Скрытое сердце - Мелани Харлоу

— Прекрати, — выдохнула она.

— Что прекратить?

— Гонку.

— Я не гоняюсь с тобой.

Стиснув зубы и уставившись вперёд, она сделала последнюю отчаянную попытку и метнулась вперёд, словно вылетела из катапульты. Я тоже прибавил, и снова оказался рядом.

Это было нечестно — ей приходилось делать три шага на каждый мой, но мне нравилось, насколько она была упряма. Казалось, если она просто будет бежать и молиться, то в итоге обгонит меня. Её руки энергично двигались в такт шагам, лицо раскраснелось, дыхание сбилось.

Когда впереди показалась полянка, я немного сбавил темп, позволяя ей вырваться вперёд.

Но, пытаясь затормозить, она потеряла равновесие и рухнула на траву позади костровой ямы.

Распластавшись, раскинув руки и ноги, она лежала на спине, тяжело дыша.

Я подошёл ближе.

— Ты в порядке?

Она кивнула.

— Я выиграла.

Я усмехнулся.

— Ты выиграла.

— Ты поддался?

— Хочешь знать правду?

— Нет. — Она закрыла глаза. — Не могу дышать. Сейчас умру.

Я сел рядом, закинув руки на колени.

— Не в мое время.

Она приоткрыла один глаз и посмотрела на меня.

— Ты бы сделал мне искусственное дыхание?

Она что, флиртует?

— Я бы сделал всё, что нужно, — спокойно ответил я.

— Хм.

Она снова закрыла глаза.

Мы молчали несколько минут, просто отдыхая, выравнивая дыхание, успокаивая сердцебиение.

Ветер приятно охлаждал разгорячённую кожу, играл краем её шорт.

Мой взгляд медленно скользил по её телу — от маленьких ступней вверх по бледным бёдрам, к изгибу талии, обнажённому животу, затем выше, к спортивному топу, испачканному потом.

Её соски напряглись.

Я представил их — светло-розовые, как лимонад, и мой пересохший рот затосковал по вкусу. Я почти чувствовал, как их твёрдые кончики касаются моего языка, скользят по губам…

И тут я заметил, что она смотрит на меня.

Чёрт.

Я резко отвёл взгляд в сторону леса.

Тишина затянулась. Я ожидал, что сейчас она обвинит меня (и справедливо) в том, что я её разглядываю.

Но вместо этого она задала вопрос:

— Ну, так какова твоя история, Ксандер Бакли?

— Моя история?

— Да. — Она повернулась на бок, опёрлась головой на ладонь. — Где ты вырос, есть ли у тебя братья и сёстры, всегда ли ты был таким властным? Твоя история.

Я откинулся на локти.

— Вырос недалеко отсюда, в городке под названием Гавань Вишневого дерева. У меня один старший брат, два младших и одна младшая сестра. Что касается властности… — Я усмехнулся. — Уж кто-кто, а Остин — он у нас старший — был куда хуже. Я ненавидел, когда мне указывали, так что сам тоже никого не строил. Я был скорее сорвиголова, чем командир.

Она ковыряла травинки перед собой.

— Холост? Женат? Есть девушка?

— Холост. — Я сделал паузу. — А ты?

Она взглянула на меня исподлобья.

— Хочешь сказать, ты не нагуглил всё о моей личной жизни?

— Гуглил. Но правда и интернет — не одно и то же.

Она хмыкнула.

— Это уж точно.

— Но должен сказать, про тебя и Дюка Прюитта я прочитал очень много.

— Всё кончено с прошлого Рождества. — Она вздохнула. — Просто он никак не может вбить себе в голову, что на этот раз я правда не вернусь. Хотя это моя вина. Я слишком часто возвращалась раньше.

— Почему?

Она крутила в пальцах несколько травинок.

— Ты скажешь, что это глупо.

— Тебе ведь всё равно, что я думаю.

Она почти улыбнулась, но передумала.

— Иногда мне просто нравится думать, что у меня есть свой человек. Кто-то, кто всегда на моей стороне. Кто-то, с кем я не одна.

— И что тут глупого?

— Глупо то, что я знала, что не могу ему доверять, но всё равно позволила ему быть этим человеком. Это унизительно.

— Долго вы были вместе?

— Около трёх лет. То сходились, то расходились.

— Это немалый срок.

Она тяжело вздохнула.

— Он на том же лейбле, что и я, так что боссам это нравилось. Прессе нравилось. Нашим агентам и пиарщикам тоже. Фанаты сходили с ума по нам, а это всегда хорошо для бизнеса. Иногда мы даже ладили. Он мог быть весёлым… когда не был мудаком.

— Чёрт с ним. Ты заслуживаешь лучшего, — сказал я, и сказал это искренне.

Она взглянула на меня.

— Спасибо.

— Так Дюк — это причина твоей зоны недоверия? Или всё из-за утечки информации?

Она снова легла на спину и закрыла глаза, прикрыв их рукой.

— Он — часть. Утечка — тоже часть. Но эта зона недоверия формируется вокруг меня уже давно.

Мне хотелось спросить подробнее, но копаться в старых ранах было бы неправильно. Я решил сменить тему.

— Можно спросить, кто знал, что ты едешь сюда?

— Моя ассистентка, менеджер, агент, родители, Дюк.

— Ты сама сказала Дюку?

— Ему сказал мой отец.

— Он что, с ним близко общается?

— Видимо, да. — Она не убирала руку с глаз, но по её голосу я понял, что её это раздражает. — Хотя, думаю, Дюк узнал только сегодня.

— Ладно. А остальные? Ты им доверяешь? Они бы не слили информацию прессе?

Она убрала руку со лба и посмотрела на меня.

— Не думаю. А что?

— Утреннее фото с парковки уже в сети. На мой взгляд, это не просто фанатский снимок, так что я подумал: может, кто-то из твоего окружения поделился информацией — ради пиара или ещё чего.

— Ох… Не думаю. Наверное, просто какой-то случайный человек из Старбакс.

Она продолжала изучающе смотреть на меня, а потом внезапно сменила тему.

— У тебя очень широкие плечи. И большие руки.

Я усмехнулся.

— Говорят, это помогало мне быть хорошим пловцом.

— Ты занимался плаванием в школе?

— Да.

— После выпуска пошёл сразу в ВМФ или сначала в колледж?

— Сразу. Я всегда хотел стать морским котиком.

— Почему?

— Потому что все говорили, что это невозможно. А я хотел доказать, что справлюсь.

— И справился?

— Да, — ответил я. — Справился.

Её губы изогнулись в лёгкой улыбке.

— У тебя большое эго, ты знал?

Я ухмыльнулся наполовину.

— Просто говорю, как есть.

Она выглядела веселой.

— Ты всё ещё живёшь здесь?

— Пока да. С отцом, в доме, где вырос. Но собираюсь съехать, как только откроется бар.

— А где твоя мама?

— Умерла, когда мне было десять.

Её выражение сразу потускнело.

— Прости.

— Всё нормально.

Она вздохнула.

— Моя мама сводит меня с ума, но я не могу представить жизнь без неё.

— А что насчёт отца?

Она снова посмотрела в небо, затем закрыла глаза рукой.

— Он рядом. Иногда даже остается рядом.

Я ждал, не скажет ли она что-то ещё,