Летний сон в алых тонах - Кристоффер Хольст

Прямо сейчас она жарила на муурикке два тонких пласта хлеба. Предполагалось, что в конце они должны стать пиццей. Рози сбрызгивает горячий хлеб оливковым маслом и переворачивает. Тесто шипит и пахнет просто божественно. Словно я внезапно очутилась в Тоскане и рядом со мной стоит итальянская бабушка и готовит ужин. И лишь емтландский говор Рози говорит о том, что мы далеки от виноградных лоз и зеленых живописных долин.

Я наливаю себе немного сладкого, с цветочным ароматом пино-гри из Эльзаса и чокаюсь с Рози.

– Как же здорово, что я наконец-то ее отправила, – говорю я. – На редкость трудная статья.

– Да, понимаю. По какой-то особенной причине?

– Не сказала бы, просто порой дело продвигается очень медленно. Репортаж о любовных взаимоотношениях всегда занимает в «Шансе» пять страниц и, кроме того, должен строиться по определенной схеме. Драматургической.

Лицо Рози приобрело задумчивое выражение.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, сперва нужно изобразить влюбленность, следом должны появиться проблемы, запахнет разрывом. Но потом происходит примирение, и все заканчивается хорошо.

– Словно в любовном романе?

– Точно, как в любовном романе.

– А что делать, если пишешь о паре, у которой не было никаких проблем?

– У всех пар бывают проблемы. А если они не столь очевидны, то мы стараемся… заострить внимание на различных деталях.

– А, понимаю. Стремитесь придать немного интриги.

– Именно.

– О боже, Силла. Какая у тебя интересная работа!

– Уф.

– Нет, в самом деле!

Рози ненадолго оставила муурикку и подошла ко мне с бокалом вина в руке.

– Сама я всю жизнь носилась по рыбному отделу в супермаркете на Карлаплан. Не то чтобы я страдала, напротив, мне там вполне нравилось. Но разделывать тридцать лет треску – не назовешь интересной работой.

– Вы проработали там тридцать лет?

– Да, почти. Я выросла в Эстерсунде, но потом повстречала Леннарта, мою большую любовь и отца Адама. Он был таким же стильным красавцем, как и Адам сейчас. И кроме того, он был стокгольмцем, так что в тридцать лет я переехала в большой город. Мы снимали жилье на Риндогатан в районе Йердет. Чудесная трехкомнатная квартирка с балконом.

Рози подняла глаза к вечернему небу, вид у нее сделался ностальгический.

– Вы там больше не живете?

– Нет, пришлось обменять ее на квартиру этажом ниже. Леннарт десять лет назад умер от рака. Я уже не могла жить одна в такой большой квартире. Адам к тому времени уже съехал от нас и жил отдельно.

– Очень сожалею.

Рози отмахнулась от моих сожалений, словно от назойливой осы.

– Ах, это было давно. Но все равно спасибо. Та маленькая двухкомнатная квартирка, в которой я живу сейчас, она тоже ничего. А главное – дешевле. И, кроме того, у меня теперь есть дача.

И она с умилением в глазах обвела взглядом свой участок. Очень надеюсь, что в будущем я тоже смогу смотреть на свой сад с такой же любовью.

– Выходит, вы именно тогда купили дачу? – спросила я. – Когда не стало вашего мужа?

– Да, точно. У меня была мечта приехать сюда. Не то чтобы в Йердете мне было плохо, но сама возможность сесть на паром на пристани Нюбру и приплыть прямиком в этот рай – это ни с чем не сравнимо.

Рози бросила взгляд на шипящий мууриккан и с триумфом уперла руки в бока.

– Ну вот. Ужин готов!

Час спустя мы сидели, откинувшись на спинки плетеных стульев, сытые и довольные. Рози приготовила две разные пиццы: одну с сыром маскарпоне, маринованным красным луком и рукколой, а вторую – с сыром «Филадельфия», поджаренными молодыми помидорчиками и уймой базилика. Обе получились на вкус просто фантастическими. Мы открыли еще одну бутылку вина – на этот раз обещанный каберне-совиньон – и теперь сидели и слушали пение птичек, которые прыгали по веткам вокруг нас.

– Тебе надо было стать поваром, Рози. Это просто сказка. Я не могу вспомнить, когда в последний раз ела столь вкусную пиццу.

– Ты очень добра, Силла. Должна признаться, всего несколько лет назад все мое кулинарное искусство сводилось к поджаренным рыбным палочкам и картофельному пюре. Можешь сама спросить Адама, чем его пичкали в детстве. Это жизнь на пенсии заставила меня взяться за готовку по-настоящему. Ведь только теперь у меня появилось время, которого у меня никогда раньше не было. И потом, не все же целыми днями поливать цветы, верно?

И Рози заливисто рассмеялась. А в моей голове снова всплыл образ Адама. Судя по тому, что сказала Рози, Адам унаследовал свою внешность от отца. Рози, конечно, тоже очаровательна. Но когда мы все трое оказались вчера в одном саду, я воочию убедилась, как одна и та же кровь может по-разному течь в венах.

– А у Адама есть братья или сестры? – спросила я.

Рози покачала головой.

– Нет. Мы родили только одного. Понимаешь, Силла, я никогда не мечтала превратиться в наседку и устроить частный детский садик на дому. В этом отношении я сильно отличалась от жительниц нашей маленькой деревеньки в окрестностях Эстерсунда. Тамошние женщины беременели и рожали детей так же часто, как и коровы. Уфф. Я никогда не стремилась к подобной жизни.

– Но с Леннартом у вас все-таки получился ребенок?

– Да, незапланированный. Но от этого не менее любимый.

– В этом я не сомневаюсь.

Я сделала еще один глоток вина и задумалась о широких плечах… в смысле, об Адаме. Что-то он сейчас поделывает? До сих пор сидит на своей работе? Думаю, полицейские часто работают допоздна. Ведь они обычно стоят возле белой доски с кучей фотографий на магнитиках и рисуют стрелочки и вопросительные знаки. Решают загадки, как иные решают кроссворды. Или, быть может, он уже дома? Сидит в своей темной квартире и потягивает виски? Нет, вроде бы это не в его стиле. Наверное, он не один. А может быть, даже женат, откуда мне знать? Сидит и ужинает в компании жены. Рассказывает ей о том, как прошел день, а потом они вместе обсуждают предстоящие выходные и вылазку с друзьями куда-нибудь на природу.

Я искоса глянула на Рози.

– А Адам живет один или с кем-то?

Стоило мне это спросить, как Рози удивленно вскинула голову. Ну да, на ее месте я подумала бы то же самое. К чему такой вопрос?

– А в чем дело? – спросила она. – Ты заинтересовалась?

– Что? ХА-ХА! Нет. Нет, нет. Боже, конечно, нет. Ни в коем случае.

– Так, значит, нет?

И Рози хитро улыбнулась.

– Просто мне немного любопытно. С моей работой это вполне естественно. Семейные отношения – мой конек. Я уже привыкла мыслить новостными таблоидами и заголовками статей.