Чужая любовь - Лариса Васильева

Екатерина проснулась от постороннего движения на постели, быстро вспомнив прошлый, милый вечер и сумасшедшую, бурную ночь, она открыла глаза и резко села на кровати. Он сидел и собирался одеваться. «Ты куда? Иди, иди сюда»- поманила его к себе тоненьким пальчиком.

- Нам нужно поговорить.

- Ложись, будем и говорить, и другими делами заниматься,- она подняла покрывало, открывая себя обнажённую, и похлопала ладонью по кровати, предлагая ему прилечь.

- Нет, давай поговорим так.

- Ну, ты же без плавок, поэтому ложись, укройся и поговорим.

Екатерине показалось, что он только что осознал свою нагототу.  Потому, что посмотрев на нижнюю  часть своего тела, быстро прилёг укрывшись.

- Катенька, прости меня.  Понимаю, ты видела, с каким вожделением я смотрел на тебя, каждый вечер заходил в твой номер, чтобы ощутить твой запах. Ты считала себя должницей и решила расплатиться, тем, что у тебя есть. Теперь я чувствую себя извращенцем.

Видя, что Катя хочет что-то сказать, он опередил её, лишая слова.

- Нет, ты только ничего не говори, ты добрая девочка, не жалей и не оправдывай меня. Ты на два года младше моей дочери. Я в два раза старше тебя. У меня были женщины, примерно моего возраста.  Я - развратник, растлитель.

Поняв причину переживаний ночного сексуального партнёра, Катя загадочно улыбнулась и юркнула с головой под покрывало, укрывающее  интимные места Сергея Александровича.

Слова расскаивания из уст мужчины, сменились звуками стона, наслаждения и шёпотом её имени: «Катеньчик, Птенчик, да, моя девочка, никогда, никто не делал такого со мной. Никогда такого не ощущал».

К обеду уставший и голодный, но довольный жизнью и отдыхом Сергей Александрович спускался в ресторан с  молодой и красивой спутницей.

После неистовой ночи и яркого утра Сергей Александрович окружил ещё большей, но уже не отеческой заботой. Пропуская девушку вперёд, он придерживал не под локоть, как было прежде, а по-хозяйски обнимая за талию или бедра. Ужасно злился и заводился, если видел, что кто-то из мужского пола в ресторане или на пляже смотрит на его собственность, Катеньчика-Птенчика, сразу подходил к ней, обнимал и целовал при всех, и уводил в номер для взрослых игр.

Катя достала из сумочки, те Никитины «квадраты безопасности», объяснила своё волнение из-за незащищённых нескольких ночных и утреннего секса. Сергей Александрович на опасения лишь ответил: «Я люблю детей. И на беременного Катеньчика-Птенчика меньше глазеть будут», но квадратиками пользовался.

Приступов самобичевания Екатерина больше не наблюдала у Сергея, как он попросил себя называть. Чаще можно было слышать слова, оправдывающие его действия.

- Последний год был тяжелым, не в вопросах бизнеса, проблемы с Елизаветой. На личную жизнь не хватало времени.  Всё время на нервах. Ночные кошмары,  не снившиеся пятнадцать лет возобновились, и в каждом Лиза и жена, напоминающая о клятве заботиться о дочери .  Теперь я понимаю пожилых мужчин, гладкая, бархатная, как у малышки кожа, ни единой морщинки, упругая попочка. Женщины моего поколения, с которыми я поддерживал отношения, были  более закомплексованные во всём, и в постели тебе нет равных, ты мёртвого можешь довести до оргазма. Я в какой-то степени благодарен твоему парню. Но когда я вижу на тебе наглые взгляды мужиков, мне хочется начистить им морду, и сразу появляется огромное желание твоего тела, тебя. Запомни, девочка, ты теперь моя, и ручки эти мои, и попа с писей мои, и эти, роскошные для такой худышки, сиси тоже лично мои. Я человек жадный и своим делиться не желаю.

Катерина слушала  откровения и предупреждения единоличника Сергея Александровича, лежа обнажённой рядом с этим мужчиной. Одной рукой, то обнимая и гладя его, то поправляя припорошенные на висках сединой волосы, то проводя пальчиком по его двигающим губам и скулам. Другая рука играла с его штырьком в ожидании, когда он опять превратиться в мощную пику.

Жадным Сергей Александрович отнюдь не был, и удивлял Екатерину подарками, она за всю вою жизнь получила их меньше, чем за эти дни. Он дарил ей всё, куда падал её взгляд. После посещения ночного рынка в Арпоре, её чемодан значительно пополнился, а в день отъезда девушка его еле смола закрыть. Любовник надарил ей кучу нужных и совершенно бесполезных вещей, от сари и различных специй до всевозможных сувениров. Упаковывая сари, она спросила: « Серж, зачем мне сари, такое дорогое, денег жалко, куда я его одену?» «Я его купил для себя, чтобы мне его снимать. Катеньчик-Птенчик любит разные игры и другие штучки», - ответил он, лаская её грудь.  Услышав эти слова, у Кати появилась надежда на продолжение отношений по прибытии домой.

Ей нравился ухоженный, щедрый, предупредительный мужчина. Он был более нежен и ласков, по сравнению с Никитой, во время секса, заботлив и внимателен в быту, к тому же она не хотела остаться одна, а о возвращении к прежней связи  Екатерина даже и не думала. Но когда по возвращении автомобиль вёз их по улицам родного города и Сергей Александрович равнодушно спросил: «Тебе, Катюш, куда?»,  она поняла, что курортный роман окончен, нужно назвать адрес Веры Павловны.

Вера Павловна была искренне рада её возвращению.

- Что приехала, гулёна? Как отдохнула, что нового увидела? Как там, твоя Индия? Жара, наверно. Садись щей поешь. Соскучилась, наверно, по нормальной еде?

- Я вам, Вера Павловна разные специи привезла, а отдохнула хорошо, снимков много сделала, потом покажу, а природа, какая и вода ласковая и тёплая!

- Как же твой кавалер, не обижал, ласкал, как водица?