Сотканные из времени - Нонна Монро

— Кэтрин, пойдем. — Поппи возникла передо мной и помогла подняться. Я бросила взгляд, полный слез и отчаяния, на Нейта и получила в ответ сочувствие. Затем посмотрела на Энтони, который зачем то тоже начал плакать. Мне хотелось получить еще немного поддержки, однако глаза родителей были полны ненависти.

Поппи отвела меня в ванную, промыла руки и наклонила пластыри. Сидя к ней так близко, я впервые заметила тени, залегшие под глазами и то, как сильно дрожали ее пальцы.

— Мама же ничего тебе не сделает? — Хрипло спросила я.

— Это наш последний с тобой вечер, Кэтрин, — грустно ответила Поппи, заправляя выбившийся локон за ушко. — Как только я уйду, ты должна пообещать мне одну вещь.

— Какую?

— Не позволяй никому сломить тебя.

Я глупо заморгала, не понимая, как именно должна отреагировать на такую просьбу. Поппи не пояснила, лишь слабо улыбнулась, отвела меня в комнату и попросила не выходить.

До самого вечера я сидела в гордом одиночестве у окна. Гости начала разъезжаться. Лишь Нейт и Энтони подняли голову и устремили взгляд в мое окно. Оба помахали, а Нейт ободряюще улыбнулся. Я ждала, что и Эшли посмотрит, однако Харпер быстро посадила ее в машину.

Я сняла уже подсохшее платье и стянула резинку, распуская длинные волосы. Со второго этажа доносились крики родителей. Я прижала ухо к двери, пытаясь подслушать их разговор, однако слова, вылетавшие из уст матери слились воедино. И лишь звон разбитого хрусталя ознаменовал молчание.

Стук каблуков, приближающихся к моей комнате, заставил юркнуть в кровать. Одеяло иногда спасало от монстров, что прятались под кроватью, но на это раз не смогло уберечь от гнева. Мама ворвалась в комнату, сжимая в руке отцовский ремень. В темноте ее глаза блестели и казались красными.

— Я велела тебе сидеть спокойно? — Холодно спросила она, сделав несколько шагов к кровати.

— Я всего лишь хотела…

— Я. Велела. Тебе. Сидеть. Спокойно?

Оказалось, что некоторые вопросы не требовали ответов и оправданий. Мама резко сорвала с меня одеяло.

— Я объясню тебе еще раз.

Бляшка на отцовском ремне угрожающи блеснула, поймав лунный свет, льющийся из окна. Мама резко схватила меня за руку и перевернула на живот. Первый удар разбил мое сердце.

Второй удар стер из него всю любовь к маме.

* * *

Дыхание сбилось, стоило вспомнить, как беспощадно Шарлота Фокс пыталась выбить из меня характер. Я не собиралась больше проливать слезы и тонуть в жалости к себе. Все это сделала семилетняя Кэтрин. Вот только и она поняла, что не обязана любить человека, который подарил ей жизнь, если этот человек приносит только боль и страдания.

— Поговори со мной, — попросил Тайлер, играя с моими пальцами.

— Я не хочу на тебе срываться, — сквозь зубы процедила я.

— Поговори, — настойчивей произнес он.

Я вдохнула полную грудь воздуха. Даже не стала убеждаться, слушает ли нас Энтони.

— Зачем Эшли это сделала? Чтобы в очередной раз доказать Харпер какая она хорошая дочь? Я не выдала ни единый секрет. Ни сделала ровным счетом ничего, чтобы она обнажила единственную чертову тайну, которую я ей доверила. И меня это раздражает. Раздражает, что Харпер считает, будто имеет надо мной власть. Если Шарлота и прислушивалась к ее паршивым комментариям и ядовитому мнению, то я этого делать не собираюсь.

— Почему ты допускаешь мысль, что именно Эшли об этом рассказала? Что, если Харпер просто ляпнула?

— И об этом я тоже думаю, от того и бешусь, что вся эта ситуация на меня до сих пор влияет.

— Не игнорируй и не избегай эту боль. Впусти ее себя и проживи. Пусть она выйдет из тебя слезами, криками, чем угодно. Ты запретила себе страдать тогда, так позволь это сделать сейчас.

— Тебе это помогло? — в моем голосе прозвучало сомнение.

— Я вижу в Джеффе не человека, который избивал меня из-за денег. А убийцу матери и жалкого мужчину, который стремиться попасть туда, где ему никогда не будет места.

Я шумно сглотнула и приоткрыла окно. Прохладный ветер проник в салон. От раскинувшегося по обеим сторонам дороги леса доносился аромат хвои и спокойствия. Мне хотелось задержаться в этом мгновении. Хотелось, чтобы навигатор накинул еще пару часов пути. Но участок Агаты уже виднелся на горизонте.

— Сегодня, если решишься напиться, выплесни из себя все, что скрыто под пуленепробиваемой броней Кэтрин Фокс, чтобы на утро стать просто Кэтрин. — Тайлер подтянул руку к губам и мягко коснулся пальцев. Мне захотелось забраться к нему на колени и обнимать до тех пор, пока сердце не перестанет терзать грудную клетку. Пока все мысли из головы не исчезнут. Пока боль не утихнет.

Подъехав к воротам, я поморгала фарами. Однако сонный охранник не обратил внимание. Пришлось посигналить, вынуждая его подскочить и нажать на кнопку. Как только ворота отъехали, нашему взору открылось 4 акра земли с идеально выстриженным газон, мощенные плиткой тропинки, ведущие к саду, открытому бассейну, беседке с летней кухней и к дому. Мы объехали фонтам с изысканной скульптурой в форме птицы, с крыльев которой лилась вода, и остановились возле широко крыльца. Здесь все было усажено цветами, елями и пышными кустами. Сам дом выглядел не большим и, на удивление, выглядел просто. Но я знала, что внутри творилось настоящее безумие из фигурок, декора, буйства красок, цвета, фактуры и огромное количество винтажа.

Энтони распахнул дверь, открывая взору все то, о чем я и предполагала. Нас встретила изогнутая металлическая вешалка, украшенная шляпами с круглыми полями и белыми боа. Темно-зеленые обои с цветочным принтом чуть узили и без того небольшой коридор. С правой стороны висело овальное зеркало в медной раме с вензелями. Под ним стояла симпатичная тумбочка, уставленная винтажными флаконами с помпами. С левой стороны — высокая подставка с двенадцатью горшками с искусственными цветами. Голова закружилась от количества деталей. Я медленно прошла вперед, боясь коснуться фигурок или удариться об бра, в форме алых тюльпанов.

— Здесь ванная, спальня для гостей, а дальше кухня-гостинная, — рассказывал Энтони, ведя нас по неосвещенному коридору. Даже металлическую люстру медного цвета оплетала белое боа. Сумасшедшая женщина.

— Кэтрин Джейн Фокс и Тайлер Рональд Гилл, снимайте брюки или что прикрывает ваши задницы, чтобы я могла их надрать!

Разъяренная Агата сжимала бокал красного вина. «Надрать задницу» из ее уст звучало как комплимент.

Глава 9. Нейт

В Бостон я выехал по просьбе Шона — человека, который держал под контролем абсолютно все, где стояло мое имя. Он до сих пор тяжело переживал мое желание стать вице-президентом Болфорда, хоть с тех пор и прошло пять лет. В мое отсутствие Шон управлял всеми счетами, в которые я не заглядывал с момента