Хозяйка сладкой тюрьмы - Селена Гелата

— О, Раф, прости свою грешную сестру, но у меня не было выбора, — я уронила голову на колени и сидела так, пока Марлад не каркнул:

— Летта, готово!

— Да-да, давай сюда, Рел, — протягиваю я руку и хватаю форму. На полу передо мной появляется заботливо поданная плоская тарелка, а я резко переворачиваю форму и стукаю по ней ладонью. Конфеты высыпались аккуратно на тарелку, радуя своим внешним видом, но рассматривать идеальные корпусные конфетки не было времени,

Я беру одну пальцами, и второй рукой открываю рот своего клиента, взяв за желваки, быстро запихивая конфету, и закрываю губы. Раздался стон, а я чувствую, что это мой предел. Закрывая глаза, я начинаю падать в обморок прямиком в объятия вампира.

Кажется, меня поймали сильные руки, но это неважно, я сделала всё, что было в моих силах.

Резко вырываюсь из кошмара. Руки дрожат, а я и наяву продолжаю видеть призраки прошлого, которые преследуют меня сейчас. Я начинаю тихо завывать, но меня обнимают и прижимают к сильному телу.

— Роза, тихо, это всего лишь сон, — шепчет мне знакомый голос, и я немного успокаиваюсь, понимая, что прошлое уже позади, а я нахожусь в своём магазинчике, а не деревне, которая горит языками пламени.

— Деус… Прости, — тихо зову его и сразу извиняюсь. Думаю, он уже увидел вампира, да и почувствовал, что я вытворила.

— Розалетта, почему ты это сделала вновь? Тебя не научил тот случай? — шипит тихо Деус. И я понимала его. Это было непростительно. Зачем я сделала это? Я схватилась за голову, чуть ли не плача, — Тихо-тихо… Т-ш-ш-ш, — обнимают меня сильные руки и начинают тихонько укачивать, — ты молодец, ты сделала доброе дело в очередной раз, а злой Деус лишь нагнетает обстановку.

— Но я… Леон… — понимаю, что совершила ошибку вновь, я хочу расплакаться, но меня вжимают в ткань чёрного костюма и заглушают мой внезапный порыв, а так же имя, что срывается с моих уст.

— Всё хорошо, сладкая, ты всегда была такой. Слишком самоотверженна, слишком добра, слишком хороша, — успокаивает меня Деус, а я вдыхаю глубже его запах, понимая, что проваливаюсь в сон вновь, — И забудь ты уже его, он не достоин этого. Поверь, сладкая, уж кто-кто, но он точно не достоин.

— А кто тогда достоин? — шепчут непослушные губы перед тем, как я уношусь в объятия тьмы, которые уже не пугают своими кошмарами.

Проснувшись резко, я открываю глаза и подрываюсь с кровати, понимая, что вчерашние события мне не приснились. Быстро одевшись и порадовавшись, что сегодня выходной, я спускаюсь и застаю мирную картину: Деус и неизвестный мне вампир сидят тихо на кухне и пьют чай.

— Роза, ты проснулась? — ласково зовёт меня он, а я моргаю недоуменно, — А я пока знакомлюсь с твоим гостем. Это Грегор, он — герцог Королевства вампиром, там сейчас трудные времена и война с оборотнями. Представляешь?

Вампир, то есть Грегор, кивает и встает, откладывая конфету в руках в сторону:

— Леди Розалетта, ваша помощь была неоценима. Я уже отдал душу нашей потерянной королеве, но ваш магазин стал спасением для меня, — его голос тёк плавно, а я, как завороженная, уставилась на его клыки, проглядывающиеся во время разговора, — Не знаю, как и благодарить…

— Вовсе не обязательно, — начинаю говорить я, но Деус поднимает свой чай и радостно сообщает:

— Можем составить контракт, что однажды ты поможешь сладкой, когда ей это понадобится, — отпивает он из кружки и, несмотря на свой веселый задорный голос, его взгляд буравит вампира. Грегор кивает и спокойно соглашается.

— Как вам будет угодно, — вспышка и всё. Контракт составлен.

— Деус! — шиплю я, но при госте не смею дальше говорить всё, что думаю.

— Леди, могу я забрать эти конфеты? — в алых глазах Грегора таится сильный голод, а я киваю, понимая, почему он их так желает, — Спасибо, и встретимся, когда позовёте, леди, господин…

Это происходит слишком быстро, я даже не успеваю ничего ответить, как мы с Деусом остаёмся на кухне наедине.

— Что ты творишь? — сердито смотрю я на довольного мужчину, — Зачем ты навязал контракт?

— Я никогда не навязываю контракт, сладкая, — обиженное лицо Деуса, и я чувствую легкий укол вины, — Он в душе сам хотел предложить что-то эдакое, да и в нём есть пункт, что он больше не приблизится к тебе, а ты и сама понимаешь, что это нужно.

— Это так, но… — мычу я, а он уже оказывается за моей спиной, гладя мои не расчесанные волосы ото сна.

— Вот и договорились, а теперь приятно провести время выходного. Мне уже нужно бежать, чтобы проследить за делами, вдруг подгорят без меня там все, — целует он быстро мою макушку, а, когда я развернулась, его уже не было.

«Вот и еще один странный день магазинчика. Вашему вниманию! Кровавые конфеты для герцога вампиров… Кто дальше будет? Оборотни?» — и Марлад будто прочитал мое состояние:

— Мы дальше ждём оборотней?

— Не дай Бог, — поёжилась я.

Глава 12. Князь тишины

— Хозяйка, что ты делаешь? Какой это по счёту леденец? — недоуменно каркнул ворон, глядя, как я отправляю очередную конфету в рот.

— М-м-м, а как ты думаешь? — убрав леденец за щеку, говорю я шепеляво.

— Не знаю… Пытаешься вызвать зубную фею? — Марлад каркающие засмеялся над своей шуткой, но это даже не было шуткой, боюсь, что я являюсь прямым поставщиком клиентов в царство зубных фей и стоматологических клиник.

Я даже могу брать процент с них, если зубы их клиентов выпали или покрылись кариесом по моей вине.

— Нет же, — сдвинула я брови, почувствовав, как язык порезался о кусочек леденца, — Смотри, я долго не могла понять одну вещь.

— Кар-кую? — присел на моё плечо ворон и уставился в чан с заготовкой леденцов.

— Ну вот же, самый первый урок в жизни ты усваиваешь именно от леденцов! — важно подняла я палец вверх, — Ты берешь вкусный карамельный леденец в рот, он усыпляет твою бдительность своим неповторимым вкусом и сладостью. И когда ты совсем не ждёшь предательства, леденец режет твой язык трещиной, которая образовалась, пока ты его ел.

— И что? — склонил мармеладную голову ворон.

— И то. Добро пожаловать в жестокий взрослый мир, сосунок! — стукнула я рукой по столу и выплюнула неудачный образец, — А я пытаюсь это исправить. Леденцы не должны давать трещины, так я сделаю мир лучше.

— Зачем? Это же урок, как ты сказала, на всю жизнь, — ехидна в виде ворона закаркала и слетела с плеча, — Хозяйка, поторопись, начало дня, и