Цветы любви - Элис Шарп

Открыв дверь, он сразу увидел Лору. Она оглянулась через плечо и улыбнулась ему.

— Проходи.

Он вошел в рабочее помещение и сразу очутился в царстве цветов. Всех оттенков, форм и размеров. Красота была ошеломляющей, аромат успокаивал.

— Их только что доставили, я готовлю их к хранению в холодильнике. — Лора вздернула голову и посмотрела на него. Джон изо всех сил старался не показывать, как он сердит. — Бери табуретку, у нас есть лишние ножницы. Почему бы тебе не помочь мне? Отрезай около полдюйма от конца стебля.

Он взял табуретку, ножницы, подвинул ближе корзину с обрезками и начал работать. Лора молчала, а он был слишком расстроен, чтобы говорить. Неожиданно он обнаружил, что эта работа успокаивает, и после пятнадцати продуктивных минут спросил:

— Как твоя нога?

— Намного лучше. Все еще хромаю.

— А где твои сводницы?

— Принимают цветы. — Руки у нее двигались автоматически, отрезая колючки и листья, избавляя бутоны от верхних слоев лепестков. Интересно, сколько раз она проделывала такую операцию? — Что у тебя случилось? — спросила она.

Он покачал головой.

— Да ладно тебе, Джон, ты примчался с таким видом, будто хотел кого-нибудь избить.

— Бессердечные люди, — сказал он, вздохнув. — Ненавижу бессердечных, эгоистичных людей. Только и всего.

Здоровой ногой она пододвинула ближе вазу, полную белых и красных гвоздик.

— Я тоже. Расскажи мне про свою работу в Беверли-Хиллз.

Он начал надрезать гвоздики и говорить:

— Чудесное место. Новое здание, новейшее оборудование, душевные люди. Мои компаньоны — семья. Они предложили мне выкупить часть акций, когда вернусь, что я и сделаю. Эллен специализируется на кошках, Боб — на экзотических животных, а я взял на себя вызовы на дом. Несколько седовласых дам даже считают меня вторым сыном. Не могу сосчитать, сколько чая с сандвичами я выпил.

— Тебе нравится там работать.

— Да. — Он чувствовал себя лучше с каждым движением ножниц, с каждым воспоминанием, которое вытягивала из него Лора. — Эллен и Боб — замечательные люди. Мое отсутствие — дополнительная нагрузка для них.

— Не можешь дождаться, когда вернешься домой? Соскучился…

Он улыбнулся.

— Неужели это так явно?

Она пожала плечами.

— Я тоже буду скучать, если уеду отсюда. Мама и бабушка иногда очень сильно раздражают, но вобще-то они прекрасные люди. Мама боится, что ты разобьешь мне сердце. Придется убедить ее, что я спокойно переживу наш разрыв, когда ты уедешь.

— Мы разыграем крупную ссору, — подхватил Джон. — Можешь сказать мне, что я тебя недостоин, и приказать мне убираться прочь.

— Надеюсь, к тому времени она уже так увлечется доктором Ридом, что моя личная жизнь не будет иметь для нее большого значения.

— Ну да, — сказал он и вновь сосредоточился на работе.

Открылась дверь, и в комнату ворвалась бабушка. Она посмотрела на них и улыбнулась:

— Все поставки приняты. Что-нибудь интересное случилось, пока меня не было?

— Ничего, — ответила Лора. — Где мама?

— Ушла непонятно куда. — Бабушка подмигнула.

— Случайно не к доктору Риду? — с надеждой спросила Лора.

Бабушка пожала плечами.

— Она не сказала. Пойду встану за прилавок.

Джон поднялся.

— А мне пора в офис к Виктору.

Лора широко раскрыла глаза, намекая Джону, что надо заставить бабушку поверить в их взаимное влечение. Он повернулся к ней и поцеловал во вкусно пахнущие волосы. Они были мягкими и гораздо менее опасными, чем ее губы.

— Увидимся вечером, — сказал он.

Она улыбнулась, и он исчез.

Сегодня вечером он пропустил обед, чтобы Лоре не пришлось опять много готовить. Джон направился на пляж, надеясь наткнуться на Нолана и его собаку, но ни их, ни черного фургона видно не было. Джон сделал легкую пробежку и поехал к Нолану домой.

Он вышел из машины и вдохнул холодного чистого воздуха. Дверь открылась, и Билл пролаял свое приветствие. Джон почесал его за ухом.

— Извини, что без приглашения, — прокричал он, — но у меня нет твоего телефона, а я хотел удостовериться, что с Биллом все в порядке. И поговорить с тобой.

Нолан был в той же потрепанной одежде, что и раньше, волосы были завязаны в конский хвост, на руках — следы голубой и зеленой краски, словно он только что работал.

— Без проблем. Как насчет пива?

— Ты занят. — Джон жестом показал на измазанные руки. — Не хочу мешать.

— Только что закончил морской пейзаж, — ответил Нолан. — Никогда раньше не рисовал море, но одна леди заказала. Не знаю, получилось ли. Не посмотришь?

— Могу только сказать, нравится он мне или нет. Я же не профессионал в этом деле, — рассмеялся Джон.

Они вошли в дом. В центре большой гостиной стоял круглый камин, в котором горел огонь. После холодного ветра комната показалась ветеринару довольно душной. Нолан работал у стола, на котором лежал кусок фанеры, прижатый несколькими книжками. К фанере был приколот лист бумаги, на нем Джон увидел удивительной красоты пейзаж с дюнами и живописными волнами.

— Он действительно хорош. — Джон взял принесенное хозяином пиво.

Нолан отступил на пару шагов и критически посмотрел на свою работу. Затем взял палитру, кисть и сделал еще пару мазков.

— Спасибо, — проговорил он через плечо.

— Трудно поверить, что это твой первый опыт.

Нолан вымыл руки в раковине и вытер их сухой тряпкой.

— Это было своего рода развлечением. Может быть, попробую еще что-нибудь.

— Если ты когда-нибудь нарисуешь еще один морской пейзаж, я куплю его у тебя. — Джон сразу подумал, что водные просторы и пустынный пляж будут великолепно смотреться в его офисе и будут напоминать ему об этих местах и временах.

— Договорились, — кивнул Нолан.

Они сели на продавленный диван, собака влезла между ними. У врача было что сказать художнику, но он не знал, как начать. Он обследовал быстро заживающую лапу Билла, они поговорили о погоде, о мастерстве художника… Когда темы для разговора иссякли, Джон глубоко вдохнул.

— Нолан, я знаю, это не мое дело, но у тебя есть девушка?

Тот сразу покраснел.

— Мне сложно… общаться с женщинами.

— Дело вот в чем… Я знаю женщину. Она умная, милая, прелестная. Я думаю: может, ты поухаживаешь за ней?

— А что с ней не так? — Нолан тревожно взглянул на него.

— Ничего, — ответил Джон. — Ничего предосудительного. Она великолепна. Она флорист, любит Ферн-Глен. У вас наверняка много общего.