Вето на девочку - Виктория Волкова

– Да нет вроде, – морщусь, пытаясь уйти от взгляда сканера. – Айтишников позови, – велю, включая комп, и прошу по-свойски: – И нимесила мне наболтай, пожалуйста.

– Опять плечо? – вздыхает Юля. Бодрой лошадкой спешит в приемную.

И через минуту возвращается с хрустальным стаканом. В два глотка выпиваю мутную жидкость и внимательно смотрю на секретаря.

– Юля, айтишники где?

– В Караганде, – огрызается она. – Хоть немного в себя приди, Александр Георгиевич. Успеешь сожрать этих охломонов…

– Юля! – рыкаю предупреждающе.

– Что Юля! – фыркает она, буравя меня пристальным взглядом. Зыркает глазищами, обрамленными густо накрашенными, словно лапки жука, ресницами. Зрелище жуткое. Характер скверный. Зато мой человек. Преданный и порядочный.

– Иди работай, – отмахиваюсь раздраженно. – И жду айтишников. Когда ты там их соблаговолишь вызвать.

– Через пятнадцать минут, – отрезает цербер и уже марширует к двери, когда ко мне в кабинет влетает разъяренная Снежана.

А я и думать забыл о ней! И Юлю не предупредил. Придурок…

– Ты-ы! – забыв о приличиях, размахивает Снежана сумкой. – Да как ты мог, Саша?

– Выйди, – приказываю Юле, застрявшей в дверях. И как только за ней закрывается дверь, цежу недовольно: – Угомонись, девочка. Умей проигрывать.

– Что? Какого? – в ужасе глядит на меня бывшая любовница. – Да я и думать о тебе забыла! Полковник Ибрагимов, блин!

Дергаюсь инстинктивно. Тревожный звоночек. Очень тревожный.

– Ты о чем это? – делаю вид, что не понимаю. Откидываюсь в кресле. Давлю взглядом. Но, похоже, на Снежану ничего не действует.

– Ты, сука отмороженная, – подходит она почти вплотную. Наклоняется ко мне, обдавая сладким парфюмом. – Ты какого к детям полез? За каким хреном вообще ко мне приперся, если видеть не хотел?

Молча смотрю на зарвавшуюся девицу. Держу паузу, как в театре, прекрасно зная, как это бесит. Вот и Снежана не выдерживает первой. Тушуется от моего взгляда. Не знает, куда деть руки. Так и стоит передо мной, опустив плечи.

– Сядь, пожалуйста, – холодно киваю на кресло. – И давай поговорим как нормальные люди…

– Ты нормальный? Не смеши, – приподнимает бровь Снежана, но все-таки садится напротив.

– Чай? Кофе? – спрашиваю я, стараясь быть учтивым.

– Воды если только, – выдыхает девица, откидывает на соседний стул сумку от Фурла, подаренную мной.

Прошу секретаршу принести воду и внимательно смотрю на бывшую.

– Давай внятно и по порядку, – велю, как только ее стакан наполовину пустеет. – У меня мало времени, детка. Советую не тянуть.

– Ты вчера детей разогнал у подъезда, – устало сообщает Снежана. – А Люсю отец избил. Скорая увезла. В реанимации девчонка. Какого тебя принесло, Саша? Зачем ты вмешался?

– Погоди, – рычу я, подскакивая из-за стола. – Как в реанимации? За что избил?

– Ну он нелюдь конченный, понимаешь? – Красные губы печально скользят вниз. Да и сама девица чуть не плачет от горя. – Он их с матерью третирует постоянно. Поэтому давай, полковник Ибрагимов, принимай меры. Коль вписался, помоги девчонке.

– А эти пацаны? – спрашиваю осторожно. – Кто из них поделился?

– Один из них мой племянник. Он мне вчера все выложил, – поясняет Снежана, и я неожиданно, впервые за два года знакомства вижу в ней нормального человека, а не гламурную дурочку.

– Ну я понял, – киваю коротко. – Я впишусь, ты же знаешь. Только дай мне все явки и пароли, Снежа.

– Да-да, сейчас, – поспешно лезет она в сумку. Ищет там что-то и, найдя черный ежедневник, достает ярко-розовый липкий листок. – Вот, возьми. Тут сотовый матери. Фамилия и имя девочки. И номер карты. Но деньги можно кинуть и по номеру телефона. Он привязан к карте, – торопливо сообщает она.

– Снеж, – усмехаюсь в ответ. – Я ресурсом помогу лучше. Договорились?

– А-а… ну да, – спохватывается она, и на красивом лице замирает странное выражение разочарования.

Не понял! Она меня развести на бабки хотела? Интересное кино.

– Служба безопасности займется, – киваю я, давая понять, что разговор закончен. – Всего хорошего.

– Саш, – печально тянет Снежана. – Может, мы снова… Я бы тебя простила…

– А я ни в чем не виноват перед тобой, – роняю спокойно. – Спасибо тебе за все.

– Ты вот так просто говоришь? – охает она. – Как будто фантик в помойное ведро выкинул…

– А что же ты хочешь, дорогая? – интересуюсь насмешливо. И вспомнив кое-что из жизни Алишера, предлагаю: – Могу отобрать все подарки. Хочешь?

– Не-ет, – в ужасе подскакивает с места Снежана.

– Вот и я не хочу, – ставлю точку в разговоре. – Пока.

Положив затылок на подголовник, наблюдаю, как Снежана быстро ретируется к двери. Только красные подошвы лабутенов мелькают.

«Смешно, ей-богу!» – усмехаюсь криво. И очень надеюсь, что больше эта красавица сюда не заявится. Намек, как говорится, должен быть понят с первого раза.

– Юра, – звоню главному безопаснику корпорации. – Зайди, пожалуйста!

Взгляд падает на розовый листок, прилепившийся к столешнице.

Никонтова Людмила. Шестнадцать лет. Склиф, твою мать!

Такого врагу не пожелаешь. А маленькой хлипкой девчонке тем более. И все из-за меня! Так бы отсиделась Люся Никонтова во дворе. Вернулась бы домой, когда отчим заснул. А утром бы ускользнула в школу. Так нет же! Вынесла меня нелегкая! Даже самому себе я не в силах объяснить, какого хрена не остался вчера в машине? Зачем разогнал тискающихся подростков?

– Вызывали, Александр Георгиевич? – просовывается в кабинет мясистое табло безопасника.

– Да, входи, – киваю коротко. – Дело есть.

Перед глазами неожиданно встает эта самая Люся Никонтова. Худенькая никакущая девчонка. И тут же ее образ оттесняет другая. Похожая, как родная сестра. Только более утонченная. Красивая. И такая нежная.

Настя. Настенька моя…

– Вот что, Юра, – закашлявшись от неожиданных эмоций, передаю листок. – Пробей всю инфу по этой девочке и мне доложи. Ребенок оказался в руках садиста. Знакомые, соседи девочки, просили помочь. У меня кровь стынет в жилах, только подумаю, что моя дочь ходит по тем же улицам… И кстати. К Катерине и к ее подруге приставь нормальную охрану. И тачку нужно им выделить с водителем. А то со мной ездят. Куча дел, а приходится подстраиваться, – жалуюсь недовольно. А сердце ухает только от одной мысли: снова бы оказаться рядом с Настей. Просто взять ее за руку…

Как там она первый день в городе?

– Будет сделано, – рьяно кивает Юра. – Охрану к девчонкам с завтрашнего дня приставить?

– Сегодня, – резко мотаю головой. – Они на занятиях в главном здании МГУ. Отправь туда сразу двух толковых бойцов. Желательно, взрослых и женатых. Чтоб без великой любви обошлось, понятно? – зыркаю строго.

– Конечно, – деловито заверяет меня безопасник.

А я, прикрыв глаза, снова представляю рядом Настю Макарову. Снова иду с ней по запутанным коридорам МГУ и снова схожу с ума от близости.

А когда в кабинет вламывается Лиманский, вскидываюсь, будто меня застали на месте