Королевский маскарад - Арлин Джеймс

— Пожалуйста, скажи мне, что кто-то убил его, пробормотал Ролли мрачно.

Лили только вздохнула.

— Никто никогда не рассказывал, что случилось, когда Спенсер явился к принцу Чарлзу с пленкой, сказала она, — но никаких денег не было уплачено, и Дэймон клянется, что этот негодяй Спенсер теперь находится не ближе тысячи миль и никогда не вернется. Я не могу представить себе, что он все еще такой же красавец. Я точно знаю только то, что, когда глубина его предательства была обнаружена, принцесса перестала быть такой, какой была прежде.

Ролли повернулся лицом к стойлу, наклонил голову и задумался. Лили спросила, кусая губы:

— Ты никому не расскажешь?

Он удивленно взглянул на нее.

— Неужели ты сомневаешься?

Она отвернулась, не в состоянии ответить ему.

Он потер лицо рукой, повернулся и тоже прислонился спиной к воротам.

— Мне нет дела до принцессы, но я понимаю, что она нуждается в защите.

Лили остановила на нем озадаченный взгляд.

— Хорошо, но почему же мы говорим об этом, если тебе нет до нее дела?

— Потому, что я хочу, чтобы ты ко мне хорошо относилась, — сознался он. — Я обидел тебя, не понимая, почему ты защищаешь свою госпожу. Это беспокоит меня. Мне нужно, чтобы ты знала, как я восхищен твоей верностью. Я только потом догадался, что ты пыталась объяснить мне. Я был не прав, когда судил ее, но ты понимаешь, что я не хотел сделать тебе больно.

— Я и не думала так, — честно призналась Лили.

Он смотрел на нее, и она чувствовала, что он пытается понять что-то еще.

— Почему же ты избегала меня?

Она открыла рот… и закрыла, не зная, что ответить. Как смогла бы она объяснить, что его мнение о принцессе Лилиан было важно для нее, поскольку она, Лили, и была принцессой? С другой стороны, могла ли она принимать его слова на веру? Что, если он знал или подозревал истину? Что, если он был еще одним Спенсером? Она покачала головой, запутавшись в собственных чувствах.

— Лили, — сказал он, повернув ее к себе лицом. Я не хотел обижать тебя.

Она беспомощно покачала головой.

— Я не обиделась. Я была занята, правда.

— Значит, ты от меня не прячешься? — спросил он мягко, приподнимая ее подбородок.

— Нет, — солгала она, и немедленно была согрета его улыбкой.

Он легко коснулся рукой ее щеки.

— Я увижу тебя завтра?

У нес был десяток причин для отказа.

— Да, — сказала она, удивляясь себе.

— Я давно хочу поцеловать тебя, — шепнул он. Ты не будешь возражать?

Возражать? Она должна была возражать, должна была сказать об этом, но не смогла открыть рот, потерявшись в глубине его синих глаз. Он скользнул пальцами под локоны, обвивавшие ее шею, нагнулся к ней, провел губами по ее губам, осторожно прижался к ним, отрываясь только для того, чтобы провести языком по ее нижней губе, удерживая ее на самом краю ожидания. Когда поцелуй стал крепче, она вцепилась пальцами в его рубашку. Он прижался спиной к воротам и продолжал губами разжигать огонь в ее теле. Она подняла руки, сомкнула их вокруг его шеи и охотно двинулась навстречу пламени.

Через короткое время кровь закипела в ее жилах, внутри затрепетало желание. Принцессе не полагалось вести себя столь неприлично, совсем не величественно и не сдержанно, но тем не менее она безрассудно стремилась к Ролли.

Но он целовал вовсе не Лилиан Монтегю, принцессу Роксбери. Он целовал Лили, служанку. Было ясно, что ему была нужна она сама. Служанку нельзя шантажировать, у ее семьи нельзя требовать денег, чтобы сберечь ее репутацию. Он не мог даже вообразить себя мужем принцессы. Самое плохое, что могло быть, — короткий роман с простой, обычной девушкой по имени Лили. Его чувства не были связаны с ее положением в обществе, а касались се лично, и это действовало на Лили как бензин на огонь.

Она поднялась на цыпочки и прижалась к нему.

Из его груди вырвался стон, и он прижал девушку к воротам, лаская губами ее губы. Она чувствовала его страсть. Ее голова закружилась. И в этот момент громкое хриплое покашливание возвестило им, что они не одни.

Ролли отскочил и повернулся, защищая Лили своим телом. Он пробормотал проклятие.

— Терпеть не могу сторожевых псов, Джок.

Эти слова были произнесены тоном человека, привыкшего повелевать, а не выполнять приказы других. Лили улыбалась ему в спину, держа ладонь у него на спине.

— Правда? — спросил Джок. — Как жаль, что все так вышло. А сейчас ты просто уйдешь, чтобы я мог поговорить с девушкой.

— И не собираюсь, — возразил Ролли. — Лили не нужна взбучка. Она…

— Она вполне способна отвечать за себя, — резко сказала Лили, выходя из-за его спины и становясь перед ним.

Ролли стал менее воинственным.

— Он не имеет права указывать нам, что мы можем делать.

— Нет, — твердо согласилась она, — но он имеет право заботиться обо мне, и я с радостью поговорю с ним. — Она поднялась на цыпочки и поцеловала Ролли в щеку. — Иди, — сказала она, счастливо улыбаясь. — Увидимся завтра.

— Ты уверена? — Отзвук беспокойства в его голосе вызвал трепет у нее в груди.

— Да, не волнуйся. Спасибо. Иди же и дай мне потолковать с Джеком.

Он явно не хотел уходить, но все же кивнул, поцеловал ее в лоб и удалился, мрачно взглянув на Джока. Лили чуть не рассмеялась. У него был вид собственника, того самого сторожевого пса, которого он так открыто презирал. Он выглядел так, будто был способен сразиться с целым миром, если бы она попросила. Она смотрела, как он шел к лестнице в дальнем конце прохода. Его комната была наверху.

Лили представила себе, как он почти упирается головой в низкий потолок, а его гибкое тело едва помещается на узкой и короткой кровати. Когда он исчез из виду, она обратила взгляд на Джока.

— Так ты думаешь, Джок, мне нужен сторожевой пес?

Старик кашлянул в кулак, прежде чем заговорить.

— Я обещал твоей матери…

— Ты дал матери много обещаний за эти годы, мягко напомнила она, — и ты их не выполняешь, если не хочешь. — Она скрестила руки. — Скажи прямо, Джок, кому из нас ты не веришь? Мне или Ролли?

Джок сжал губы, качнулся на каблуках и признался:

— Я верю вам обоим, девочка.

Лили ожидала услышать, что он не уверен в Ролли, и, когда Джок этого не сказал, с облегчением прислонилась к воротам.

— Так ты не думаешь, что Ролли собирается использовать меня?

Джок поскреб подбородок.