Строптивая сиротка для Айсберга - Мила Верта

Оль Пална бодро отчиталась, что Соколова написала заявление на три дня отгулов. Переезжает человек, поэтому вошли в положение и отпустили. Кто отпустил? Так, Иван подписал.

Переезжает? Куда? Даже адрес новый есть, это хорошо. Оль Пална, как матёрый шпион всегда всё про всех знает. Быстро вбиваю адрес в карты, почти центр, новостройки.

У неё же никого, нет, кроме Сафоновых и жилья своего нет. А может уже дали, и она мне не сказала? Ей же полагается как сироте.

Надо прояснить этот момент. Почему переехала? Куда?

На часах только четыре дня, у меня завал в документах, но на большее меня не хватает. Надеваю пиджак и, предупредив Леночку, что мой рабочий день закончен, вылетаю из офиса. По дороге пять раз набираю Соколову, не берёт.

Бесит. Торможу у ближайшего супермаркета, быстро кидаю в тележку продукты: овощи, фрукты, крупы, сладости.

Дом нахожу без труда, первый подъезд. В это время какая-то мамаша пытается завести коляску, придерживаю ей дверь и попадаю внутрь.

Лифт поднимает меня на седьмой этаж.

Остервенело, жму на звонок.

И вот сердитая Соколова стоит в дверях и давит меня взглядом, а потом коза пытается закрыть дверь! Машинально подставляю ногу. Совсем дурная.

— Тебе здесь не рады, Снежинский!

Да что опять не так?!

Протискиваюсь мимо неё в квартиру, сердито пыхтя семенит следом. Быстро осматриваюсь по сторонам, хотя что тут осматривать? Крошечная однушка, не разгуляешься.

Выгружаю продукты в холодильник, стараюсь глубоко дышать, успокоиться и по возможности поговорить нормально.

Соколова показательно кашляет, а я жадно рассматриваю её с головы до ног. Три дня не видел.

Домашняя вся такая.

Пижама, нелепая гулька на голове, не накрашенная, босиком.

Почему-то последний факт меня неожиданно заводит, хотя с хера ли неожиданно? Три дня воздержания, когда такое было? Грёбаная командировка еле дожил. Розовые ноготки, маленькие ступни. — пялюсь как маньяк.

Мне кажется, воздух становится плотнее, по крайней мере, дышать становится тяжелее.

— За гуманитарную помощь спасибо, но я тебя не приглашала. — язвит Герда.

Я глубоко вдыхаю, стараясь поймать дзен. Я возбуждён, соскучился, зол и дико устал с самолёта. А Соколова снова чем-то недовольна, единственное чего я хочу сейчас это обниматься, а буду в сто первый раз что-то выяснять.

По моим ощущениям мы слишком много говорим и мало трахаемся. Отсюда все проблемы. Надо будет подумать, как переломить ситуацию. А пока уговариваю себя, что поговорить придётся.

— Я в молчанку могу долго играть, в интернате я была лучшей.

— Вот почему ты Мария, не просто Мария? А такая сложная? Проблемная? И что с телефоном?

— Не нравится, не ешь. — Соколова отворачивается и начинает демонстративно греметь чашками и шарить по кухонным шкафчикам. — Телефон отключила, захотелось немного спокойствия и подумать вообще.

— О чём подумать? Почему ты съехала от Сафоновых? Что случилось?

— Что случилось? Это ты мне скажи какого? — замолкает, недоговорив жмуриться, и поджимает губы, кажется, здесь должен был быть мат — Как Катя узнала о нас? Зачем ты ей рассказал? Господи, Снежинский, единственным моим условием было не трепаться, но ты даже такую малость не можешь выполнить. Хотя я тебе сто раз повторила, как для меня важно сохранить это, — неопределённо, машет рукой между нами — В секрете.

— Так ты из-за этого съехала? Что Катя узнала про нас? — бред какой-то

— А я не сама съехала, мне знаешь ли, помогли в прямом смысле этого слова. Указали на дверь, вручив ключи от этой квартиры. Из-за твоего длинного языка меня просто вышвырнули как шелудивого котёнка. Хотя тебе то, что до этого, да? А я, между прочим, звонила тебе сразу же после скандала, несколько раз тебя набирала, но ты не взял трубку! Видимо, был слишком занят!

Косяк. Вот чёрт, как же я так феерично облажался. Да обещал молчать, но рассказал, но не просто так, у меня обстоятельства были.

Да знал, что Соколова не хочет афишировать нашу связь, я и сам как бы не стремлюсь. Но так получилось. Да звонила, да не взял трубку, но мы тогда только прилетели в Ебург и сразу с корабля на бал, ресторан, партнёры, переговоры.

Я решил, что раз без смс или голосовухи, значит, не очень важно. Может, просто соскучилась или хочет поболтать. Пять пропущенных вроде было, ага поболтать. Вот я дебил.

Смотрю на Машу, прожигает меня карими глазищами, злая обиженная и очень красивая.

— Маш, прости, я дебил. Надо было, конечно, взять трубку или перезвонить сразу. Я звонил тебе позже, но ты уже не отвечала, а потом телефон был выключен. Косяк вышел с твоей сестрицей, я не собирался ей ничего говорить, случайно вышло! — чёрт я ведь, правда, не подумав, ляпнул.

— Случайно? — забрало падает и Соколова начинает орать

— Случайно? Просто, потому что ты трепло, меня вышвырнули из дома! От меня отвернулись люди, которых я хотела считать семьёй! Думаешь это легко, когда от тебя отворачиваются? Когда тебя отвергают? У меня никого нет, кроме Сафоновых, понимаешь ты это? А теперь и их нет! Никого не осталось! Просто, потому что ты решил щёлкнуть Катю по носу?! Так? Для этого ты ей сказал?

Моё забрало падает ещё громче, чем у Герды. Меня начинает трясти и тоже хочется орать. Это она мне говорит про отверженность и потери?!

Никого не осталось?

Ааааа, мне хочется её встряхнуть хорошенько, чтоб мозги на место встали. Сука! А я?

Типа эти Сафоновы ближе, чем я? Вышвырнули из дома?!

Королевишне Катерине не понравилось, что ей предпочли Машу? Стриженая дрянь, я ей ещё устрою.

Мой самоконтроль выходит просто на запредельный уровень, соскочив со стула, подлетаю к Соколовой. Бодаю её лбом, но Герда стойко держит оборону и рассерженно сопит мне в губы.

— Кате твоей дебильной я сказал случайно! Знаешь ли, обстоятельства вынудили! Мне было не до конспирации, когда она вломилась ко мне в кабинет типа проект обсудить. А сама схватила меня за ремень, бухнулась на колени! При этом наглаживая мою ширинку и обещая рай на земле от её оральных талантов. Я так охренел, выдал ей как на духу, что она меня ну никак не интересует. А она только башкой вертела и лапала меня, ну и оно само, как- то вырвалось про нас! Брякнул, что не собираюсь трахать её, потому что уже трахаю тебя!

Соколова смотрит на меня, открыв рот.

— Блядь, я вообще был в состоянии аффекта, после того как она схватила меня за член! У меня был стресс!