Тайна принцессы - Елена Золотарева

— Да, малыш, — чувствую, как мою обмякшую тушку поднимают на руки, — теперь тебе от нас не сбежать.

5. Попытка

Просыпаюсь, и взгляд упирается в рельефную загорелую руку. Пару раз моргаю и понимаю, что передо мной Нур. Он сидит в кресле рядом с моей кроватью, ноги заброшены на низкий пуф, а сам он сосредоточенно смотрит в тетрадь и, судя по движениям руки, рисует. Торс, как ни странно, в майке, на ногах брюки, а ступни босые.

Захлопываю глаза, чтобы не выдать себя, и вспоминаю, что было перед тем, как я отключилась. Адская тренировка, ресторан, коктейль...поздравления.

Пытаюсь незаметно приоткрыть один глаз, чтобы подсмотреть за медведем, и сердце вздрагивает от испуга. Он склонился надо мной и улыбается.

— С добрым утром, солнце! Можешь не притворяться, я знаю, что ты не спишь.

Разочарованно вздыхаю. Поймали.

Матрас с другой стороны проминается, и я с ужасом поворачиваю голову. Надеюсь, там не голый дракон?

— Что ты предпочитаешь на завтрак, моя шера-йя? — Аджай обжигает дыханием обнаженное плечо, и я напрягаюсь. А я-то хоть одета? А то от этих можно ожидать чего-угодно.

Проверяю, есть ли на мне одежда, и нащупываю топ и штаны. Слава галактикам! Дракон, кстати, тоже одет.

— Ты за кого нас принимаешь, детка? — в глазах Нура смешинки, и я ловлю себя на мысли, что его улыбка очень мило смотрится. Большой добрый мишка, которого хочется потискать за бороду. Но это все лирика и желания женщины, не видавшей мужчин много лет. А реальность она другая.

— Куда вы меня притащили? — осматриваю почти пустую комнату с тонированным панорамным окном. Судя по небу, мы где-то очень высоко.

— Ну опя-я-ять! — хлопает ладонями по коленям Нур и легко пересаживается на кровать, заставляя меня потесниться.

Но это ловушка! Отодвигаясь от одного, я вынуждена прижаться к другому. А дракон все дышит огнем мне в плечо.

— Ты чего такая колючая?

— Ты еще спрашиваешь? Вы сначала умотали меня на тренировке, потом накачали какой-то дрянью, притащили неизвестно куда!

— За тренировку еще раз прости. Но эльфир ты пила сама. Обычно он просто поднимает настроение и делает человека добрее.

— То есть, вы задобрить меня пытались?

Они оба кивают, так шкодно улыбаясь, что я больше не могу злиться. Что это со мной? Не слишком ли быстро сдаю позиции?

— А не пробовали меня просто не злить?

— Будем считать это притиркой.

— Вы все же надеетесь на «долго и счастливо»?

— Мы слишком долго ждали этого шанса, Сирена. И не упустим его из-за какого-то досадного недоразумения.

— Досадным недоразумением ты называешь лужу на полу моего номера? — снова язвлю я.

— Ты касалась ее? — серьезнеет Аджай, легко сжимая пальцами мою руку, чуть выше локтя.

— Да.

— Тогда понятно, почему мы выжили. Ты убила, ты и воскресила.

— Что за бред! — прыскаю я, а тело нервно подрагивает от горячих прикосновений двоих мужчин.

— Не бред, малыш. Это истинность. Необъяснимое чудо, которое произошло с нами.

— Я не могу в это поверить, — не успокаиваюсь я.

— Дай нам время, Сирена, — Нур касается моих волос и так нежно проводит по ним рукой, что я перестаю дышать. Откуда в этом медведе столько нежности?

— а сейчас пора завтракать. Ты со вчерашнего дня ничего не ела. Аджай приготовил для тебя потрясающий завтрак.

Дракон осторожно касается моей ладони и притягивает к себе, как бы ведя за собой. Мышцы сводит от боли, и я замираю, тихо постанывая.

— А после завтрака отведем тебя на горячее озеро. Твоему телу необходимо расслабиться.

— Я бы не отказалась от массажа...— мечтательно скулю я, и только потом понимаю, что это выглядит, как намек на то, что сделать его должны эти двое. Кто меня за язык тянул? И вообще! Расслабилась я что-то. А с другой стороны, могу я хоть разочек почувствовать, что значит мужчина ухаживает?! Ведь я всегда могу от этого отказаться. Ведь смогу? Надо бы уточнить у куратора.

— Мне нужно позвонить дочери, — пытаюсь забрать свою руку у дракона, но тот вроде и отпускает, но тут же его пальцы нежно проходятся по коже до локтя и возвращаются обратно. Это вызывает волну мурашек, и я надеюсь, что он не заметил моей реакции.

— Тая сейчас на уроке каллиграфии, а после их группа отправится на залив кормить дельфусов, — сообщает Аджай, продолжая изводить меня поглаживаниями. И у меня уже не только мурашки, но и волнение в животе.

— Откуда ты знаешь? — сосредоточиться очень трудно. Оба мужчины рядом, и мне кажется, что я всем телом чувствую волны их дыхания.

— Мы теперь одна семья. Тая наша приемная дочь, — его тон такой, будто он говорит само собой разумеющиеся вещи.

— В смысле? — стараюсь не поддаваться желанию тела потереться о пышущую жаром грудь Аджая.

— Мы уже успели подружиться! — Нур берет меня за свободную руку, и мне кажется, что я на аттракционе свободного падения. Такая реакция на них одновременно и пугает, и приятна. Не знаю, как у них так получается воздействовать на меня. Вроде бы ничего особенного не делают.

Проходимся по пустой квартире, которая, наверное, раньше была арт-холлом, такой здесь масштаб! Высокие потолки, простор, окна в пол. Голые стены, куда так и просятся полотна.

— Пока ты спала, Тая выбрала себе комнату. И заказала мебель. Привезут завтра.

— Она предпочла зеленый цвет.

— Она была здесь? — я до сих пор не могу поверить в то, что у манурцев все так просто. Совпали, съехались и теперь одна семья. — Я все проспала...

— Она ночевала дома. У нас дома, Сирена. А мы присмотрели за малышкой. Кстати, она была рада знакомству. Уверен, мы ей понравились.

Это заявление окончательно вгоняет меня в ступор, и я пытаюсь отстраниться.

— Пожалуйста, мне нужна минутка, чтобы все осознать. Я могу принять душ?

Без лишних вопросов меня провожают к нужной комнате и, пообещав чудесный завтрак, наконец, оставляют одну.

Сажусь на край ванной, одиноко стоящей у панорамного окна, и, ссутулившись, роняю лицо в ладони. Кажется, все пошло не по плану, и как быть дальше, вообще не понятно.

Делаю несколько вдохов, чтобы убрать лишнюю эмоциональность.

— Малыш, ты как? — звоню дочери, чтобы убедиться, что с