Строптивая сиротка для Айсберга - Мила Верта

Глава 14. Маша

После слов: схватила за член мне, кажется, я оглохла.

Ничего не слышу. Смотрю на губы Снежинского, он что-то говорит, явно психует, может, даже орёт.

Все звуки как через вату. Будто меня накрыли куполом.

Как только до меня доходит, зачем Катя припёрлась к Каю, мне становится плохо, того и гляди, блевану.

То, что она его хочет, весь офис знал. Катя особо этого не скрывала, но, что она решится на столь активные действия ещё и на работе, это в моей голове не укладывается. От слова совсем.

Я мысленно прыгаю на крышке коробки, пытаясь засунуть эту информацию внутрь, спрятать, не пропускать через себя. Но она шипит, бурлит и вываливается уродливыми подтёками со всех сторон.

Я в ужасе от поведения сестры, но ещё больше меня пугает моя реакция на всё это. Мне плохо, неприятно и кроет таким разочарованием, что хочется зареветь.

Как она могла?

Господи, о чём она думала? Где была её гордость и чувство собственного достоинства? Всем кругом понятно, что Кай её не хочет. Катя не дура, тоже ведь должна, это понимать. У них был разговор, где Кай чётко обозначил, что они только коллеги. И ничего больше.

Но вот решилась и пошла ва-банк. И проиграла. Снежинский её отверг.

А если бы нет? Не хочу даже думать, что могло быть иначе.

Воображение услужливо рисует картинки, как он медленно расстёгивает ширинку, стонет и запускает руки в её короткие волосы.

Сейчас точно стошнит. Когда у нас был секс последний раз? Перед командировкой. Это слишком долго.

Я сама в состоянии дать Снежинскому всё, что ему нужно. Лишь бы никто не тянул к нему свои похотливые ручонки. Закрываю глаза и глубоко вздыхаю, открываю.

Напротив, тревожный синий взгляд, несколько льняных прядей упали на лоб, и эта его щетина.

Не хочу думать или анализировать. Сейчас время инстинктов, а они вопят о том, что пытались посягнуть на моё. Решаю действовать по принципу: меньше думать, больше жить.

Я хочу Кая, очень. Страх потери сейчас для меня лучший афродизиак.

Подхожу и толкаю его в грудь, от неожиданности послушно отступает, ещё толчок, ещё и он уже на стуле. Удивлённо смотрит на меня.

— Маш…

— Заткнись, пока я не передумала. — перебиваю его и быстро стаскиваю с себя пижаму, трусы решаю пока оставить.

Взгляд Кая темнеет, мечется по мне, шумно вздыхает. Слышу хриплое:

— Твою ж мать…

А потом я просто налетаю на него. Прыгаю сверху, сцепляя ноги у него за спиной. Мне хочется трогать и целовать его везде.

И кусать. Метить.

Кажется, я начинаю понимать эту его нездоровую тягу. Стаскиваю с него толстовку вместе с футболкой. Такой горячий внутри и вечно холодный снаружи. Запускаю руки в кудри и быстро ныряю языком в рот, Кай одобрительно стонет и пылко отвечает на поцелуй. Руками сжимает мою попу, впечатывает меня в пах.

Чувствую его эрекцию — уже готов. Понимаю, что это реакция на меня и мои прикосновения, поцелуи. И это знание пьянит меня, кажется, внутри меня просыпается маленькая чувственная богиня. Сейчас она одобрительно подмигивает мне и щёлкает бретелькой на развратном белье. Надо будет купить такое, обязательно.

— Ты уже твёрдый. — улыбаюсь в губы Каю, не прерывая поцелуя.

— С тобой всегда так. — обречённо хрипит и тянет с меня трусы большими пальцами, расцепляю ноги и помогаю избавить себя от белья.

Кай нагло пихает трусы в карман. Извращенец.

— Джинсы. — напоминаю я, присасываюсь к горячей шее.

— Угу. — соглашается и встаёт, одной рукой придерживает меня под зад, другой нащупывает ремень и пуговицы на джинсах.

Как хорошо, что он не носит бельё. Легко переступает через штаны и садится на стул. Запускает руки мне в волосы, тянет назад, пристально смотрит в глаза. Что он там ищет?

— Не время играть в гляделки, хочу тебя! — шиплю и возвращаюсь с укусом к бычьей шее.

Кай шарит руками по спине и попе, уворачивается и целует меня в ключицу, медленно и лениво чертит языком узоры на коже. Шумно сглатываю, сейчас я как оголённый провод одно движение и будет взрыв.

Цепляюсь за его плечи, стараюсь приподняться, мне не терпится. Снежинский хрипло смеётся и делает движение бёдрами в сторону, член упирается мне в живот, подрагивает, чувствую каждую венку и влагу, какой он твёрдый.

Кай прикусывает сосок, одной рукой придерживает меня за попу, другой находит клитор и начинает тереть большим пальцем.

Мне, кажется, я кричу от восторга, на самом деле выходит хриплый вой. Активней ласкает клитор и одновременно резко вводит в меня два пальца, прогибаюсь в пояснице, хочется ещё глубже, резче.

А Кай продолжает меня мучить и переключается на другую грудь. То лижет сосок, то дует, то начинает посасывать, урча от удовольствия. Внизу живота копиться, и огненным шаром закручивается желание.

Пытаюсь сдержать стон, приподнимаюсь, чувствую, как мой мучитель снова уворачивается, дразнится. Не иначе наказывает. Гадёныш.

Крепко хватаю его за кудри и тяну назад, морщиться, но голову послушно запрокидывает. Синие глаза смотрят пристально и с вызовом.

Ну, давай, поиграем.

Прикусываю полную нижнюю губу, оттягиваю, отпускаю и зализываю место укуса. Кай стонет и тянется за новой порцией удовольствия — боли.

— Замри! — шиплю ему в губы.

Приподнимаюсь и легонько трусь об эрекцию, ноги дрожат, пальцами цепляюсь за массивные плечи и резко опускаюсь на член. Несколько секунд мы просто смотрим друг на друга. Это так остро, чувственно и горячо.

А потом, как с цепи срываемся.

Кай целует меня бешено. Его язык хозяйничает у меня во рту, руками жадно мнёт грудь и прищипывает соски, превращая их в тугие горошинки. Больше не сдерживаясь, начинаю бешеную скачку на нём. Быстро, жёстко, глубоко.

Искры между нами, кажется, пощёлкивают. Становится жарко. Маленькая кухня наполняется моими стонами и рычанием Кая. Как же хорошо. Кажется, я соскучилась.

Такой темп не может продолжаться долго, в животе зарождаются сладкие спазмы. Губы Кая переключаются на грудь, дразнит соски, горячие руки чертят узоры внизу живота, собирая волну мурашек.

— Я сейчас. — меня накрывает оргазм.

Как будто с головой ухожу под воду. Горячий ком внизу живота взрывается и растекается лавой по мышцам, я вся потная, кажется, даже чёлка мокрая.

Кай крепко сжимает меня в объятиях, обессиленная утыкаюсь ему в шею.

Резкие толчки внутри продолжаются, один второй, третий, он снова кусает меня за шею, больно впивается пальцами в бока