Бред сивого кобеля - Екатерина Вильмонт

– Зришь в корень!

– И кто? Ой, неужто незнакомец объявился?

– Да, я только что от него.

– Хорошо, что тебя сейчас Лешка не видит.

– Пусть видит, мне плевать, Алька, я просто сошла с ума, я умираю от любви!

– Ну вообще-то это называется не любовь, а…

– Ничего ты не понимаешь, это именно любовь, и у него тоже… С первого взгляда, роковая…

– Ой, мамочки, какие страсти!

– Я выхожу за него замуж.

– Это кто решил, позволь спросить?

– Он решил. И я согласилась.

– Ты больная?

– Я здоровая, счастливая, по уши влюбленная… Знаешь, он какой?

– Ну, судя по всему, половой гигант!

– Это не главное…

– Значит, все-таки гигант? – заинтересовалась Алька.

– Наверное, да…

– А лет ему сколько?

– Точно не знаю.

– А вообще ты хоть что-то о нем знаешь, кроме анатомических подробностей?

– Конечно. Он скульптор, много лет жил в Бразилии…

– Где много всяких Педров?

– А теперь живет во Франции, у него дом и мастерская в Провансе. Кот Маркиз. И сейчас он в основном занимается изразцами.

– В каком смысле?

– В самом прямом. Делает эксклюзивные коллекции для богатых. Вот…

– Это вся информация?

– А что, мало?

– Мамзик наплакал. Дети у него есть? Жена?

– Про детей ничего не говорил, и про жену тоже.

– Блин, ты о чем думаешь? Замуж пойду! А кто он и что он, не знаешь. Совсем крыша съехала. А фамилию ты хотя бы знаешь?

Туся задумалась.

– Нет, кажется, нет…

– Что значит – кажется?

– Видишь ли, я спросила, но в этот момент мне позвонили на мобильный, и я не помню, ответил он или нет…

– Ну ни фига себе!

– Понимаешь, звонок был неприятный.

– Опять что-то про Лешку?

– Да. Только голос другой.

– Кому-то здорово охота вас поссорить.

– Эта особа даже не подозревает, как она близка к цели! Как только Лешка появится, я сразу поговорю с ним. Я уеду, Алька. Заберу Мамзика и уеду к нему. Я знаю, я уверена: я буду с ним счастлива по-настоящему.

– В Прованс уедешь?

– Да, у него там дом, сад, он сказал, что в доме я смогу делать все, что захочу… Там дивная природа…

– Прованское масло и капуста «провансаль».

– Ты не понимаешь, Алька…

– Это правда, чего-то я не догоняю… Ты с ним сколько раз виделась?

– Всего три… То есть вчера я только посидела с ним у него в машине… А сегодня… И завтра пойду.

– У него тут квартира есть?

– Нет, он в гостинице живет. И машину взял напрокат. Он сказал, что не мог забыть ту нашу встречу и без меня не мог… даже в Бразилии…

– Ну если в Бразилии не мог, то это впечатляет… Там, судя по сериалам, тучи охренительных баб… Дура ты, Туська, редкостная.

– Нет, я постараюсь объяснить… Понимаешь, я знакома с Лешкой почти шесть лет, и с самого первого дня меня угнетала наша разница в возрасте. Постепенно он сумел мне внушить, что это роли не играет и что пять лет не разница, но я… Мне это постоянно мешало. Я все время… старалась «держать лицо», никогда не жаловалась ему, что у меня болит нога или голова… Я устала, а с Кириллом все по-другому. С ним я чувствую себя свободно, легко, уютно. Мне, если честно, с Лешкой всегда было не очень уютно. С Ниночкой – да, а с ним нет. Я все время ждала, что кто-то скажет мне, что я старая калоша… И дождалась…

– Ну, милая моя, это элементарно! Если ты ждешь удара, так тебя непременно стукнут.

– Может, ты и права. И потом… Он хочет ребенка… А Лешка ни за что не хотел.

– А ты? Не поздно ли?

– Откуда я знаю? Если Бог пошлет…

– Да, дела… ну надо же. И тебе не жалко бросить Лешку?

– Лешку? Нет, наверное. Ниночку жалко.

Алька вдруг схватила Тусю за руку.

– Что ты мечешься по комнате? Погоди, ты сказала, что его зовут Кириллом. А в прошлый раз он ведь Александром назвался?

– Ну да. Но он объяснил.

– Туська, у тебя, похоже, мозги набекрень. Или его сперма в голову ударила.

– Почему?

– Ты не понимаешь, кто он такой?

– А кто?

– Да сдается мне, он твой свекор.

– Что? – ошалела Туся.

– Что слышишь! Конечно, я не могу это утверждать, но в качестве предположения… Лешка ведь Алексей Кириллыч, папаша его скульптор… Так?

Туся оцепенела.

– Он приехал из дальних стран и решил в день рождения сделать сюрприз бывшей жене, поглядеть на более чем взрослого сынка, чем плохо на старости лет заиметь сынка? А тут вдруг бабенка попалась, слабая на передок. Ну, он своего и не упустил. А как узнал, что ты его невестка, сбежал… Чем не версия? Очень похоже на правду.

– Но тогда зачем же он вернулся? – едва слышно пролепетала Туся, хватаясь за соломинку, хотя она сразу поверила в эту страшную версию.

– А влюбился! Ты, Туська, баба такая, от тебя мужики иногда мрут как мухи, даже голливудские, а поскольку он не привык себе ни в чем отказывать, то почему бы и не увести жену у сына? Это прикольно! И очень стимулирует в пожилом возрасте.

– Подожди, Аль, но ведь это всего лишь догадки… Это еще доказать надо.

– Туська, у тебя есть фотографии?

– Какие?

– Ну Лешкины детские?

– Да нет, они у Ниночки.

– Она еще не уехала?

– Уехала.

– У тебя есть ключи от ее квартиры?

– Конечно.

– Поехали.

– Куда?

– Совсем отупела? К Ниночке, альбомы смотреть!

– Нет, я не хочу… Я завтра, сама…

– Ну уж нет, я теперь тебя одну не оставлю, все слишком далеко зашло. Кстати, все еще может оказаться полной чихней, плодом моего больного воображения. Давай-давай, бери ключи.

– Аль, я боюсь.

– Раньше надо было бояться, когда давала невесть кому, а теперь чего уж…

– Как ты не понимаешь, я его люблю…

– Какая, на фиг, любовь? – не своим голосом заорала Алька. – К кому любовь? Да он же подонок, Туся! Ну ладно, первый раз он не знал, но теперь-то уже знает и сознательно уводит жену у сына. Это, по-твоему, не подлость? Он обязан был сказать тебе все, когда приехал. О-бя-зан, понимаешь? А он трус! Он вообще трус! Тогда сбежал, а теперь смолчал. Как можно такого любить? Ерунда, охолонешь. Но сперва все-таки следует убедиться.