Спасенный рай - Рут Райан Ланган

– Мой папа говорил, что бывает боль слишком сильная для слез. – Далси прижалась губами к виску Клары. – А вам уже пора спать.

Далси прикоснулась к изысканной вышивке ночной рубашки, извлеченной из сундука тети Бесси. А ведь совсем недавно она воспринимала такие роскошные вещи как должное. Глубоко задумавшись, девушка подошла к окну. Это было раньше, до того, как мир сошел с ума. И до того, как отец надел свою великолепную конфедератскую униформу и отбыл на войну, чтобы никогда не вернуться.

Внимание Далси привлек мирный пейзаж, простиравшийся внизу. Лунный свет заливал поля, волны лениво бились о берег, а ряды пальметто напоминали безмолвных стражей. Иногда, когда в доме становилось тихо, и все вокруг окутывала тьма, ей почти удавалось убедить себя, что ничего не произошло и все они в полной безопасности. Быть в безопасности – это все, чего ей хотелось для себя и для других.

Она вышла на балкон и увидела, как мимо бесшумно пролетела сова.

– Вы тоже хотели бы так летать?

При звуке этого низкого голоса Далси вздрогнула и оглянулась.

Рядом, небрежно облокотившись на перила, стоял Кэл. В руке он держал сигару, и завитки дыма кружились у него над головой, растворяясь в воздухе. Он был обнажен по пояс, и у Далси заколотилось сердце.

– Да, раньше я мечтала летать, – призналась она.

– А куда бы вы полетели, если бы могли?

Она пожала плечами, стараясь не встречаться с ним взглядом.

– В какое-нибудь безопасное место, не затронутое войной. Где никогда не умирают родители, где дети могут мечтать о лучшем будущем. – И она подняла на него взгляд. – А вы?

– Я видел слишком много разных мест и больше не горю желанием никуда ехать. Лучше остаться на своем островке… – Кэл посмотрел вдаль. – Мечты – это для детей. А я вижу впереди только тяжкую работу да постоянную борьбу за существование.

– Но ведь в детстве вам чего-то хотелось.

– Наверное. – Он смотрел, как лунный свет бриллиантами переливается в ее волосах, делая их иссиня-черными. – Но война все переменила.

В его голосе Далси уловила тщательно скрываемую боль и, не подумав, коснулась его руки.

– Не все! Ведь у вас же остался дом, семья, остров.

Вместе с нежностью ее прикосновения Кэл ощутил поднимавшийся в нем жар. Он сразу напрягся, чтобы ничего не чувствовать, и голос его прозвучал грубее, чем он ожидал.

– Я мечтал, мисс Трентон, но не об этом острове.

– Простите. Я не имела права… – Она хотела отойти, но Кэл отбросил сигару в сторону, и его сильные пальцы обхватили ее запястье.

– Не имели права? Но такие вещи никогда не останавливали храбрую мисс Далси Трентон! – Он приблизил ее к себе. – Вы не имели права вытаскивать невинных детей в море во время шторма – но вы это сделали. Вы не имели права вторгаться в нашу жизнь – но вы это сделали. – Глаза Кэла были словно из стали. Он привлек Далси еще ближе. – И вы не имеете права напоминать мне, как бесплодны мои мечты. Но делаете это каждый раз, когда смотрите на меня.

– Прошу вас…

Кэл прижал ее к себе, и его голос стал хриплым.

– Вы спрашиваете, о чем я мечтал. Я вам скажу: о женщине – нежной, ласковой и любящей, которая захочет стать моей женой. О детях, которых будет вокруг так же много, как древесных листьев. О любимой профессии…

– Тогда почему…

Но его яростный шепот перебил ее:

– А вместо этого меня мучает искусительница с ангельским голосом. Женщина, которая лжет, интригует и затевает коварные планы.

– Как вы смеете…

И снова он прервал ее – грубым, жестоким поцелуем.

Кэл испытывал страсть и раньше, но такого чувства он еще не знал. Желание, сильное, сводящее с ума желание терзало его изнутри, искало выхода. И когда его губы прикоснулись к ее губам, а тело прильнуло к ее телу, Кэл подумал, что должен овладеть ею, чтобы не сойти с ума. Он чувствовал, как девушка постепенно тает в его объятиях. Сначала она была охвачена страхом, но потом обхватила его за плечи так, будто цеплялась за спасательный круг, а губы ее раскрылись.

Его прикосновения стали нежнее, хотя он сам этого не сознавал. Кэл погрузил руку в ее волосы и удивился их мягкости. Со стоном наслаждения он начал покрывать поцелуями ее шею, и Далси вознаграждала его за это тихими вздохами. Это совсем не то, что мне нужно, напоминал себе Кэл. Но в то же самое время его губы снова прильнули к ее губам, и он понял, что обманывает себя: ему нужно все это, ему нужна Далси.

Он крепко прижал девушку к себе, пока не почувствовал биения ее сердца. Или это его собственное сердце колотится так громко?

Далси знала, что может смириться с его оскорблениями, справиться с его гневом и горечью. Но ей нечем было бороться с его нежностью. Она была готова провести в его объятиях целую вечность. Как странно, что этот загадочный угрюмый человек вызывает у нее такие чувства.

Оторвавшись от ее губ, Кэл глубоко вздохнул, словно собирал все свое мужество, и отстранился. Зачем он так накинулся на нее? И с нежностью, которой он сам в себе не подозревал, Кэл коснулся пальцем ее щеки.

– Мисс Далси Трентон, а ведь вы и вправду строите коварные планы и лжете с того самого момента, как приехали сюда.

Он прикоснулся большим пальцем к ее губам, обводя их плавный контур. Затем сощурился и привлек ее к себе, чтобы поцеловать в последний раз. Они оторвались друг от друга, только когда уже не могли дышать.

И тут, ни слова не говоря, он отпустил ее и подтолкнул ко входу в комнату. Когда девушка обернулась к нему, он резко произнес:

– Иди, Далси. Пока я не сделал того, о чем мы оба будем жалеть.

Оглушенная его словами, она, словно во сне, прошла к себе в спальню, оставив его на балконе.

Кэл посмотрел вдаль, в сторону Чарлстона. Боже всемогущий, что же с ним происходит? Надо побороть искушение. Даже если они смогут доставить друг другу мимолетное наслаждение, у них все равно нет будущего. Слишком многое их разделяет.