"Кавказ". Я нагулялся, Пышечка - Евгения Кец

Тишина. Она смотрит на меня. Лицо — каменное.

— За него?

— За него.

— Ты сошла с ума.

— Нет.

— Ты его знаешь три месяца!

— Достаточно.

— Достаточно?! — она повышает голос. — Ты думаешь, этого достаточно, чтобы принять такое решение?!

— Да.

— Марьяна, опомнись! Он — чужой! Другая культура, другое воспитание!

— Он — хороший человек.

— Все они хорошие! Сначала! А потом...

— Мам, хватит.

— Не хватит! Я пытаюсь тебя защитить!

— От чего?

— От ошибки!

— Это не ошибка.

— Откуда ты знаешь?!

— Знаю, — говорю спокойно. — Чувствую. Он — правильный.

— Правильный?! Он — не нашей крови! Что люди скажут?!

— Мне плевать, что скажут люди.

— А мне — не плевать!

— Это твоя проблема. Не моя.

Молчим. Смотрим друг на друга.

— Если ты выйдешь за него, — говорит она медленно, — я не приду на свадьбу.

— Твой выбор.

— Марьяна!

— Твой выбор, мама. Я свой — сделала.

— Ты пожалеешь.

— Может быть. Но это — моя жизнь. Мои ошибки. Моё счастье.

— Какое счастье?! С ним?!

— Да. С ним.

Встаю.

— Я пришла не спрашивать разрешения. Пришла сообщить. Свадьба через месяц. Если хочешь — приходи. Если нет — я пойму.

— Марьяна...

— Пока, мама.

Выхожу. Иду к машине. Руки трясутся. Сердце колотится. Но — спина прямая. Я сделала это. Сказала.

Теперь — её ход.

Вечером дома Руслан рядом. Держит меня за руку.

— Как прошло?

— Плохо.

— Она не придёт?

— Сказала — нет.

— Жаль.

— Мне тоже.

Молчим.

— Но знаешь, что? — говорю.

— Что?

— Мне — легче.

— Почему?

— Потому что я сказала правду. Впервые за долгое время — не прогнулась. Не извинилась. Не согласилась.

— Это хорошо.

— Это страшно. Но хорошо.

Он обнимает меня. Крепко, надёжно.

— Я горжусь тобой.

— Правда?

— Правда.

— Почему?

— Потому что ты — сильная. Даже когда думаешь, что нет.

Слёзы текут. Но от счастья.

— Я люблю тебя.

— Я тебя тоже.

ГЛАВА 14. СВАДЬБА

Месяц пролетает как один день.

Свадьба. Подготовка. Платье, ресторан, гости. Тётя Зара берёт всё в свои руки — я только киваю и соглашаюсь.

— Плов будет! — объявляет она. — Три казана! Мало — позор!

— Тётя Зара, это же свадьба, не...

— Свадьба без плова — не свадьба!

Руслан смеётся. Я — тоже. Спорить с тётей Зарой бесполезно.

Алина приезжает за неделю до свадьбы. Помогает с последними приготовлениями.

— Ты светишься, — говорит она, глядя на меня.

— Все так говорят.

— Потому что это правда.

— Я счастлива.

— Вижу. И рада.

Обнимаемся. Крепко, по-сестрински.

— Мама не придёт, — говорю.

— Знаю. Она мне звонила.

— Что сказала?

— Что ты — упрямая. Что пожалеешь. Что она — права.

— И что ты?

— Сказала, что она — дура. И что я буду на свадьбе. С ней или без неё.

— Алина...

— Что? Правда же. Я тоже устала слушать её бредни. Восхищаюсь твоей смелостью. Вот, тоже решила дать отпор…

Смеюсь сквозь слёзы.

— Спасибо.

— Не за что. Ты — моя сестра. Я всегда на твоей стороне.

В день свадьбы просыпаюсь рано. Лежу и смотрю в потолок. Сегодня — я стану женой. Женой Руслана. Марьяна Алиева.

Странно звучит. Но — правильно.

Рыжик запрыгивает на кровать. Тычется носом в ладонь.

— Привет, малыш. Сегодня большой день.

Он виляет хвостом. Ничего не понимает, но радуется.

Телефон звонит. Руслан.

— Доброе утро, невеста.

— Доброе утро, жених.

— Не передумала?

— Нет.

— Точно?

— Точно.

— Тогда — до встречи. Через три часа.

— Через три часа.

— Я люблю тебя.

— Я тебя тоже.

Сбрасывает. Улыбаюсь как дурочка.

Три часа. Через три часа — я стану его женой.

Стою перед зеркалом. Белое платье, фата, букет. Смотрю на себя — и не узнаю.

Счастливая. Спокойная. Красивая.

Да, красивая. Теперь — верю.

— Ты готова? — Алина заглядывает в комнату.

— Почти.

— Почти — это как?

— Руки трясутся.

— Это нормально. У всех невест трясутся руки.

— Откуда ты знаешь?

— Читала где-то.

Смеюсь. Нервно, коротко.

Алина подходит. Берёт меня за плечи.

— Маря, — говорит серьёзно. — Ты — красивая. Ты — счастливая. Ты выходишь замуж за человека, который тебя любит. Всё будет хорошо.

— Откуда ты знаешь?

— Чувствую.

Обнимаю её. Крепко, благодарно.

— Спасибо, что ты здесь.

— Где же мне ещё быть?

Маленький, уютный ЗАГС. Только свои. Алина — рядом. Держит мой букет. Нервничает больше меня.

— Ты готова?

— Да.

— Не трясёшься?

— Немного.

— Это нормально.

— Знаю.

Двери открываются.

Он стоит там. Ждёт. В костюме. Красивый. До невозможности.

Макс рядом — свидетель. Феся — с огромным животом рядом, мне кажется, она вот-вот родит. Тётя Зара плачет уже сейчас. Папа Руслана — держит её за руку.

Иду по проходу. Ноги не дрожат. Сердце — колотится.

Он смотрит на меня. Глаза — влажные.

Поджимаю губы, надо же, я растрогала до слёз самого Руслана Алиева…

Смеюсь. Он — тоже.

— Согласны ли вы, Руслан Тимурович... — начинает сотрудница загса.

— Да.

— Я ещё не закончила.

— Неважно. Да.

Смех в зале. Сотрудница качает головой, но улыбается.

— Согласны ли вы, Марьяна Сергеевна...

— Да.

— Вы тоже недослушали.

— Тоже неважно. Да.

Руслан берёт мою руку. Надевает кольцо. Простое, золотое.

— Это — навсегда, — шепчет.

— Навсегда, — соглашаюсь.

— Объявляю вас мужем и женой, торопыги. Можете поцеловать невесту.

Он целует меня. Глубоко, нежно.

Все хлопают. Феся плачет. Тётя Зара рыдает. Макс свистит — громко, по-хулигански.

Мы — женаты.

Мы семья.

Плов — три казана, как обещала тётя Зара. Тосты, смех, танцы.

Руслан произносит речь:

— За мою жену, — говорит, поднимая бокал. — Которая въехала в мою жизнь на полном ходу. Которая посылала меня десять раз — и всё равно дала шанс. Которая научила меня, что любовь — это не шутки. Это — ответственность и умение быть рядом. Всегда. За тебя, Марьяна.

Все пьют. Я — плачу.

— Ты чего плачешь? — говорит он.

— Соринка в глаз попала, — шмыгаю носом.

А потом смеёмся. Целуемся.

Макс произносит тост:

— За Руслана, — говорит. — Который двадцать лет был моим братом. И за Марьяну — которая теперь моя сестра. Совет да любовь!

Феся добавляет:

— И чтобы дети были! Много детей!

— Феся! — Руслан краснеет.

— Что? Я хочу, чтобы у нашего сына тоже был такой лучший друг!

Смех. Тётя Зара кивает:

— Внуков хочу! Минимум троих!

— Мам!

— Что — мам? Я старая! Хочу понянчить!

— Тебе всего пятьдесят!

— Это старая!

Смех. Я смотрю на всё это — на эту шумную, сумасшедшую, любящую семью — и понимаю: я дома.

Впервые за долгое время — дома.

Вечер. Музыка. Танцы.

Руслан ведёт меня на танцпол. Медленный танец — его руки на талии, моя голова на его плече.

— Счастлива? — шепчет.

— Очень.

— Не жалеешь?

— Ни