Соблазнительная скромница - Валери Боумен

— Моя сестра любит все, что растет, а я предпочитаю книги.

Кристофер кивнул:

— Хорошо, я буду приносить вам книги.

Помолчав, она дотронулась до его руки кончиками пальцев:

— Вы не обязаны мне хоть что-то приносить. Надеюсь, вы это понимаете.

Кристофер не мог не обратить внимания, как между ними проскочила искра от ее прикосновения.

— Какой же тогда из меня поклонник?

Когда леди Элизабет убрала руку, то место, где она коснулась его, горело огнем.

— Мне никто еще не дарил цветов, поэтому все на ваше усмотрение.

Сердце у Кристофера сжалось. Это ведь уже второй ее сезон. И ей никогда не дарили цветов? Вот почему она подпирает стены на балах. Но ведь это неправильно. Так не должно быть: она хороша собой, умна, образованна.

Когда они возвращались к экипажу, он спросил:

— Почему у вас не было поклонников?

Поморщившись, Лиз ответила:

— Я же пристеночница, «синий чулок».

— Но почему у вас такая репутация? Вы красивы, из хорошей семьи. Наверняка кто-нибудь из тех молодых людей, что обхаживали Джессику, пытался заговорить и с вами.

Она рассмеялась:

— Вот вы, например.

— Именно поэтому мне непонятно. Вы не менее привлекательны, чем ваша сестра, а на то, что вы не поете и не играете на рояле, джентльмены вполне могли посмотреть сквозь пальцы.

У нее и правда вдруг выступил румянец на щеках или ему мерещится?

Она пожала плечами:

— Дело в том, что я отвратила от себя всех джентльменов, которые в прошлом году пытались пообщаться со мной, своим острым языком и неспособностью проявлять сдержанность и кротость. Я не пыталась соблазнять, привлекать к себе внимание, потому что не ставила перед собой цель выйти замуж.

Кристофер хмыкнул, но Элизабет не обратила на это внимание и продолжила:

— Я терпеть не могу пустословие и болтовню ни о чем — лишь бы привлечь внимание и укрепить самомнение мужчины, и просто отказываюсь в этом участвовать, что приводит в смятение мою матушку.

Он остановился и повернулся к ней:

— Вы не слишком высокого мнения о мужчинах, я прав?

Лиз хотела было ответить сразу, но передумала, а потом, помолчав, все же сказала:

— Вообще-то да, но не обо всех. Джастин, Себастьян, мой дед и подобные им — разумеется, исключения.

— Значит, все-таки есть мужчины, которые достойны вашего уважения? Это оставляет мне надежду.

— А есть леди, которые достойны вашего уважения? — задала она встречный вопрос, приподняв бровь.

— На одну я смотрю прямо сейчас, — признался он с улыбкой.

Уголки ее губ слегка приподнялись, едва намекая на улыбку, но она отвернулась и, глядя на розы, спросила:

— А вот так гулять среди цветов тоже полагается во время ухаживания?

— Думаю, да.

Скрестив руки на груди, она взглянула на него:

— Откуда вы черпаете информацию об ухаживании?

Он чуть склонил голову и уточнил:

— Вы действительно хотите это узнать?

— Конечно.

— Я начал с Торнбери.

— О, тогда ладно: он должен знать. Джессика в прошлом году задала ему трудную задачу. Бедняге пришлось извиняться перед ней едва ли не ежедневно, прежде чем она проявила сочувствие.

Кристофер засмеялся:

— Я помню.

— Розарий восхитителен! — заметил Кристофер, сцепив руки за спиной.

Лиз пожала плечами и равнодушно заметила:

— Наверное…

Он вскинул брови:

— Вам не нравятся розы или цветники вообще?

Лиз вздохнула:

— Ну, это Джессика любит возиться в земле, среди всяких жуков и пчел. Я терпеть не могу жару, солнце.

— И поэтому предпочитаете библиотеку?

— Да, там всегда тихо и прохладно, но по каким-то дурацким правилам парочки не ходят на прогулку в библиотеку, поэтому мы здесь.

Кристофер хмыкнул:

— Да, период ухаживаний не всегда радует обоих молодых людей.

— Даже если это всего лишь игра.

Оба засмеялись, потом Кристофер, щелкнув пальцами, объявил:

— У меня есть кое-что — вам должно понравиться.

Он бегом бросился к двуколке и вернулся с лоскутным одеялом.

— Это для чего? — удивилась Лиз.

— Торнбери рассказывал, как привез сюда Джессику, и они устроили пикник. Боюсь, это один из немногих примеров ухаживания, о которых я знаю.

Он, конечно, покривил душой, но ей об этом знать необязательно.

При упоминании о пикнике Лиз оживилась:

— А еда имеется?

Кристофер хмыкнул:

— Нет, настолько далеко я не зашел.

Явно разочарованная, она спросила:

— Если вы не взяли с собой еду, зачем беспокоиться обо всем этом?

— Правильное замечание на будущее. — Он показал на траву под деревом. — Может, посидим немного?

Лиз кивнула, но дожидаться, пока он расстелет одеяло, не стала и взялась за другой конец, чтобы помочь.

Кристофер с интересом посмотрел на нее. Как правило, леди, с которыми он проводил время, жеманничали и ожидали приглашения присесть, а потом еще и помощи, но не леди Элизабет.

Быстро скинув туфли, она опустилась на одеяло и спрятала ноги под платье.

— Откровенно говоря, это так здорово — выбраться из душной гостиной!

Видела бы сейчас ее матушка! Лекции о поведении на природе и правильном пользовании шляпой было бы не избежать.

Она сейчас напоминала кошку, греющуюся на солнышке. Он никогда не общался с дебютантками, но не сомневался, что скинуть туфли вот так, запросто, вряд ли приемлемо. Только его это ничуть не возмутило, а, напротив, развеселило. Кристофер тоже сел, но на расстоянии вытянутой руки.

— Что теперь?

— Хм. Как-то не подумал. Может, тогда просто поговорим.

— Поговорим? — Лиз опустила голову и сдвинула брови.

— Да, так принято при общении. — Его губы сложились в улыбку. — Во всяком случае, мне так кажется.

— Хорошо, поговорим, но никаких пустопорожних разговоров: я их терпеть не могу.

— Вот и замечательно. Я тоже. Может, расскажете, почему вам так претит замужество?

Улыбка осветила ее лицо.

— Да уж, это совсем не пустопорожний разговор. Давайте прикинем. — Она подергала траву у края одеяла. — Если откровенно, причин несколько, но, кажется, главная — мое нежелание подчиняться правилам и делать то, что мне неинтересно.

— Вы имеете в виду, что не хотите замуж только потому, что от вас этого требуют?

— Нет, не совсем. Мне всегда хотелось поступать не так, как хочется кому-то. Во мне сидит какой-то дух противоречия.

Кристофер кивнул: ему это было понятно. Он частенько ощущал нечто похожее, хотя никогда не говорил об этом. Как-то так получилось, что у нее вышло объяснить ему его же мысли намного лучше.

— Знаете, вы, похоже, описали причину, по которой я не женюсь.

Именно это приключилось у него с Элис, но Элизабет знать об этом не нужно.

— Все-таки вы маркиз, и когда-то вам все равно придется жениться, ведь так?

— Вы про титул? Так у меня есть брат.

— Правда? — Брови у нее поползли на лоб. — Вы