Ты не верь слезам - Даниэлла Ник

Мы встречаемся уже почти два года, познакомились в ночном клубе. Высокая, яркая, красивая как кукла, она притягивала взгляды, соблазнительно двигаясь на танцполе. Я отдыхал с парнями после очередной длительной командировки с Патроном, мы только вернулись из Нижневартовска, где осматривали нефтегазовые месторождения, которые он приобрел. Из развлечений там была сауна с советских времен и невыразительные телки, которых даже мне трахать было страшно. Но у Патрона другое мнение на этот счет, он обожает помоложе, но строго 18+. Ему уже шестьдесят, я прошел отбор в его команду еще три года назад.

Закончил Высшее военное училище здесь, в Москве, затем попал в элитное подразделение спецназа. Идеальный кандидат с ростом выше ста восьмидесяти сантиметров, кристально чистой репутацией и отличными рекомендациями от сослуживцев моего отца, который трагически погиб при исполнении, когда мне было двенадцать. Сдал все нормативы, прошел полиграф и беседу с психологом. В спецназе проработал пару лет, пока не меня не подстрелил дагестанец, когда мы брали штурмом здание банка. После этого меня комиссовали, и тут появился он – Ледер Виктор Николаевич, с предложением, от которого я не смог отказаться. Я стал его водителем и телохранителем в одном лице, а также практически сыном, которого у него никогда не было. По-отечески проникся ко мне, хотя это не мешало ему орать на меня, когда он был не в духе.

Заезжаю в подземный паркинг элитного жилого комплекса «Сатурн», поднимаюсь в зеркальном лифте на двадцатый этаж. Надеюсь, Милена спит, а лучше вообще свалила к родителям.

Открываю дверь и включаю в прихожей свет. По валяющимся на пороге ботфортам на высокой шпильке понимаю, что девушка ночует у меня. Снимаю куртку и прохожу по длинному широкому коридору в направлении гостиной. Она объединена с кухней, на пути я поднимаю пустую бутылку из-под шампанского, очистки от мандаринов и фантики от конфет. От злости аж скулы сводит. Ненавижу бардак, в моем доме всегда царит идеальный порядок, который я всегда поддерживаю после прихода домработницы.

Милену я нахожу в спальне, она спит поперек моей огромной кровати, как всегда в одних стрингах. Платье с чулками валяется около кресла, здесь же стоит открытая бутылка и валяется бокал. Просканировав стройную фигуру девушки, я снимаю рубашку и брюки и иду в ванную умываться. Мы поговорим позднее, как я высплюсь, в воскресенье у меня выходной. Почистив зубы и приняв душ, я отправляюсь в гостевую спальню и вырубаюсь мгновенно.

Просыпаюсь от того, что проворные пальчики стягивают с меня плавки и горячий рот заглатывает полуэрегированный член.

- Милена, блядь. Дай поспать! – шиплю я, выныривая из сладкого сна.

- Зай, ты спи. Я хочу пососать, - грязно шепчет моя девушка.

Смотрю на часы, еще десять утра. Хер знает, что она в такую рань соскочила. Обычно, ее день начинается не раньше двенадцати.

- Я лег четыре часа назад, и очень устал!

- Ну, я же вижу, как твой дружок мне рад! – облизывает она ствол органа и погружает крупную головку, заглатывая поглубже.

- Он всегда рад! – ворчу я, укладываясь поудобнее.

Пробежавшись пальцами по прессу, опускается ниже и начинает поглаживать яички. Думает смягчить меня минетом, ага, как же, проходили!

Опускаю руку на светлый затылок и вминаю в себя, упираясь в глотку.

- Саш, - закашливается Милена, - ты с ума сошел!

- Носом дыши, что как в первый раз? – не отпускаю ее.

Она послушно пыхтит и снова погружает член в себя. Я продолжаю глубоко вдалбливаться во влажный рот, чувствуя, как разгоняется кровь по венам. Милена постанывает, и начинает ласкать себя свободной рукой.

- Да, да, еще! – рычу я, не снижая темпа.

- Я устала, - отстраняется девушка, - скулы сводит. Давай сзади?

Молча переворачиваю ее на колени, подкладывая подушку повыше, надеваю презерватив и без раскачки вхожу сразу на всю длину.

- Ооо, да! – кричит, двигаясь навстречу она, продолжая наглаживать клитор, - обожаю тебя! Еще, еще!

Удерживая ягодицы, я буквально вбиваю свой член в ее плоть, которая истекает соками. Воздух концентрируется, дыхание учащается, я уже чувствую предоргазменное состояние.

- Ты скоро? – хриплю.

- Все, все, Саша! Оооо!

Девичье тело подо мной содрогается, и она бурно кончает, член внутри буквально вибрирует от сокращения стеночек, немного замедлившись, я прихожу к финишу. Но как-то смазанно, буднично что ли. Кончил и кончил.

- Тебе понравилось? – перекатывается на спину Милена, внимательно наблюдая как я снимаю резинку и завязываю в узелок.

- Да, спасибо! – падаю рядом на подушку.

- Почему ты не лег со мной вместе, Сань? Я тебя всю ночь ждала!

- Давай, потом поговорим, Мил. Я спать хочу, пиздец!

- Как ты можешь быть таким черствым, Морозов?

- Я же русским языком сказал тебе, что хочу спать. Не начинай!

Но Милена явно горит желанием повыяснять отношения и не унимается, сбрасывая с меня одеяло.

- Нет, мы поговорим! Сейчас же! Где ты был, черт возьми?

- Блядь! – рычу я, - отвали.

- Не пришел за мной, не позвонил даже. Вдруг со мной что-то случилось? Тебе вообще на меня наплевать?

- Что с тобой может случиться в центре Москвы? Не неси хуйню!

- Как всегда! Я для тебя – пустое место, - начинает рыдать девушка. От этого меня трясет еще больше. Я не выношу женских слез, как и любого проявления слабости. Поскуливая, размазывает горячие слезы по щекам. Делаю пару вдохов и выдохов и беру себя в руки.

- Мил, почему ты винишь меня во всем всегда? Скажи?

- Вы что, сговорились все? – кричит она, соскакивая с кровати. Абсолютно голая вылетает из комнаты. – Я ухожу от тебя! Надоело!

- Вот и поговорили, - укладываюсь обратно и засыпаю.

Глава 15. Света

Следующие две недели пролетают очень быстро. Я усердно учусь. На первом курсе особое внимание уделяется изучения матчасти: истории, теории, методологии искусства. На первый взгляд, исполнителем быть несложно – стой себе на сцене и песенки пой. На самом деле, все гораздо глубже. Помимо творчества, ты должен быть еще и интересен. Знать основы, разбираться в техниках исполнения, нас обучают менеджменту в сфере культуры, педагогике. С этого семестра добавился предмет «Работа с режиссером»,