Когда приходит шторм - Карина Шнелль

Но едва я хотел наугад сделать следующий шаг, как примчался Реджи, взметая фонтаны песка. Марли вскинула руки, чтобы прикрыть глаза.

– Реджи! – строго приказал я. – Прекрати!

Пес пару раз обежал вокруг, затем с громким лаем шлепнулся на песок между мной и Марли и выжидательно уставился на девушку.

– Привет, Реджи! – произнесла она с застенчивой улыбкой и погладила его за ушком. Пес прильнул к ее ладони.

– Ты ему нравишься, – пошутил я. – Как увидит, сам не свой становится.

Улыбка девушки стала шире. Глаза тоже повеселели. От недавних слез не осталось и следа.

– А сколько ему лет?

– Два года. Совсем недавно перестал расти. Но все еще игривый и любопытный.

Она хихикнула. Возможно, вспомнила о нашей встрече у сувенирной лавки «Кит», когда Реджи гонялся за собственным хвостом.

– Я взял его двухмесячным щенком. – По непонятной причине прекращать разговор не хотелось. Может, потому, что глаза Марли опять подернулись тоской? И я продолжил: – Тогда был еще совсем крошечный. С ума сойти – как животные быстро растут и учатся всему!

Марли кивнула.

– У меня никогда не было домашних питомцев, хотя всегда хотелось. На летних каникулах часто волонтерила в приюте для животных в Торонто. Мне очень нравилось. – Она снова погладила Реджи. Тот блаженно повалился на спину и принялся кататься по песку. Марли тихонько рассмеялась. – А теперь поработала в клинике доктора Сью и еще больше понимаю, насколько их люблю. Может, когда-нибудь тоже решусь завести собаку. Или кошку.

Как расцвела Марли, стоило коснуться безобидной темы! Наши взгляды встретились; я улыбнулся ей. Она ответила тем же, однако внезапно улыбка застыла. Марли потерянно нахмурилась и нацепила на лицо нейтральную маску. Затем отлипла от Реджи и встала.

– Пожалуй, мне пора.

Я озадаченно наблюдал за ней. Девушка тем временем отряхнула песок с джинсов и потянулась за кроссовками.

Я тоже вскочил, не зная, куда девать руки, и вдруг позабыл все слова.

– Э-э… если хочешь, мы с Реджи проводим тебя в город. Нам все равно в ту сторону.

Она замялась и посмотрела на меня изучающе. Затем взгляд упал на Реджи, который тоже встал и задрал голову в ожидании.

– Ну хорошо… если вам тоже надо домой…

Я кивком указал на свою пропитанную по́том футболку:

– Да, пора принять душ.

Мы молча зашагали через пляж, удаляясь от моря в направлении города. Реджи скакал как угорелый; несколько раз Марли об него едва не споткнулась. Я подобрал с земли палку и забросил подальше, чтобы пес дал нам пару секунд отдыха. Однако Реджи в рекордно короткое время притащил ее обратно. Я протянул палку Марли:

– Попробуй теперь ты.

Она посмотрела на палку, затем на меня.

– Да запросто!

И зашвырнула ее вверх по высокой дуге.

Реджи сорвался с места и гордо принес палку назад. Марли повторила бросок еще и еще раз. Я наблюдал, как напряжение постепенно отпускает девушку; щеки вновь раскраснелись, в глаза вернулись озорные искорки. В город мы вошли, уже ведя непринужденную беседу. О Реджи. О погоде. О пристрастии к фирменным кроссовкам – Марли с четырнадцати лет была большой фанаткой линейки Pharrell Williams.

Когда мы добрались до коттеджа «Кори», я словно очнулся от транса – настолько погрузился в разговор с Марли, в ее голос, жесты, глаза, что не заметил, как дошли.

– Вот здесь я и обитаю, – объявила она.

Я давно знал, где она живет, – маленький городок, ничего не поделать! – однако промолчал. Вдруг подумает, что слежу за ней. И потому лишь хмыкнул:

– Очень милая гостиница.

Марли согласно кивнула.

– Ну что ж… э-э… спасибо вам обоим, что проводили. – Она погладила Реджи и направилась ко входу. – Пока, Джек.

– Пока, Марли.

Я смотрел ей вслед, ломая голову, что бы добавить. Упорно не хотелось отпускать девушку, хотелось еще чуть-чуть побыть вместе. Ведь мы только что слегка сблизились после заключения хрупкого перемирия. Как бы это не испортить.

– Марли!

Она уже стояла перед темно-зеленой парадной дверью и теперь обернулась.

– Надеюсь, тебе удастся найти в Сент-Эндрюсе то, что ты ищешь.

Она улыбнулась – немного грустно, но искренне. У меня внутри что-то екнуло. Я почувствовал тепло и подумал было, что вспотел после пробежки. Жар заполнил грудь и разлился по всему телу. Я изумленно оглядел себя. Реджи лизнул мне руку; он словно учуял – со мной произошло нечто примечательное. Я снова поднял глаза, однако Марли уже скрылась в коттедже.

Я провел рукой по горячему затылку и вздохнул.

– Идем, малыш. Пора принять холодный душ.

10. Марли

Я вернулась в коттедж ближе к вечеру. К счастью, неожиданная встреча с Джеком помогла не скатиться в депрессивное настроение. Мои мысли снова и снова возвращались к нашему разговору. К последним словам Джека: «Надеюсь, тебе удастся найти в Сент-Эндрюсе то, что ты ищешь».

Вот только теперь я поняла, что в городе следов мамы не найти, и засомневалась, что вообще продолжу поиски. Убью здесь еще неделю и смогу отсюда свалить. Мою машину починят, и я, надеюсь, позабуду свое фиаско. От этой мысли стало несколько тоскливо. Джек хотел подбодрить меня, однако он понятия не имеет, о чем говорит. Ведь я поделилась с ним минимумом информации. Но меня тронуло, что парень провел со мной время и даже проводил до коттеджа. Присутствие его и Реджи помогло отвлечься; теперь я не чувствовала себя такой потерянной. Хотя бы тоска исчезла. Остался лишь смертельный голод – поскольку я не обедала.

Быстро переодевшись, я вышла в город, чтобы где-нибудь перекусить, и после ужина в местном ресторане вернулась к себе. Настал момент позвонить Рейчел и все рассказать. Она единственная, кто меня поймет. Конечно, сейчас в Нью-Йорке самое активное время, однако мне нужно было услышать голос подруги. Хотелось не только поведать о своих безуспешных поисках, но и разузнать о ее новой работе. К моему изумлению, Рейчел ответила после первого гудка и оживленно затараторила:

– Марли, солнышко! Ужасно по тебе соскучилась!

– И я по тебе тоже, – театрально всхлипнула я. Тянущая боль в груди, которая не покидала меня с момента расставания с подругой, усилилась.

– Как чудесно слышать твой голос! Подожди секунду… Эй вы, а помолчать можно? Я говорю по телефону!

Я отчетливо разобрала недовольные возгласы на заднем плане. Так они ее и послушаются… Однако Рейчел лишь рассмеялась. Донеслись шаги, затем хлопнула дверь, и стало потише. Лишь где-то вдалеке завывала сигнализация. Как же мне не хватало большого города!

– В Нью-Йорке все такие, – неодобрительно вздохнула Рейчел. Я представила, как она закатывает глаза. – Когда разговариваешь не с ними, они тебя убить готовы. Поверь, эти американцы очень невежливы.

Я сглотнула. Очевидно, эта проблема касалась и канадцев – как минимум одного из них. К тому же одна мысль о том, что кто-то пытается заставить Рейчел ходить по струнке, вызвала у меня ухмылку. Подругу не просто выбить из колеи.

От Рейчел не ускользнула моя заминка.

– Солнышко, как дела в твоем захолустном городишке? Выкладывай!

– О, не очень плохо. У дедушкиной тачки почти накрылся мотор; ремонт займет две недели. Так что я застряла тут надолго. Но зато нашла работу, а значит, деньги будут. Не стоит переживать из-за ерунды. Неделя уже прошла; еще несколько дней – и мы посмеемся над моим приключением.

Я почти слышала, как Рейчел морщит лоб. Подруга не купилась на мой легкомысленный тон.

– А как насчет твоей мамы? – спросила она озабоченно. – Последнее сообщение позитивом не блистало.

Ну вот опять – к горлу подкатил проклятый комок. Я сглотнула.

– Очевидно, она никогда здесь не жила. Во всяком случае, не была зарегистрирована. – Я сама слышала звенящее в голосе разочарование. – И вот что странно… С самого начала казалось, будто я делаю нечто запретное, когда решила отправиться на поиски. Словно мама не хочет, чтобы ее нашли. Но сейчас я знаю, здесь ловить нечего, и все равно расстроена. Нужно попробовать отпустить ситуацию. Обходилась же я без матери столько лет… Вероятно, так для меня лучше.

– Я пойму, если ты откажешься от поисков. Однако будет жаль, если даже не попытаешься. Неужели ты зря приехала в эту местность? Не позволяй неудачам сломить себя.

Я