Дневник моей памяти - Лара Эвери

Помни это, Сэм-из-будущего, потому что я молю Бога и всех святых, чтобы это никогда не повторилось. Сегодня утром я первым делом глянула на часы ровно в 7:56. Мэдди, как обычно, взбила волосы, а я пригладила свои кудри и собрала тугим узлом на затылке. Мы спустились в вестибюль, съели напополам бублик из континентального завтрака. Выбежали на улицу сфотографироваться на фоне плаката «ПРИВЕТ УЧАСТНИКАМ ДЕБАТОВ!» Помню бордовую «Короллу» у самого входа в «Шератон», прямо возле раздвижных дверей. Помню человека в куртке «Кархарт», с сигаретой. Понимаешь, для чего я все это рассказываю? Я в здравом уме. Мой мозг в полном порядке. Бублик был с маком и сливочным сыром, я помню! И точно помню, что устланные коврами коридоры пахли свежестью, будто их только что вымыли, а солнце светило в большие окна вестибюля так ярко, что люди заслонялись ладонями. Мы вкатили свои тележки с книгами в аудиторию имени Пола Ревира. Команда Хартфорда состояла из востроносенькой девочки-нигерийки и пухлого белого мальчишки, звали их Грейс Кьюти и Скайлер Темпл. На трибунах сидели выбывшие участники и их родня, одни оглядывали нас снизу вверх, другие смеялись и дурачились – конец мучениям! Свет в просторном зале приглушили, зажгли слепящие огни на сцене, и когда женщина с короткой стрижкой, в строгих брюках и льняной блузке произнесла приветственное слово, ей аплодировали СЕМЬ СЕКУНД. Арбитра звали СОЛ ГРЕГОРИ. И он был ЛЫСЫЙ, с ЧАСАМИ «РОЛЕКС». ПИШУ ЗАГЛАВНЫМИ БУКВАМИ, ЧТОБЫ ПОДЧЕРКНУТЬ, НАСКОЛЬКО ОТЧЕТЛИВО Я ВСЕ ПОМНЮ. МЭДДИ ОТКАШЛЯЛАСЬ, ВЗОШЛА НА ТРИБУНУ, СНОВА ОТКАШЛЯЛАСЬ. ПОСМОТРЕЛА ВВЕРХ, ПОТОМ ВНИЗ И НАЧАЛА: «ДАМЫ И ГОСПОДА, СОГЛАСНО НЕДАВНЕМУ АНАЛИЗУ, ПРОВЕДЕННОМУ ЦЕНТРОМ ЭКОНОМИЧЕСКИХ И ПОЛИТИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ, 37 % АМЕРИКАНЦЕВ, ЧЕЙ ЕДИНСТВЕННЫЙ ИСТОЧНИК ДОХОДОВ – РАБОТА С МИНИМАЛЬНОЙ ЗАРПЛАТОЙ, – ЭТО ЛЮДИ ОТ 35 ДО 64 ЛЕТ. НИЗКАЯ ЗАРПЛАТА – НЕ УДЕЛ ПОДРОСТКОВ, КОТОРЫМ НУЖНЫ КАРМАННЫЕ ДЕНЬГИ. ЭТИ ЛЮДИ – ОТЦЫ, МАТЕРИ…»

Помню, как я закончила вторую ответную речь. Мэдди встала, пропуская меня, хлопнула меня по спине, и я села на свое место. Помню, как сощурилась от яркого света, как почесала ногу. Все было гладко. Рядом кто-то разговаривал. Все катилось как по маслу. А потом переменилось. Не вдруг, не в один миг, а просто пошло не так. Я как будто проснулась, только глаза были уже открыты, и пыталась вспомнить сон. Мэдди смотрела на меня, и я, ничего не соображая, рассмеялась: надо же, утро, я только что проснулась, а мы уже здесь! Первая моя мысль была: а Мэдди что здесь делает?