Развод по любви - Натали Лавру

— Нет! — едва не кричал Костя, злобно зыркая на меня.

— Ну почему? Ты ведь тоже можешь поехать со мной, поддержать… — нарочито плаксивым голоском возроптала я.

— Я в этой клоунаде участвовать не собираюсь! Ты понимаешь, что столичные акулы сожрут тебя и оставят ни с чем? Для них ты наивная девочка из провинции, марионетка, которая нужна, чтобы оттенять их крутость. Куда ты лезешь, тебя же затопчут! — обрисовал он мне мрачную картину.

— Ах, вот, значит, какого ты обо мне мнения! — я упёрла руки в бока. — Это я-то наивная марионетка? Да у меня, между прочим, лучший результат по сложным трассам!

— Ты даже не знакома с соперниками. Это тебе только внушают, что ты можешь победить. Как ты думаешь, для чего это делается? — чтобы ты согласилась поехать! — втирал мне Костя. — В телешоу всегда есть сценарий, где прописаны и результаты в том числе. Тебе запросто могут подсыпать транквилизатор в питьё или намазать уступы растительным маслом. Что угодно… Пойми это.

— Вот я и проверю. Может, ты наговариваешь на них, и я стану новой звездой, — стояла я на своём.

— Я запрещаю тебе ехать! — жёстким менторским тоном прозвенело у меня над ухом.

— Пф! — только и ответила я.

«Тоже мне, приказчик. Запрещает он… — с любовью и старанием перетирал Костины косточки мой внутренний ворчун. — Наташе ничего нельзя запрещать, иначе — война. Нам ли не знать об истинных причинах запрета».

Я дала Косте неделю на «передумать». Ходила мимо него с каменным лицом, пироги не пекла, в школу ходила пешком и даже спала в своей бывшей спальне.

Подействовало.

— Наташ, ну что ты дуешься на меня? — подсел ко мне на кровать Костя, когда я читала «Тёмные аллеи» Бунина.

— А что мне, радоваться, что ты меня на соревнования не отпускаешь? Что не веришь в меня?

— Я верю в тебя, но там не те люди, которые способны оценить твой талант, — уже по-другому, не как в прошлый раз, заговорил Костя.

— Что ж, вот я и узнаю, что такое реальная жизнь, и какие бывают люди, — ответила я. — Не надо прикрываться моей беспомощностью. Ты же знаешь, что я нигде не пропаду.

— Наташа, ты молодая, импульсивная. Ты запросто можешь влюбиться в кого-то ещё. А я… Я дико тебя ревную, — признался Костя.

— Ты же понимаешь, что если запрёшь меня в клетке, мне будет плохо?

— Ну хорошо, я отпущу тебя на соревнования. Но обещай мне, что если у тебя появятся чувства к кому-то другому, я узнаю об этом первым.

— Обещаю, что буду честна с тобой в этом. Хотя это ересь. Я любовью не разбрасываюсь. Вообще ничем не разбрасываюсь. И мне неприятно, что ты во мне сомневаешься.

— Не в тебе, а в себе, — поправил он.

— В каком смысле? — не поняла я.

— Иногда мой возраст и мой опыт давят на меня. Вроде бы всё отлично и самое время быть счастливым, но… Я боюсь, что случится что-то плохое и тебя у меня не станет, — покаялся Костя.

— Может, тебе к психологу наведаться? — предложила ему.

— Не надо. Сам справлюсь, — мотнул он головой. — И хватит уже прятаться здесь, возвращайся ко мне.

— Я подумаю. А то заманишь меня и опять начнёшь свою тиранию разводить… — ударилась в рассуждения я.

Меня схватили. Книжка глухо шмякнулась о Костину голову и выскользнула у меня из руки. Всё, я безоружна.

— Моя. Моя. Никому не отдам, — внушал мне Костя, запустив одну руку мне под футболку, а другой придерживая мои запястья над головой.

Я завопила, аки невинна девица в неволе.

Сзади бесстрашным воином возник мой верный Дружок и… вы уже догадываетесь, что произошло.

Когда на главную хозяйку нападает не главный хозяин, времени на раздумья нет — надо кусать… Ну, то есть спасать!

Хвать!

— А-а-а! — взревел Костя, отстраняясь от меня.

Дружок верно оценил опасность, разжал челюсти и отскочил к дальней стене комнаты.

— Ах ты ж… — у Кости не хватило слов, чтобы выругаться. Или он не хотел научить меня плохому.

Я прыснула со смеху.

— Ничего смешного, — буркнул мой тиран. — Между прочим, до мяса прокусил… Сейчас я его… — он нагнулся к полу и запустил в Дружка тапком.

Не попал.

— А ты что хотел? Я же его спасла, теперь он меня защищает. Будешь знать, как нападать, — высказала ему я, а затем сменила гнев на милость. — Давай посмотрю, что там у тебя.

Дружок тяпнул Костю за щиколотку. На коже, конечно, остались глубокие следы, но обошлось без крови.

— Тебе повезло, что Дружок ещё маленький, — резюмировала я. — Госпитализация не требуется, — и обратилась к псу: — Дружок, фу! Нельзя кусать Костю! — и сердито погрозила пальцем.