Двое из ларца… для бывшего - Мила Гейбатова

– Видимо, так же, как и ты только с двумя вашими детьми.

– Думаешь, его отец специально мне солгал? Показал те фотографии с УЗИ и так далее? – хмурюсь.

– Если честно, я изначально не верила в то, что Марк крутил шашни на стороне.

Киваю, продолжая дальше думать.

– Но тогда получается, что и ему он мог что–то плохое рассказать про меня?

– Получается, – Маша кивает. – И, значит, вам двоим нужно поговорить. Все же отец должен знать о детях, а они о нем.

– Ага, – киваю, – ведь это не их дедушка хотел их убить в зародыше, а возможно, и меня тоже. Знаешь, если смотреть все под этим углом, то чувство вины перед Марком сразу куда–то пропадает. И он сам не слишком–то желал разобраться, поверил чему–то, удалился, а потом внезапно через неделю или сколько там времени прошло вместе с больницей, зачем–то пришел. А я хотела выяснить все сразу, даже когда думала, что от него беременна другая, – договариваю и физически чувствую на языке горечь от сказанного.

Все же обида так и не прошла, так и не выплеснула я ее. А все опять–таки Марк, не дал разобраться, когда еще было легко, а теперь все слишком сложно.

– Да, милая, – Маша, кладет руку мне на плечо, – ты совершенно права. Но все же, может, не стоит менять место жительства? Ты только одно сменила, а теперь снова новое. Владислава ведь ты не видела?

– Нет, – медленно качаю головой. – Марк сказал, что специально уехал, фирму открыть, как и хотел, – припоминаю подробности нашего разговора.

– Тогда, может, попробуешь побыть немного здесь, а? – ласково спрашивает Маша. – Ведь ничего плохого не случилось пока что?

Киваю. Именно что пока что.

Глава 22

Марк

Возвращаюсь в офис, не переставая думать о Марине. К чему была эта встреча? Все давно наладилось, я поставил жирный крест на доверительных отношениях с женщинами, и тут снова она. Оставившая кучу вопросов и не пожелавшая объяснить свою измену.

– Марк Владиславович, там по поводу поставок важный вопрос, логистический отдел просит поучаствовать, – заглядывает ко мне в кабинет личный помощник.

– Спасибо, Дмитрий, – киваю, – соедините.

Не поддавшись распространенному шаблону, я решил нанять парня в помощники, а не девушку. Еще рассматривал вариант с женщиной в возрасте, но подвернулся Дмитрий, и теперь нисколько не жалею об этом. В плане нарушения моих личных границ мне Киры хватает.

Зато Дмитрий стал еще одним поводом для тонких подколов моего отца. Он–то всегда нанимал длинноногих помощниц, пока сам стоял у руля своей фирмы. Не знаю, как мама спокойно реагировала на них, видимо, это секрет их брака. Еще бы второго ребенка завели, а то все внимание на мне. До сих пор. И я не могу их грубо оттолкнуть. Наверное, это моя проблема.

А Марина совсем не изменилась. Мыслительный процесс в голосе снова переключается на нее.

Нет. Вру. Она похорошела. Немного угловатая раньше фигура стала женственней и притягательней.

Тьфу ты, уже я о ее фигуре. Зациклился, не иначе. Мне нужно о работе думать, переключиться, а я все вспоминаю момент странной встречи.

Со всей присущей мне ответственностью берусь за вопрос по логистике, решаю его и снова думаю о Марине. Вернее, о ее детях. Это ж надо, большие такие и двое сразу. В нашем роду, кстати, были близнецы, мама как-то рассказывала, что у меня могут получиться. Эх.

Уже и о детях задумался, совсем раскис из–за одной случайной встречи с бывшей. Нужно срочно спустить пар с Кирой, может, тогда образ Марины померкнет в голове.

Лучше прикинуть возраст ее детишек и понять, что они были сделаны вскоре после меня. Нет, прав отец, она выбрала другого.

А я еще сомневался, хотел лично все выяснить. Сначала, правда, предпочел уйти, настолько злость и обида переполняли, что попросту не смог бы цивилизованно разговаривать. Даже с родителями тогда помирился. Подумал, что вот они, единственно близкие мне люди.

Правда, уже через день я перегорел. Понял, что должен поговорить с Мариной, посмотреть ей в глаза. Не то чтобы я не доверял отцу, но червячок сомнения грыз изнутри. Если бы мама выложила мне доказательства предательства Марины, я бы не сомневался. Наверное. А тут…

Я ведь не понаслышке знаком с его методами борьбы с конкурентами и устранением неугодных сотрудников. Он никогда не брезговал нечистоплотными подставами и всячески навеливал поступать мне также. Но я неизменно отказывался.

Как и отказался занимать его место генерального директора, мне это было неинтересно. Я хотел свое, построенное своими силами и без черного налета грязи. Собственно, это до сих пор основная причина наших с ним трений. Он до сих пор не в состоянии принять сына таким, какой я есть. Если бы не мать, мы бы, наверное, совсем не общались.

Так вот, Марина. Я ведь названивал ей, но телефон был неизменно недоступен. А потом и вовсе металлический голос сообщил о прекращении обслуживания данного номера. И тогда я пришел в нашу квартиру.

Не знаю, почему я не сделал этого сразу, честно, не знаю. Слишком цеплялся за свою мужскую обиду, хотя сейчас бы точно предпочел разобраться сразу. Еще отец каждый день подливал масла в огонь, Жанна просила поддержки, а мама решила, что ребенок Жанны от меня. Как-то все наложилось одно на другое, и время было упущено.

Что ж, к счастью, с возрастом я стараюсь быть умнее и не идти слепо на поводу у эмоций.

Но та записка, и я сегодня, вспомнивший лишь о ней… Нет, на поводу у эмоций я до сих пор иду. По крайней мере, с тем, что связано с Мариной. Нет бы задать прямой вопрос – как поживешь, как дела. Я – нет. Вцепился в давно прошедшую ерунду.

А она. С чего взяла, что я обязательно должен быть женат? Просто предположила по возрасту? Ладно. Допустим. Но ребенок? На основании своих детей? Да и про Жанну она вроде не должна была знать…

Внутри снова просыпается червячок сомнений, да еще и грозится перерасти в полноценную крайне тревожную змею. Что–то здесь не так. Снова не складывается четкая картина. И если тогда, в прошлом, исчезновение Марины лишь убедило меня в словах отца, то теперь