Сердце в оковах - Кэтрин Болфинч

– Адам пробудет у нас несколько дней, рыбка, – сонно прошептал Вито. – Я обещал его боссу безопасность.

– Конечно, – выдохнула я, пытаясь не замечать, что его пальцы на миг замерли. Под одной крышей с Адамом несколько дней.

Черт возьми, когда-то это было мечтой подростка. Сейчас же я хотела, чтобы он скорее уехал. Эмоции схлынули, теперь я понимала, что рисковала очень многим. В том числе жизнью. И не только своей.

* * *

Утром я проснулась в одиночестве. Вторая половина кровати пустовала, заставляя облегченно выдохнуть. Что ж, по крайней мере я могла не переживать из-за выполнения супружеского долга в начале дня. Хотя я была убеждена в том, что день будет дерьмовым. Он ничем не отличится от тысячи других дней, которые я провела в этом доме. Разве что теперь под одной крышей со мной спал человек, в чьих руках находилось мое спасение и проклятие.

Я поднялась с кровати, осматривая комнату, стеллаж с книгами на противоположной стене, огромные окна, выходящие на море и сад, в котором Вито заботливо поливал цветы и деревья. Пожалуй, растения и бизнес – единственное, к чему Вито относился с нежностью.

В одной из моих любимых книг нашлись такие слова: «История – это бинты для того, что сломалось. Швы для того, что разорвалось. Ковер, на котором мы пишем наши жизни… Истории порождают наши мечты и подпитывают то, что никогда не умирает»[3]. Я тоже своего рода женщина без имени, прямо как главная героиня книги Чарльза Мартина. Ей тоже пришлось стать кем-то другим. И ее, как и меня, настигло прошлое, накрыло бураном, настоящей сибирской метелью где-то в тайге.

Я читала, чтобы не сойти с ума. Книги давали мне надежду. Я никогда не думала, что моя жизнь однажды окажется достойным сюжетом, но почему-то события последних пяти лет тянули на бестселлер.

Адам никогда не любил читать, это пришло со временем, уже после нашей встречи. Мы зачитывались по ночам, вместо того чтобы бегать на вечеринки, напиваться до беспамятства и срывать друг с друга одежду в порыве пьяного бреда. Мы снимали ее друг с друга неспешно, наслаждаясь каждым мгновением, подолгу смотрели в глаза, целовались с полной уверенностью в чувствах.

Так смешно все закончилось. Мы были подростками, полными надежд и целей, а стали потерянными взрослыми.

Я надела строгое платье, завязала волосы в высокий хвост и вышла из комнаты. Нужно пойти на кухню, взять чашку кофе и вернуться к привычной жизни – насладиться последними летними деньками в тени сада, но вместо этого ноги как-то сами по себе привели к комнате, в которой находился Адам.

Я приоткрыла дверь, заглянула внутрь. Он все так же лежал на кровати – кажется, спал. Я почувствовала себя неправильной и спешно закрыла дверь. Мне там нечего делать. Если бы Вито увидел мой интерес, вряд ли бы ему это понравилось.

– Можешь не прятаться, – раздался хриплый голос, от которого внутри все похолодело. Черт возьми!

Я снова открыла дверь. Попытка номер два. Вряд ли она окажется более удачной.

Адам устремил на меня взгляд, на его губах расцвела ехидная усмешка; даже несмотря на то, что лицо отекло, а синяки приобрели фиолетовый оттенок, мне захотелось врезать ему. Я злилась. Действительно злилась на парня, которого не видела пять лет. За то, что приехал, разрушив весь привычный уклад. За то, что подарил надежду. За то…

– Пришла рассказать мне свою историю? – За то, что просил о невозможном.

– Пришла с просьбой убраться отсюда в свою дыру.

– Я думал, что мой город – твой любимый. Тот, в котором ты провела прекрасные несколько лет.

– Провела, Адам, – холодно улыбнулась я, давя в себе желание опуститься рядом с ним на кровать. – Теперь у меня следующие несколько прекрасных – отвратительных, невозможных, адских – лет.

– А потом ты так же исчезнешь?

– Кто знает. – Я пожала плечами и повернулась к двери.

– Надеюсь, я могу рассчитывать на завтрак, – крикнул он вслед, – и на хорошую книгу.

– Найдешь сам.

– Я думал, твой муж достаточно богат, чтобы держать прислугу.

– Да, – я повернулась к нему. – Хочешь стать садовником? – Смешок слетел с моих губ, Адам покачал головой, и я поспешила уйти, закрыть эту дверь, как если бы могла оставить за ней свое прошлое.

Я спустилась вниз, все же взяла свой кофе и завтрак и устроилась на белой веранде, увитой плющом. Вито где-то пропадал, прислуга шастала по дому, так что я могла никуда не торопиться. Будто последние пять лет мне приходилось опаздывать. Я едва не рассмеялась над самой собой.

Почему? Почему его так волновала моя история? Почему он хотел ее услышать?

Я не хотела ее рассказывать. Даже не хотела вспоминать.

Глава 9. Адам

Несколько часов назад

Я проснулся из-за горящей боли в груди, когда солнце еще не коснулось рассветными лучами стен комнаты. Сон уже ушел, и его сменил Вито Скальфаро, появившийся в дверях.

На какой-то момент показалось, что он ненастоящий, что я спятил. Но Вито шелохнулся, уверенной походкой подошел ближе, я только успел приподняться на подушках, чтобы не чувствовать себя уязвимым. Именно так я себя и ощущал рядом с ним. После того, как увидел ее. Я чувствовал себя проигравшим.

– За нападением стоит семья де Скарцис. – Низкий голос окутал комнату бархатом. Я кивнул, разглядывая уже полностью собранного мужчину. – Они получили ответ, твой босс тоже получит то, за чем ты приехал. – Только сейчас я обратил внимание на бумаги в его руках. – Экземпляры с моей подписью. – Вито небрежно бросил стопку на край кровати. – Буду ждать твои подписи сегодня вечером. В качестве извинений мой доктор присмотрит за тобой, так что можешь остаться здесь на пару дней.

Мне хотелось послать его к черту.

– Ни в чем себе не отказывай, – бросил мужчина, направившись к двери. – Мои ребята привезли тебе кое-какую одежду из твоего номера.

Интересно, ни в чем себе не отказывать распространялось на его жену? Я все еще жаждал узнать историю о том, как остался в дураках. Да что там в дураках, в чертовых идиотах.

– Спасибо, – банальная вежливость, не более.

– Мы ведь теперь партнеры, а партнеры помогают друг другу в делах, – отозвался он перед тем, как дверь с тихим щелчком закрылась.

Я с трудом поднялся с постели, оглядел разодранный в клочья костюм с грязными пятнами повсюду. Галстука не было вовсе, как и половины пуговиц на белой рубашке.

Как они не побрезговали положить меня на кровать?