Осколки мёртвых душ - Марго Айсли

Подруга подчинилась и встала рядом с ним. Я же вскочила на ноги и оскалилась, но что я могла противопоставить острым клинкам голыми руками и без магии?

— За помощь чернокнижникам и измене ты приговариваешься к смерти. Именем Святейшего императора, ты будешь казнена.

Я дёрнулась назад, но солдаты схватили меня за руки, не давая вырваться. Инквизитор поднял меч, а потом резко рубанул вбок, и голова Розалин отделилась от тела, окрасив снег алыми пятнами. Из горла сам собой вырвался истошный вопль. Я задёргалась с такой силой, что почти вырвалась, но тут же получила удар в живот и согнулась пополам, пытаясь устоять на ногах. От боли в глазах плясали разноцветные искры.

— Тварь, — процедила я, — ты подлый мерзкий урод, желаю тебе сдохнуть от рук демонов!

Он снисходительно улыбнулся и медленно подошёл ко мне, пнув в сторону голову Ро.

— Благодать Святейшего защитит меня от твоих дружочков, но ведь у нас с тобой…

Громкий рёв заставил нас резко обернуться. Три больших зелёных виверны приземлились недалеко от нас, поломав деревья. С них спустились три всадника в мантиях. Вперёд выступила укутанная в чёрное фигура, двое других последовали рядом, а когда она приблизилась, от недоумения я забыла, что меня собрались казнить.

— Эдгар, — скривил лицо подошедший архимаг, скидывая капюшон, — как всегда стараешься подмять под себя закон.

— Какого… ты тут забыл, Виас? — злобно уставился инквизитор, мигом растеряв всё самообладание.

Эдгар засунул меч в ножны и повернулся к внезапному гостю, всем своим видом демонстрируя явное недовольство. Виас же сложил руки за спиной и ясным немигающим взглядом смотрел на оппонента. На его лице расползалась едкая усмешка. Двое спутников, в которых я также узнала боевых магов Ордена, встали от него по бокам и злобно взирали на остальных.

— Прилетел проконтролировать исполнение закона в отношении своей подчинённой, — кивнул он на меня, ещё больше вогнав в ступор.

— Что за чушь?! Девчонка больше не под твоим подчинением, она вышла замуж и покинула Орден! Я имею полное право её приговорить и казнить.

— Вообще-то под моим, — он засунул руку в карман и достал оттуда серебряный кулон на цепочке. — Фиал с её кровью не был передан, так что технически она всё ещё состоит в Ордене. А это, в свою сторону, значит, её судьба не может решаться без меня.

— Докажи.

Виас пожал плечами, а потом произнёс заклинание, и от фиала ко мне устремилась еле заметная красная нить, демонстрирующая связь крови. Я насупилась и смерила его ледяным взглядом. А что же он мне передал на свадьбе? Подделку? Очень интересно, то есть он меня обманул, чтобы продолжать следить?

— Это же смешно! — не выдержал инквизитор, — ты прекрасно знаешь, что она будет казнена, к чему этот фарс? Девчонка — чернокнижница, она вызвала двух демонов, и из-за неё погибло много людей. Зачем оттягивать неизбежное? Наказание за чернокнижие одно — смерть.

— Император же ясно сказал привезти её живой, ты забыл? А ведь он и так очень недоволен тобой, Эдгар, — со злобной ухмылкой посмотрел архимаг в глаза инквизитору, а затем медленно двинулся в мою сторону. — Я знаю, что совет категорически не разрешил будить стражей. Ты ослушался. Ты же знаешь, что они натворили в Саинберге, а потом и в Биргене. Император рвёт и мечет. И да, убери свой поганый артефакт.

Инквизитор злобно сопел, но молчал. Потом он кивнул кому-то, я ощутила приток магии и сразу же воздвигнула щит. Виас тем временем подошёл ко мне, и под пронзительным взглядом архимага солдаты отпустили меня и испуганно отступили. Я молча уставилась на него, пытаясь сообразить, что происходит. Ну можно догадаться, что он пытается отсрочить мою казнь, ведь в таком случае умрёт сам, но разве магия демонов ещё действует? Да и какой в этом смысл, если иного наказания кроме смертной казни попросту нет?

— Её судьбу будет решать высокий суд совета, а не ты, — жёстко сказал он Эдгару, всё ещё глядя на меня, а потом взял меня за руку над локтем и потянул за собой. — И уж прости, я тебе не доверяю, Кьяра полетит со мной.

— Но…

— Никаких но, — оборвал его Виас, а у Эдгара от злости налились кровью глаза. — Можете нас сопровождать, если угодно. Девочка под моим подчинением, а значит, я сам её отвезу.

Мы молча пошли к виверне. Рептилия издала рык при нашем приближении и вытянула крыло. Остальные следовали за нами к своим вивернам, а когда поднялись в воздух, следовали за нами на некотором отдалении. Маги же летели по бокам от нас. В голове роилось множество вопросов, и я не выдержала.

— Что всё это значит?! Вы за мной следили? Что за фиал вы мне подсунули?!

— Тихо ты, — шикнул он и краем глаза оглядел следовавших за нами конвоиров. — Слушай внимательно и не перебивай. Положение у тебя очень тяжёлое. Мой фокус с фиалом не поможет, если не удастся убедить совет в нашей версии.

— Да в смысле? Мне всё равно грозит смерть, чернокнижников не щадят.

— Я кому сказал не перебивать? — рявкнул он, а на лбу архимага заходили желваки. — Я не собираюсь из-за тебя умирать, так что давай выкладывай всё, что с тобой произошло, и без вранья, Кьяра. Кроме меня помочь тебе некому.

Я шумно вздохнула и начала пересказывать все события, пытаясь опускать свои личные отношения с Ви, но всё скрыть не получилось и пришлось рассказать и то, свидетелем чего были посторонние люди, например, Мэтт. Про планы демонов открыть врата и поиски ключа я умолчала, просто сказав, что не знала что и зачем мы искали. Рассказ вышел сбивчивый. Когда я закончила, от ветра и холода губы потрескались, а во рту пересохло.

— Я же чётко сказал не лезть к демонам в койку, — шипел он, многозначительно выпучивая глаза, — ты вообще представляешь, что с тобой могло быть?

— Не ваше дело.

— Ошибаешься, сейчас всё мое дело, несносная ты девчонка! У меня за всю жизнь не было ни с кем столько проблем, сколько с тобой, а из-за проклятущего договора я вынужден тебя защищать!

— А нечего было пытаться меня убить, — процедила я и вложила во взгляд всю имеющуюся к этому человеку ненависть, — если вы продолжите меня обвинять, я спрыгну с виверны вниз, и на этом наши жизни и закончатся. Мне-то уже терять нечего, а вам?

Было отчётливо видно, как архимаг недоволен. От злости он даже покраснел, но затем сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоиться, и только потом