Зачарованные сладости попаданки - Марго Арнелл

Я махнула рукой. Спорить с ней бесполезно. Вот только знание об Альдусе она совершенно точно взяла из моей головы. Как и это беспощадное нагромождение психологических терминов.

Однако я такую речь не смогла бы выдать ни в старших классах, ни сейчас. Сдается мне, Зефирка и впрямь развивалась как личность, взяв за основу часть моего сознания.

Бр-р-р. Мурашки по коже.

— Мира?

Ох, Корвин тоже меня увидел. При звуках его голоса что-то защекотало внутри.

Нервничая, я дождалась, пока они с Альдусом поравняются со мной.

— Ты завела себе кошку? — улыбнулся Корвин.

— Это пироженка. Я выпекла ее в гномьей печи, и она ожила.

Вытянулась, по-моему, даже морда Альдуса. Но я не позволила им сбить себя с толку вопросами.

Выпалила на одном дыхании:

— В том, что случилось с Тилли, полностью моя вина.

17. Сладкий сюрприз

— Если бы я знала, что ты собираешься загреметь в тюрьму, я бы с тобой не пошла, — буркнула Зефирка.

— Твоя пироженка разговаривает, — как-то уж очень спокойно заметил Корвин.

Впрочем, он ведь не только жил в магическом мире, но и работал в Магическом Дозоре. Кто знает, что он успел увидеть за свою жизнь?

— Да, в том-то и проблема.

— Нет никакой проблемы в том, что живое создание разговаривает. Правда? — кокетливо обратилась Зефирка к Альдусу.

— Он не говорит.

— Оу. — Кошечка поникла было, но тут же встрепенулась и проворковала: — Из молчаливых мужчин получаются самые лучшие слушатели!

Я не стала напоминать ей про неприятие межвидовых отношений, о которых она совсем недавно вещала. Меня сейчас волновали проблемы посерьезнее.

Корвина тоже. Он мягко тронул меня за спину и указал на дверь, ведущую, вероятно, в его кабинет. Или в кабинет Альдуса?

Не знаю, что со мной не так, но тепло его ладони я ощутила даже через ткань. Мурашки пробежали по всему позвоночнику, заставив меня задержать дыхание. Даже подумать страшно, как на меня подействовал бы поцелуй Корвина, раз уж я так реагирую на невинное прикосновение.

Вряд ли дело в какой-то безумной химии, просто… Никогда раньше мне не доводилось встречать таких мужчин. Справедливо ли то, что встретила я его в чужом, магическом мире, задерживаться в котором совершенно не планирую?

Слишком много неопределенности. Безумия. Явлений, выходящих из-под моего контроля.

Например, вмешательство в судьбу ни в чем не повинной девчушки. Что, если ее теперь дразнят из-за ушек? Что, если из-за меня она потеряет друзей и замкнется в себе?

— Как там Тилли? — не выдержала я.

— Чувствует себя прекрасно, но ушки никуда не делись.

Я вздохнула.

В кабинет входила странная компания — два человека и два представителя животных меньшинств. Хотя… Возможно, скар’рины в этом мире — отнюдь не редкость. А вот моя Зефирка…

Корвин сел за стол перед открытой тетрадью. Рядом стояла чернильница, но вместо пера я увидела тоненькую металлическую палочку — что-то среднее между стилусом и ручкой.

Альдус опустился на задние лапы сбоку от стола, на который тут же спрыгнула Зефирка, и устремил на меня пытливый взгляд.

Нервничая, я села.

— Давай с самого начала, — мягко сказал Корвин.

Я выдохнула и, тщательно подбирая слова, заговорила.

— Не знаю, как это объяснить, но я, кажется, могу наделять то, что приготовлю, особыми свойствами.

— Честно говоря, прежде я не слышал, чтобы иномирянки обладали магическими способностями.

— То есть я по-своему уникальна? — вдруг заразившись от Зефирки кокетством, улыбнулась я.

— Несомненно.

От бархатного голоса и ответной улыбки Корвина дыхание перехватило. Это вообще законно — так действовать на меня?!

Какое-то время мы с Корвином молча смотрели друг на друга, но это не было неловким молчанием. Краем глаза я видела, что Зефирка поворачивает мордочку то в мою, то в его сторону, словно котенок, наблюдающий за теннисным мячом.

Шагнув ко мне, Альдус рассеял возникшее между нами с Корвином притяжение. Я растерянно поморгала, когда он вдруг начал меня обнюхивать.

Хотя нет, “обнюхивать” — не совсем верное слово. Оно напрашивалось потому, что именно такого поведения ждешь от песьеподобного (в данном случае волкоподобного) создания. Однако нос Альдуса не подрагивал и не издавал характерный звук втягивающегося воздуха.

Скорее, скар’рин… сканировал меня.

А потом, опустившись на задние лапы, шумно выдохнул.

— Хм-м-м… Он и вправду чувствует в тебе сокрытую магическую силу, — задумчиво сказал Корвин.

Ох.

— Ты понял все это по одному выдоху этого прекрасного кристаллического господина? — недоверчиво хмыкнула Зефирка.

Альдус на ее комплимент никак не отреагировал — даже кристаллическим ухом не повел.

— Да, — улыбнулся Корвин. — Я могу перевести каждый его жест и каждый изданный им звук.

Скар’рин, поизучав меня еще немного, опустился на задние лапы и заворчал. Я вопросительно взглянула на Корвина.

— Он ворчит.

— Это я слышала. Но что именно он сказал?

Корвин тихо рассмеялся.

— Нет, это именно бессвязное — ну почти бессвязное — ворчание. Альдус просто недоволен тем, что не обнаружил это раньше. Сила в тебе и впрямь спрятана очень глубоко.

— И активируется, видимо, только тогда, когда я готовлю… — пробормотала я.

— С твоей любовью к кошачьим нужно что-то делать, — со смешком сказал Корвин. — А то она выходит из-под контроля.

— Не надо с ней ничего делать, — воспротивилась Зефирка. — Это совершенно справедливо, что Мира любит меня до безумия.

— Не сказала бы, что… — начала я.

Подавшись ко мне, кошечка накрыла лапой мои губы.

— Когда дело касается чувств, слова не нужны. Важны лишь поступки, — вкрадчиво произнесла Зефирка. — Хотя пока ты, конечно, так себе выражаешь свою любовь. Я все еще очень-очень голодная.

— Ты — зефир, можешь и потерпеть.

Зефирка убрала лапку и что-то проворчала себе под нос. Я бросила на Корвина виноватый взгляд. Он серьезный человек на серьезной должности, и я пришла сюда, чтобы понести ответственность за свои действия, а не отвлекать его по пустякам.

Он подался вперед и переплел пальцы.

— Как именно это происходит? Как твоя магия… м-м-м… активируется?

— Я думаю, она как-то связана с моими мыслями и моим настроем. Когда я месила тесто для печенья, я думала о том, как хочу удивить им жителей Ханиглоу.

— Надо сказать, тебе это удалось, — заметил Корвин. Перевел взгляд на Зефирку.