Дачница для сбежавшего олигарха - Евгения Мэйз

Таня поднялась с колен, отряхнула руки от земли и скинула перчатки на землю. Надо прекращать эти бесшумные подкрадывания. Так и до сердечного приступа не далеко!

— Доброе утро, — проговорила она, а потом кивнула на окна кухни, — Прекращайте подкрадываться!

Он смежил веки. Его правая щека дернулась в конвульсивном тике.

— Пожалуйста, — добавила она, решив хоть как-то смягчить свой резкий тон.

— Не могу, — просто ответил мужчина, не выпуская ее плена темных глаз. — Не полюбоваться таким видом было бы грешно.

На этот раз его завуалированный комплимент Татьяна пропустила мимо ушей, оставила как есть инструменты, развернулась и ушла в дом, только там осознав какой это было ошибкой. Это было не тем местом, где она могла бы спрятаться от него и избежать общения. Настроения, откровенно говоря, не было никакого. Что-то продолжало глодать ее и навевать плохие предчувствия.

— Что-то случилось?

Ноут обновился так, что не оставил и следа от папок на столе, включился прямо у нее на глазах и показал синий экран и логотип операционной системы «Windows 10».

— Что вы сделали с моим ноутбуком?

Таня задержала взгляд на экране и поняла, что кроме корзины на «рабочем столе» нет ничего. Что у нее было на нем важного? Все — документы, статьи, фотографии, несколько начинаний книг, а еще компромат на собственного мужа, а может быть собственное средство обогащения. Вот только она еще не придумала, как связаться с теми, кто мог бы купить у нее клиентскую базу и прочую информацию, которую она когда-то (чисто на всякий случай) скопировала с компа Коврова. Это мог найти Березин, если только включить свою паранойю и решить, что он оказался здесь не просто так.

— Ничего.

Перед ней появилась кружка с чая, обдав лицо ароматом лесных ягод. Внимание и забота были не столько приятными, сколь неожиданными.

— Очень странно, — проговорила она, щелкая по иконке проводника. — Я разрешаю вам воспользоваться ноутбуком, а потом с него исчезает все, что было у меня.

— Похоже на обвинение.

Это и было оно, но вместо того, чтобы препираться, спорить и злиться, Березин подсел к ней, подвинул к стенке и задвигал пальцами по touch pad. Татьяна так не умела, чувствовала себя деревянной, пытаясь делать что-то при помощь чувствительной панели.

— Двигайся.

Можно было сидеть в углу и изображать оскорблённую невинность, а можно было придвинуться и заглянуть ему через плечо, чтобы понять, что конкретно делает мужчина. Таня так и сделала.

— Тебе давно было пора обновить его. Сколько ты уже не делала этого?

Таня пожала плечами, вглядываясь не то в экран с то и дело открывающимися окнами, папками и курсором, перетаскивающим те или иные папки, не то рассматривая покрытую канапушками и светлыми волосками руку мужчины.

— Не помню.

— Вот поэтому он делал это так долго.

Признаваться в том себе не хотелось (но ведь от себя не убежишь) второе ее интересовало куда больше первого.

Вдобавок ко всему сегодня сосед пах куда лучше, чем накануне — мылом, солнцем и все еще пробивающимся, так и не смывшимся до конца парфюмом.

— Устанавливал обновления по очереди или тупил, не понимая, что делать с ними. Видишь восклицательный знак? Это служба пытается предупредить тебя о чем-то.

— Все равно надо было спросить у меня.

Она отодвинулась от него, наконец, смутившись собственного позыва — взять и потереться о его плечо носом, чтобы вдохнуть его запах поглубже.

— Чтобы сделать что-то хорошее? — поинтересовался Березин, искоса взглянув на нее. — Я ждал, что все закончится к вечеру.

— Почему не сказал об этом вчера?

Таня потянулась к кружке с чаем, подхватила ее, уловила судорожно-недовольный вздох мужчины и оперлась спиной о стену, придавшись своему любимому занятию — наблюдению за работающим человеком, который конкретно в ее случае был еще и привлекательным, а еще недовольным и помятым.

— Видел же, что я поглядываю на него.

— Я и спросил, но ты сказала, что все в порядке, — ответил тот, бросив в ее сторону еще один мимолетный взгляд. — Вдобавок ко всему не хотелось заканчивать день препирательствами.

Ее «занятие» не продлилось долго. Он действительно знал, что нужно делать, засеял рабочий стол папками и даже вернул любимую заставку с морской ракушкой на рабочий стол.

— Все. Теперь он будет работать быстрее, перестанет виснуть и даже станет сохранять документы, даже если ты забыла сделать это. Кстати, клавиатуру я тоже починил. Советую почаще чистить ее от крошек.

Хорошо, что не сказал про то, что нужно меньше есть над ним.

— Спасибо.

От накатившего смущения и покрасневших щек ее отвлек телефонный звонок.

— Мне нужно ответить. Выпустите меня?

Каким-то образом Таня поняла, что тот не хочет делать этого, но мелодия звонка становилась все громче и громче, замолкла на мгновение, чтобы секунду повторить вновь.

— Конечно, — то встал с лавочки с накинутой на нее домотканой дорожкой, но уходить далеко не спешил, дождавшись, когда Таня поравняется с ним. — Можно продолжить общаться «на ты» я все еще жду причитающуюся порцию благодарностей.

— Пойду звать соседа, уговорили, — хмыкнула Таня сердито. Разве так делают добрые дела?

— Рыжая, ты не возможна, — проговорил тот ей в след, с вновь отрезавшей продолжение фразы дверью.

Сначала позвонила подружка. Скучающим голосом Ритка (юрист в отеле с громким названием «Интурист») поинтересовалась, как у нее дела, почему не звонит и куда она пропала, но узнав, что Татьяна на даче оживилась.

— И чем ты там занимаешься?

— Тем же, что и всегда.

— Работаешь? Нудно.

Таня подумала о том, что не Марго говорить ей это. Подруга была готова к трудовому процессу в любое время дня и ночи. Она, как коммунист, которого будили среди ночи, говоря: «Ленин!», а он отвечал: «Партия!». Ну или наоборот.

— Тань, я тысячу лет не была на даче, — заканючила подружайка, — без мужей, детей, собак и нежно любимой свекрови.

Таня ухмыльнулась. Она знала, как Рита относится к матери мужа — с ненавистью, поэтому практически и не ездит к ней на дачу и делает все, чтобы Игорек был занят в выходные делами под завязку.

— Так приезжай, — предложила Таня первое что пришло в голову и тут же прикусила губу.

— Хорошо! Скоро буду! Привезем вкусняшек.

До Тани только после звонка Вики дошло, что Ритка приедет не одна и то не сразу. Она думала над сказанным своей персональной наставницей-колдуньей. Вика разложила карты и предсказала ей, что все будет хорошо и посоветовала ей не доверять темному предчувствию. О Коврове она в этот раз не спросила, под конец добавила: «я же говорила!», а потом отключилась, возвестив о том, что Петрович(пёс) устроил драку с забежавшей в дачный поселок сворой.