Невеста на Рождество - Мария Демар

— Я вам помогу, не переживайте, все вместе сделаем.

Позади из коридора раздались громкие крики, детский смех девочек.

— Еще эти малявки под ногами мешаются. Юля видимо не спустится до вечернего застолья. Думала, что она хоть дочек займет, но у нее голова что-то болит.

В подтверждение ее слов в кухню вбежали Наташа и Вита, что-то крича и играя в салки.

Лера проворно закончила с тем, что ей сказала Алена Сергеевна.

— Алена Сергеевна, эту скатерть вы хотели стелить на праздничный стол? — спросила Лера, видя перекинутую через спинку стула белую вышитую скатерть.

— Да, она.

— Я постелю скатерть и вернусь, — кивнула Лера, видя что рядом со сатертью на столе лежат уже приготовленные приборы. Она тут же обратилась к маленьким сестрам: — Девочки, а кто умеет раскладывать салфетки и приборы по сказочному? Чтобы Дед Мороз доволен был.

— Я не умею, — замотала головой Вита.

— И я не знаю, — завторила ей Наташа.

— Тогда пойдемте со мной, покажу, — предложила Лера, снимая скатерть со стула и добавила: — Вита, бери эти салфетки, Наташа, ты вилки. — Лера обернулась к маме Тимофея. — Большой стол в гостиной?

— Да, милая, ужинать в гостиной будем. Ты только еловые ветки на камин сверху переставь. И стол протри тряпочкой от пыли.

— Хорошо-хорошо, — кивнула Лера, взяв одноразовое полотенце свободной рукой.

Она устремилась вперед девочек, а они радостно поспешили за ней, неся вилки и салфетки.

— Знаете, что главное в сказочном накрывании? — обратилась к ним через плечо Лера. — Чтобы ничего не упало на пол. Если что уроните, то все Дед Мороз обидится и подарки не принесет.

— Мы поняли! — закричали в голос девчушки. — Мы будем всё крепко держать.

Лера быстро протерла стол, постелила скатерть и оставив девочек раскладывать вилки и салфетки, поспешила обратно в кухню.

В коридоре она нечаянно налетела на Тимофея. Он стоял в темноте, скалясь белозубой улыбкой.

— Значит знаешь, что любит Дед Мороз? — тихо спросил он.

— Ты напугал меня, — улыбнулась она в ответ.

Малахов придвинулся к ней ближе, чуть приобнял ее одной рукой и склонился к ней.

— Интересно, — завораживающим голосом продолжал он, заглядывая в глаза Леры. — А если накрыть стол по сказочному, и угодить Дед Морозу, он выполнит любое желание? Даже самое безумное?

— Наверняка, — пролепетала она, видя, что его взгляд прилип к ее губам.

Она подумала, что он сейчас поцелует ее, и ее сердце бешено забилось. Но в следующий миг Тимофей выпрямился и улыбнулся лишь одними кончиками губ.

— Тогда пойду помогу девочкам, и загадаю желание про снегурочку, — многозначительно добавил он и направился в гостиную.

Лера поводила его долгим взглядом, чувствуя, как у нее горят щеки.

Глава 10

Лера вернулась в кухню к Алене Сергеевне и довольно доложила:

— Все заняла их, чтобы не мешались. Велела сосчитать сколько всего будет людей за столом, а потом разложить приборы и салфетки по нужному количеству. Сказала им, что Дед Мороз все видит. Думаю, на полчаса их слышно не будет. И стол накрыт.

— Все верно, какая ты умница, — закивала ей мама Тимофея. — Лерочка, глянь в духовке утку, проткни ее. Если кровь не идет, то вон те ломтики апельсинов на нее сверху выложи.

Девушка с энтузиазмом принялась выполнять очередное поручение Алены Сергеевны. Ей нравилось все происходящее. Всё напоминало ей о детстве, когда она вместе с мамой также готовила салатики на Новогодний стол, ожидая в гости многочисленных родственников. Сейчас ее мама была далеко, и Лера звонила ей час назад, поздравляла с праздником, но та уютная атмосфера дома и предвкушения праздника сейчас снова была с ней.

Спустя полчаса в кухню к женщинам заглянул Тимофей.

— Как вы тут, хозяюшки? — ласково спросил он, подходя к Лере сзади.

— Да нормально всё, — кивнула Лера, когда Тимофей стащил с доски кусок соленого огурца, который она резала.

— Я думал ты отдыхаешь. А ты здесь, — приобнял ее за плечи и поцеловал в щёку.

Лера подумала, что он специально ищет повод только бы поцеловать ее в щеку и показать, что она его невеста. А может и не искал, а просто вел себя естественно как и привык. Щеки Леры тут же заалели, и она смутилась, но отметила, что жест сына, явно пришелся по душе Алене Сергеевна, которая внимательно смотрела на них, и довольно улыбалась.

— Мы уже почти все сделали. Лерочка так помогла мне, — сказала она. — Такая хорошая девочка. Где ж ты ее такую нашел?

— Как где? Под елкой, — оскалился в ответ матери Тимофей. — Знаешь, как в Морозко. Сидела под елкой, замерзала в лесу, я ее и подобрал.

— Ох, ты и шутник, Тёмка! — хмыкнула Алена Сергеевна. — Всё, Лерочка, этот салат, раз закончила отнеси на стол и отпускаю тебя.

Тимофей быстро взял салат со стола и важно заявил девушке:

— Сам поставлю на стол. Иди прихорашивайся к Новому году. Мам, в одиннадцать садимся?

— Конечно, как обычно.

Лера спустилась вниз полдвенадцатого, чуть задержалась, так как долго не могла уложить волосы. Немного подкрутив их плойкой, которую одолжила у Алены Сергеевны, пыталась придать локонам естественный вид. Она нервничала, ей очень хотелось понравится Тимофею, и произвести на него впечатление.

Когда она вошла в открытые двери гостиной, из которой слышались голоса, то немного замялась на пороге.

Столовая, с большой елью упирающейся верхушкой в потолок, сверкала множеством огней-повесток и люстр. На праздничном столе горели свечи, плазменный телевизор на стене фонил «Голубым огоньком». Вита и Наташа играли на ковре у елки вместе с Робертом. Хозяева дома и Тимофей стояли у окна, что-то обсуждая, еще двое молодых людей сидели на просторном диване в стороне, попивая вино из хрустальных бокалов. Скорее всего это были Юля и ее муж, подумала Лера.

Ей показалось, что она попала в некую сказку, в богатый дворец на Рождественский ужин. Изыскано и модно одетые домочадцы, просторная красивая гостиная, ель мерцающая фонарями, выполненными в виде свечей.

Заслышав легкие шаги, Тимофей стремительно обернулся. Он уже с нетерпением ждал ее появления.

Лера показалась ему ослепительной. Темно-синее платье в пол, обтягивающее ее совершенную фигуру невероятно шло ей. Он на миг даже не поверил своим глазам, ибо преображение Леры было кардинальным. Из милой девушки — пацанки в джинсах с высоким хвостом и озорной улыбкой, она превратилась в прекрасную незнакомку в синем, с чуть волнистыми густыми волосами, сверкающими оленьими глазами. Оттенок платья невозможно шел