спасибо еще раз. И… – Кира секунду сражалась с собственной гордостью и возникшей между ними неловкостью, – …слушай, ты не знаешь, что случилось в приват-комнате? Там кто-то пострадал?

Даниил демонстративно вытащил из кармана ее же ручку, улыбнулся одними уголками губ и написал в углу мятого листа дату. Кира завистливо покосилась на ровные цифры: почерк у парня был отменный.

– Старайся не совать нос куда не нужно. Работай тихонечко и не отсвечивай, – произнес он, глядя в сторону кафедры.

– Звучит как фраза из старого фильма с плохой актерской игрой. Ты должен понимать, что если бы не…

– Тот хорек только полапать тебя хотел.

– Откуда знаешь, что он там хотел?

– Он и раньше приставал к новеньким.

– А та девушка? С ней-то что произошло? Мне нужно бояться?

– Только если решишь поработать в эскорте.

Даниил нахмурился, словно вокруг него начала летать назойливая муха, а под рукой не оказалось ни хлопушки, ни газетки.

– Она умерла, да? Он ее до смерти избил? – спросила Кира уже тише, пригнувшись.

И парень, ровно, как и Даша в тот вечер, резко к ней повернулся, даря уничтожающий взгляд.

– Послушай… Кира или Ари, плевать. Если тебя что-то смущает, просто вали. Беги без оглядки и не возвращайся. Таким правильным тихоням вроде тебя в «Бабочке» не место. Мы все там оказались не потому, что нам нечем заняться между поездками за границу, кто-то должен платить по счетам.

Очередной укол в адрес Киры и ее недалекости по части чужих бед.

«Может, Даниил тоже детдомовец? А им разве не положены квартиры после выпуска или какая-то помощь?»

От острого взгляда соседа Кира покраснела и съежилась. Жгучее желание пересесть заставило ее поднять тетрадь с ручкой и схватить рюкзак. Но мгновение спустя, она вернула вещи обратно на парту.

– Я просто хочу понять, во что ввязалась. Деньги мне нужны не меньше вашего. Но не настолько, чтобы рисковать жизнью.

Даниил недовольно провел кончиком языка по ровным, будто