Секрет актёрского мастерства - Инна Ласточка (Ness Quik)

Муза задумалась.

— Но ведь Нина здесь не влюблена в Треплева. Разве она не должна…

— Конечно, нет, — возразил Огюсутс, — в Треплева не влюблена, совершенно верно, она влюблена в театр. В театр! Вы это понимаете?

Муза кивнула.

— Прекрасно понимаю.

— Вот! Работайте. Свободны! — Огюстус развернулся и, чеканя шаг, пошёл к выходу из портера.

Актёры стали расходиться и вскоре на сцене не осталось никого, кроме Музы и Ксандра. Уходя, он по-дружески коснулся её плеча и тихо сказал:

— Не бери в голову, он сегодня не в духе. Эль отказывается играть Аркадину, а ему именно на эту роль именно она и нужна. — Муза промолчала, стараясь не заплакать при нём. Ксандр почувствовал это и отошёл. — Слушай, я пойду, а ты приходи в три часа в мою гримёрку, предпоследняя дверь справа по правому коридору. Мы с ребятами сегодня конец лета отмечаем. Придёшь?

Муза свернула листы с текстом и прерывисто вздохнула.

— Да. Да, хорошо, я приду.

* * *

Муза пообедала и вернулась к себе. Повздыхала, пожалела себя, даже позволила себе поплакать, а потом решила подготовиться к встрече и залезла в гардероб с головой. Она не знала, что надеть, поэтому просто сняла форму, надела другие джинсы, блузку и туфли, а с собой взяла лёгкий кардиган. Несмотря на то, что Муза никогда не любила долго собираться, ей каким-то образом удалось провозиться до трёх часов, и она оказалась у коридора «элиты» сильно позже намеченного времени. Из предпоследней двери справа действительно доносились голоса и громкая музыка, и она уверенно направилась туда, но, не сделав и трёх шагов, остановилась. Третья дверь слева тоже была приоткрыта, и оттуда слышался разговор двух людей, в которых Муза без сомнений узнала Огюстуса и Эль. Видимо, громкие звуки из комнаты Ксандра лишили их всякой осторожности и скрыли чужие шаги. Муза не хотела подслушивать и пошла бы дальше, если бы вдруг не услышала своё имя.

— Муза очень сильная. Я тебя прошу, — говорил Огюстус, — Элеонора, я так вижу. Сыграй Аркадину, тебе это очень пойдёт. Ну, хочешь, хочешь, репетируй Нину вторым составом… или хочешь, я на колени встану?

— Хочу, — сказала Эль и тут же воскликнула. — Ты с ума сошёл, а если кто-то войдёт! Пойдут слухи!

— О нас уже и так ходят слухи…

Муза едва заметно повернула голову и увидела кусочек развернувшейся сцены. Эль сидела в белом плюшевом кресле, одетая как голливудская дива, она манерно прикладывала руку ко лбу, а Огюстус стоял на коленях перед ней и целовал краешек её платья.

— Ну, пожалуйста, — повторил он, и Муза решила, что с неё хватит.

Она сорвалась с места, почти бегом преодолела расстояние до двери Ксандра и постучала. За дверью сразу все затихли, потом одновременно зашумели, задвигали стулья, чем-то зашуршали, зашушукались.

— Да-да, — сказал Ксандр, — входи.

Муза толкнула дверь и в растерянности замерла. Ксандр перед ней стоял совершенно один, в темноте и что-то прятал за спиной. В сердце закралось нехорошее предчувствие, но Муза была не из тех, кто отступал. Она вошла и закрыла за собой дверь.

— А почему тут так тем… — начала вопрос Муза, но так и не закончила его.

В комнате вспыхнул свет, и на неё кинулась толпа с шарами, мишурой, конфетти и подарками. Все поздравляли, кричали, пытались её коснуться. Только спустя пять минут, когда толпа успокоилась, Муза узнала, с чем именно её поздравляют. Она видела Константина Сергеевича Станиславского. Она стала первой актрисой, кто говорил с ним за последние пятьдесят лет. Она — легенда.

* * *

[1] Форма — рабочая одежда для занятий студентов театрального/танцевального вуза, состоит из лосин, спортивного купальника и балеток или мягкой обуви по необходимости. В случае с женской формой иногда добавляют юбку (не пачку, а именно юбку — из невесомой ткани на завязках).

[2] Балетный станок (хореографический станок) — это устройство с тонкими горизонтальными перекладинами, которые фиксируются на определённой высоте от пола. Используется для поддержки и установки правильной позы танцовщика во время тренировок и выступлений.

Глава 7

Прогулка по крышам

На утро Муза никак не могла вспомнить, как именно попала к себе в гримёрку, зато хорошо помнила, как на их тусовку нагрянул Огюстус в совершенно благостном расположении духа и не только разделил с ними веселье, но и дал им два выходных. Сам он куда-то уезжал с Эль и не хотел, чтобы над «Чайкой» работали без его присмотра, а уж тренинги с Музой в его отсутствие он и вовсе не одобрял.

Муза проснулась на неразобранной кровати в том же, в чём вчера и была, и долго лежала, не открывая глаз, приходила в себя. В воспоминания вчерашнего вечера, где ей среди всеобщей суматохи с трудом удалось выяснить, как именно они все узнали о её встрече с Константином Сергеевичем, вмешивались странные образы Арлекина, будто бы он сидел у её кровати, держал за руку и что-то говорил. Но Арлекин — Зеркало, он не мог находиться в комнате, он — отражение. И всё же её не оставляло ощущение, что это не было сном.

Муза с трудом села и упёрлась ладонями в кровать, голова кружилась. Что они вчера такое пили? Муза усмехнулась, вспоминая, как Ксандр рассказывал ей про метку Станиславского, и что после встречи с ним магическая аура начинает светиться иначе, правда, видеть это могут исключительно полуангелы, полудемоны или другие полулюди… На вопрос: «мы должны верить тебе на слово?», — Ксандр рассмеялся и ничего не ответил, но, как бы там ни было, он угадал.

Зачем-то вспомнился Стасик. Муза отчетливо представила его лицо и с удивлением поняла, что почти не думала о нём в последние дни, да и сейчас в сердце ничего не отозвалось. Она, наконец, заставила себя встать, думая о жизни со Стасиком, как о прошлой и давно минувшей, и прошла в гримёрку — там на столике валялся её телефон рядом с сумкой и брошенным там же зарядным устройством.

— Арлекин, а Адриан не заходил вчера?

— Нет, — отозвалось Зеркало, — ты ж этово, дверь-то закрыла. Как он войдёт? Ходящие через стены — это отдельная маггруппа, Адриан к ней точно не относится.

Муза хотела ответить, но в этот момент