Бред сивого кобеля - Екатерина Вильмонт

– А можно мне будет…

– Сказать ей обо мне?

– Ну да.

Он задумчиво посмотрел на нее:

– Знаешь, не стоит. Она вдруг начнет вспоминать грехи моей молодости, да еще в своей интерпретации… Зачем это?

– В твоей молодости было что-то предосудительное?

– Наверное, в молодости каждого мало-мальски привлекательного мужчины, не кастрата, есть что-то предосудительное, ну, свои скелеты в шкафу. Я расскажу тебе о них потом, но сам. Ты ведь тоже предпочла бы сама рассказать мне о каких-то эпизодах своей жизни, а не предоставить это право своим балетным подругам.

– Да уж, главное, что в этой жизни мы нашли друг друга, по крайней мере, я так чувствую…

– Ты все правильно чувствуешь. Скажи мне только: ты готова жить отшельницей, как живу я? Там нет светской жизни, даже соседи достаточно далеко. Я много работаю, и вовсе не каждую неделю мы сможем куда-то вырываться…

– Ну и что? Я и в Москве живу отшельницей. Не люблю тусовки.

– Но в Москве ты знаешь, что в любой момент…

– А там большой дом?

– Да как тебе сказать… Немаленький, во всяком случае, хотя комнат не так уж много. Дом одноэтажный. Очень большая гостиная, метров пятьдесят, три спальни, просторная кухня, ванная и все такое. Есть еще что-то вроде каменной террасы, но она пока никак не обустроена.

– А что там надо обустраивать?

– Ну тент сделать, стол поставить, мангал, может быть…

– Так это открытая терраса?

– Да.

– А я смогу поставить там какие-то растения в горшках?

– Ты сможешь делать там все, что тебе захочется.

– А в доме?

– И в доме. Нельзя ничего трогать в моей мастерской. Ну и в гараже, это моя епархия. А дом в твоем распоряжении. Он у меня еще плохо обжит. Я, собственно, почти все время торчу в мастерской, даже сплю там иногда.

– А собака у тебя есть?

– Пока нет, но мы обязательно заведем.

– А с кем же остался Маркиз?

– Два раза в неделю приезжает на велосипеде женщина, она убирает дом и оставляет ему еду. Он вообще-то весьма самостоятельная личность, может и сам себя прокормить, если что, но он все-таки должен знать, что я его не бросил, что я вернусь.

– А как тебя занесло в Бразилию? Не очень характерная страна для эмиграции…

– Я расскажу тебе когда-нибудь потом. А ты что-нибудь вообще знаешь о Бразилии?

– Ну еще бы, я смотрю бразильские сериалы, и у меня часто бывает ощущение, что у меня там масса знакомых.

– Боже мой, какая прелесть! Если захочешь, мы съездим в Бразилию.

– Да, наверное, захочу…

– Только не во время карнавала, этого я не вынесу.

Они вдруг начали смеяться, да так, что Туся закашлялась, и на глазах появились слезы.

Очухавшись, она заметила, что за окнами уже совсем темно.

– Знаешь, мне пора…

– Я тебя отвезу. Ты завтра придешь?

– Да. Я теперь всегда буду приходить, когда ты меня позовешь.

– А надо еще звать? Я, кажется, уже позвал…

– Нет, я не могу… Пока еще меня надо звать…

– Так вот, я зову.

– Я приду.

– Когда ты поговоришь с мужем?

– Не знаю, – нахмурилась она. – Кажется, он уехал куда-то…

– Куда-то? – удивленно переспросил он.

– Да, мне позвонили от него и сказали, что он уехал в командировку, а куда, я не спросила…

– Это был тот звонок?

– Да.

– И ты ответила «скатертью дорожка»?

– Да.

– Понятно.

– А ты знаешь, тебе придется всюду возить меня с собой. Я буду бояться одна на твоей ферме…

– Даже не надейся, что я тебя оставлю одну хоть на один день… Я буду ревновать тебя к фонарному столбу. Потому что мне кажется, что все мужчины должны тебя хотеть…