Неотразимый граф - Салли Маккензи

– Мистер Раттлс выказывает расположение к тебе? Ведь ему, должно быть, уже семьдесят.

– В прошлом ноябре исполнилось семьдесят четыре, – уточнила Мэг. – И тебе будет приятно узнать, что он добился прогресса в лечении своей подагры.

– Неужели?

– Правда. Честно говоря, у меня там целый выводок поклонников. Кроме мистера Раттлса, за мной еще ухаживают мистеры Горли, Фаррел и Нанн.

– Мэг! Это ужасно. Каждому из них за шестьдесят. Почему ты не приехала в Лондон раньше?

– Потому что Эмма не проявляла настойчивости. А когда родился Чарли, она была несколько не в себе. Но сейчас, снова забеременев, она еще больше озаботилась тем, чтобы устроить мне счастливую жизнь с собственными детьми.

– Это понятно.

– Нет, от этого можно с ума сойти.

Лиззи усмехнулась:

– Ладно, согласна. Просто в этот сезон тебе придется подыскать себе мужа. – Она снова села на кровать рядом с Мэг. – А теперь насчет того, как заставить Робби ревновать... Я не уверена, что хочу мужчину, проявляющего интерес ко мне только потому, что меня домогается кто-то другой.

– Нет, нет. Ты упускаешь главное. Конечно, если Робби окажется таким, тебе придется отказаться от него. Но в данном случае нам нужно только пробудить его. Заставить его осознать, чего он хочет на самом деле.

– Пробудить его?

– Да. По моим наблюдениям, мужчины весьма примитивные существа. Они способны сражаться на войне, строить каналы, но, когда дело доходит до эмоций, они никуда не годятся. Они могут предаваться веселому обжорству, сну и любовным утехам, пока что-то или кто-то не прервет их.

Лиззи не могла себе представить Робби, весело развлекавшегося в объятиях красоток. А события прошлой ночи и сегодняшние могли ведь как-то пробудить любовь к ней, если она хотя бы теплится в нем? Все же ей не хотелось отказываться от намерения выйти за него замуж, пока для этого не использованы все возможности.

Впервые после того, как рассталась в саду с Робби, у нее появилась какая-то надежда.

– Хорошо, хотя, должна заметить, Мэг, что после наших объятий в кустах Робби, по-моему, должен был бы уже пробудиться.

– Правильно. – Мэг хлопнула ладонями по коленям, надула губки и откинулась на спину. – Но ты еще не давала ему понять о существовании опасности потерять тебя. Получается так, что ты оказалась... мм... извини за выражение, слишком доступной.

У Лиззи заалело лицо.

– Что ж, пожалуй.

Мэг кивнула.

– Возможно, Робби нужно осознать реальную вероятность твоего замужества с другим человеком, прежде чем он сам решится на брак. Или же в его случае это не пройдет – гарантий здесь нет.

– Да, конечно. – Лиззи предпочитала не думать о неудаче.

– По крайней мере тебе удастся выйти из нынешнего состояния неопределенности. Оно что-то слишком затянулось. – Мэг снова села, выпрямив спину. – Итак, нам нужно составить план, призванный расстроить Робби.

Лиззи насупилась.

– Ты ничего не говорила о том, что Робби огорчится.

– Лиззи, ты была невнимательна. Нужно, чтобы он подумал, будто ты выходишь замуж за другого. Если это не расстроит его, то можешь умыть руки и забыть о нем. Судя по тому, что ты говорила, у него было полно возможностей обнаружить, что ты возбуждаешь в нем животные инстинкты. Если он испытывает к тебе только такие чувства, то тебе никогда не удастся подвигнуть его на решительный шаг. Эти свои инстинкты он может удовлетворять с женщинами более легкого поведения.

– Мэг!

– Ты далеко не первая из женщин, ошибочно принявших страсть за любовь и влюбившихся в недостойного. – Мэг наморщила лоб. – Я понимаю, что некоторые мужчины не хотят платить за то, что могут получить даром, но никогда не подумала бы, что Робби окажется одним из них.

Лиззи залилась краской стыда.

– Ты считаешь...

– Если мужчина думает, что может уложить женщину в постель без обручального кольца, он с радостью делает это. Хотя Робби следовало бы знать, что с тобой так поступать нельзя даже при твоем желании. Джеймс не потерпит этого. – Мэг сунула в рот большой палец. – Да, загадка.

– Да. – Это не загадка, а просто кошмар. – Так что ты предлагаешь?

– Прежде всего тебе нужно держаться подальше от Робби. Если он снова предпримет какие-либо действия из-за кустов, пресекай их на корню.

– Конечно. Но едва ли он снова позволит себе какие-то вольности.

– Хорошо. Лучше всего, если ты вообще не будешь оставаться с ним наедине.

– Но...

– Нет. Это важно. Если он испытывает какие-то чувства к тебе, нужно мешать их проявлению, так что никаких тет-а-тет, поняла?

– Очень хорошо. Хотя не думаю, что он будет пытаться уединиться со мной.

– Как знать! И тебе придется самой проводить эту политику. Леди Беа здесь не поможет. Она скорее подтолкнет тебя в объятия Робби, нежели вытащит из них.

– Я обойдусь и без ее опеки.

– Хм... Хорошая наставница удержала бы тебя от встречи в кустах с Робби. Держись подальше от садов Тинуэя.

– Конечно.

Мэг кивнула:

– То-то. Итак, ты будешь всячески избегать Робби и в то же время постараешься убедить его в том, что собираешься выйти замуж за другого. После того как он себя повел, он в любом случае должен ожидать такого исхода. Ты ведь не хочешь дать ему понять, что томишься по нему, не так ли?

– Так. – Это будет особенно трудно, поскольку она изнывала от тоски по Робби. – А кто будет объектом моего расположения?

– Любой, кто более всего встревожит Робби. К сожалению, из присутствующих в доме особенно и выбирать-то некого. – Мэг ухмыльнулась. – Как насчет мистера Додсуорта?

– Мистер Додсуорт! Ты разговаривала с мистером Додсуортом?

– Нет. Довольно трудно вставить слово в его монологи о лошадях. Тем не менее мне приходилось слушать его.

– Правда?

Мэг хихикнула.

– Несколько минут я даже делала вид, что зачарованно слушаю его, хотя при этом думала совершенно о другом. Все дело во взгляде. Если не отводишь глаз от мужчины и время от времени киваешь, ему кажется, что ты ловишь каждое его слово. С радостью научу тебя этой уловке. Именно это помогало мне выносить многие нескончаемые вечерние приемы.

– Робби никогда не поверит, что я заинтересовалась мистером Додсуортом.

Мэг рассмеялась:

– Верно. А что скажешь о лорде Питере? Красив, как Адонис.

Лиззи сморщила нос.

– И кичится этим. Нет, он слишком слащав, на мой вкус.

– Тогда как насчет нашего хозяина – лорда Тинуэя?