Их темная Дарлинг - Никки Сент Кроу

– Всё будет хорошо, Черри. Вот увидишь.

Слёзы возвращаются.

– Баш.

– Да?

– Я должна тебе кое-что…

– Черри.

Внезапно в дверях возникает Вейн.

– О да, – спохватывается Баш. – Я забыл тебе сказать, тебя ищет Тёмный. – И похлопывает меня по руке.

Сердце у меня уходит в пятки.

Я могла бы рискнуть рассказать Башу. Я ни за что не сознаюсь Вейну.

– Идём, – приказывает Вейн.

– Куда? – Я беспомощно смотрю то на него, то на Баша. Баш в ответ на мой взгляд недоумённо пожимает плечами.

– Черри, мать твою, живо вставай и пойдём со мной.

Я отставляю бутылку вина в сторону и встаю с кровати, немного покачиваясь. Баш остаётся на месте.

Они уже знают? Вейн сейчас убьёт меня?

Я уверена, что Вейн слышит громкий стук моего сердца и знает, что я в ужасе, хоть он и не воздействовал на меня своей магической силой.

Сделав глубокий вдох, я следую за ним по коридору и прочь из дома.

* * *

Первые несколько минут Вейн молчит, и я также молча иду рядом с ним по извилистой дороге, ведущей от дома к Дарлингтонскому порту.

Не так давно, когда он гнался за мной, мы бежали по лесу, не по пляжу.

Возможно, на самом деле всё в порядке.

Возможно…

– Черри, – произносит он.

– Да?

– Почему Уинни не было в гробнице, когда мы вернулись?

Я громко сглатываю и знаю, что он тоже это слышит.

Я мало что могу скрыть от Вейна.

– Я уже говорила тебе…

– Не ври мне, Черри. – Он останавливается посреди дороги и вытаскивает сигарету, запаливает её щелчком зажигалки. Пламя освещает его лицо: солнце уже садится за остров, и в лесу быстро темнеет.

– Что-то не так? – спрашиваю я, пытаясь оттянуть неизбежное, придумать какой-нибудь способ отболтаться.

Раньше мне это хорошо удавалось.

Я была совсем маленькой, когда Джез покинул Англию и я улизнула вместе с ним, но даже в том возрасте я сумела научиться кое-чему у нашего отца.

Дома, в кругу семьи, наш отец мог вести себя как полнейший мудак, но в обществе его все любили. Он был уважаемым юристом, возглавлял правительство при короле. И если я чему-то и научилась у него, то лишь тому, что всегда следует иметь две стороны – и лучше всего скрывать ту, которая совершает плохие поступки.

– Расскажи мне, что произошло, – требует Вейн. Он затягивается сигаретой и щурится от дыма, клубящегося вокруг лица.

До сих пор больно смотреть на него.

Я знаю, что не нужна ему, но от одного его присутствия у меня внутри всё переворачивается и в груди порхают бабочки.

Если бы я могла отдать что-нибудь, что угодно, чтобы это чувство исчезло, я бы это сделала.

– Ко мне в комнату попала птица… – начинаю я, но тут кто-то вылетает из тени, с разгона врезается в Вейна и швыряет его наземь.

– О боже! – визжу я.

Они катятся по земле, переворачиваясь несколько раз, а потом Вейн снова оказывается на ногах, придавив ботинком шею своего противника.

Второй, в которого Тёмный вглядывается с высоты своего роста, смеётся, хотя под нажимом чужой подошвы этот звук слышится сдавленно.

– Рок? – удивляется Вейн.

Тот немедленно хватает Вейна за ногу и спихивает прочь. Вейн оступается. Рок встаёт и принимается отряхивать брюки.

– Какого чёрта ты творишь? – возмущается Вейн. В его голосе нет ни малейшего воодушевления от встречи с братом.

– Проверяю твои реакции. – Рок проводит рукой по тёмным волосам. – Они очевидно хреновые. Ты должен был услышать, как я приближаюсь.

– Твою мать, я был занят!

Рок поворачивается ко мне, и у меня перехватывает дыхание. Я до сих пор ощущаю тепло и лёгкую спутанность мыслей от вина, а внимание такого парня согревает меня ещё больше.

Потому что, святые звёзды, он так горяч.

Я едва помню его, когда он был здесь в последний раз. Тогда он отрезал руку моему брату якобы за какое-то оскорбление Венди Дарлинг.

Я до сих пор ясно помню ужас Джеза и как он стонал от боли, пока Сми обрабатывала рану.

– Привет, – улыбается Рок, – а ты у нас?..

– Черри.

Какой ужас, я сейчас не одета для новых знакомств! Тем более с печально известным старшим братом Вейна.

Он на дюйм или два выше брата, то есть примерно как Питер Пэн. Но такой же худой, как Вейн, и обладает грациозной ловкостью, которая, вероятно, сослужит ему хорошую службу, если ему понадобится заниматься убийствами или кражами.

Но, может быть, чем-то в таком духе он и занимается.

Честно говоря, я мало что знаю о Роке кроме того, что он конченый психопат и известен на островах как Пожиратель Людей.

Джез его смертельно боится.

Я никогда не видела, чтобы он дёргался при чьём-то упоминании так же, как в случае с Роком.

Знает ли Джез, что его заклятый враг снова в Неверленде?

Возможно, мне стоит вернуться к нему только для того, чтобы рассказать – и увидеть, как от его лица отливает кровь.

Я до сих пор в обиде на брата. Возможно, эта маленькая месть немного меня удовлетворит.

Рок берёт мою руку, подносит к губам и запечатлевает на костяшках пальцев долгий поцелуй, не отрывая от меня взгляда.

Я вздрагиваю.

Хотя у них с Вейном одинаковые черты лица – острые скулы, выступающий подбородок и пухлые губы, – глаза у него ярко-зелёные.

Жар у меня в груди нарастает. Мне очень нравится такое обращение.

– Боже, – помрачнев, Вейн отталкивает от меня брата. – Не трогай её.

– Но она такая красотка. Только взгляни на эти веснушки. И ты знаешь, как я отношусь к рыжим.

– Она младшая сестра Крюка.

– Ещё один довод в её пользу.

– Какого хрена ты здесь делаешь, Рок?

– Я уверен, ты знаешь.

Они меряют друг друга взглядами, и воздух между ними словно плавится от жара.

Почему в словах Рока мне слышится какой-то колючий вызов? Во всём, что он говорит, есть подтекст.

Вейн прищуривается.

– Что тебе наговорила королева фейри?

– А-а-а, вижу. Ты действительно всё знаешь.

Рок приглаживает волосы, а затем обнимает меня за плечи. От него пахнет дорогим одеколоном, сладким алкоголем и горящим табаком.

– Хэй, Черри, – говорит он.

– Да?

– Где бы мне здесь найти Питера Пэна?

– Рок, – говорит Вейн тоном предупреждения.

Впереди в наступающей ночи начинает светиться домик на дереве. Я слышу музыку, играющую во дворе, где Потерянные Мальчишки, вероятно, уже наполовину пьяны.

– Я думаю, он где-то в доме, – отвечаю я