Вуаль лжи - Джери Уэстерсон

— Что-что?!

Сглотнув, тот вскинул руку, прикрывая голову.

— Хозяин! Я же не нарочно! Я вырос на улице и сразу говорю, что приходит на ум. Ведь вы сейчас здесь живете, вот я и привык думать, что вы один из нас… Конечно, ваши манеры и умение говорят о другом…

— Постой. Что ты сказал? Только что?

— Э-э… ну… вы мне сказали, дескать, «я не изменился», а я вам сказал… что «вы в этом весь». Вот. Ваш истинный образ. И ничего такого здесь нет.

— Что тебя заставило выбрать эти слова: «истинный образ»?

Джек почесал подбородок.

— Не знаю. Само вылетело.

В гудевшей от вина голове Криспина тяжело ворочались мысли. Истинный образ. Как много есть на свете «истинных образов» и как много фальшивых…

— Что-то я отвлекся… — Он хмыкнул, хотя добродушия в его словах не было и в помине. — Да, хорошенькое личико на такое способно. Я вел себя как дитя.

Криспин задумчиво рассматривал лицо Джека, которое порой было лукавым, как у весельчака Робин Гуда, а порой испуганным, как у малого ребенка.

— Существует кусок материи, который я должен найти, и очень возможно, он связан с убийством. Так что с этого момента мое «истинное я» будет заниматься только этим делом.

Вместо того чтобы попасть в дом Уолкотов через парадную дверь, Криспин с Джеком обогнули особняк и добрались до черного входа, расположенного в грязном узком тупичке, где пахло гнилыми овощами и тухлыми объедками. Не успели они постучать, как высунулась старуха в перепачканном платке поверх всклокоченных волос и уставилась на Криспина. Сажа на ее лице только подчеркивала морщины, а в целом ее лицо очень напоминало каменную кладку особняка.

— Вы кто такие? — спросила она, с подозрением разглядывая Джека, который силился укрыться за левым плечом Криспина. — Здесь вам не Вестминстерский дворец, куда заходят все, кому не лень. Это поварня Уолкотов!

У старухи недоставало передних зубов, а те, что пока не выпали, были черно-серыми. Высказавшись, она зловеще погрозила длинным суповым черпаком, что Криспину сразу не понравилось.

— Женщина! Меня зовут Криспин Гест! Я расследую гнусное преступление, сиречь убийство твоего хозяина!

Старуха быстро окинула взглядом его платье.

— Вы?!

— Чтоб мне провалиться! Дружище Криспин!

Из двери вынырнул Джон Гуд. Удивившись неожиданной встрече с человеком, с которым он познакомился возле уличной жаровни, Криспин тем не менее испытал облегчение.

— Глупая баба! Это же Криспин Гест! Мой друг!

— Мы действительно знакомы, — кивнул Криспин. — Мастер Гуд, я вижу, ваше колесо фортуны крутится в лучшую сторону.

— Так и есть. Работаю в поварской. А вы что же, решили дать хозяйке шанс нанять вас?

— Если на то пошло, я уже на нее работаю. Мне поручено найти злодея, убившего мастера Уолкота.

— Ого! Значит, я не ошибся. Еще в тот раз я понял, что вы — человек образованный.

— В какой-то степени.

— А! — сказала женщина. — Так вы разговаривали с хозяйкой?

Криспин быстро кивнул:

— Да. И теперь мне надо задать кое-какие вопросы о вашем хозяине.

— Ах, беда-то какая… И где только выискался такой негодяй…

— Вот именно. Он-то мне и нужен.

— О, мой господин, хозяин наш был добрым, славным человеком. Для каждого находил ласковое словечко.

— Давно тут работаете?

— Вот уже пять лет.

— Здесь есть кто-нибудь, кто прослужил дольше?

— М-м… — Она потерла висок испачканным в саже пальцем. — Разве что мастер Бектон. Ведь он нанимал и меня, и других…

Криспин растянул губы в безрадостной улыбке.

— Ясно. Мне надо взглянуть на дом. Я так понимаю, все замки закрыты?

— Госпожа больше не запирает внутренние двери. Просто идите по проходу. Только там низкие притолоки, не ушибитесь.

— До встречи, Криспин, — сказал Гуд и подарил Джеку подозрительный взгляд.

Тот не остался в долгу и ответил тем же.

Криспин зашел в поварскую. Два очага с мерцающим огнем, за которым ухаживало по малолетнему мальчишке. Прочая кухонная челядь оторвалась от своих разделочных досок и скалок, разглядывая незнакомцев, но никто их не остановил, не обратился с вопросом. Джек поминутно оглядывался, пока они не вышли в низкую галерею, что вела через двор к задней стороне хозяйской половины.

— Что мы ищем? — поинтересовался мальчишка, когда кухня осталась далеко позади.

— Пока не знаю.

— А почему хозяин спросил у старухи, как долго она здесь служит?

— Потому как возникает впечатление, что в доме нет никого, кто бы прослужил здесь дольше.

— И что тут такого?

— В большинстве других домов, Джек, челядь не меняется поколениями.

— А если Уолкоты разбогатели недавно?

— Верно. Придется уточнить.

Они вышли к главному залу и под аркой неожиданно встретили Филиппу Уолкот. Все остановились на расстоянии нескольких шагов, и, после пары минут молчания, удивление на ее лице сменилось гневом.

— Почему вы здесь? — потребовала она ответа. Криспин криво улыбнулся.

— Как странно, что все задают мне этот же вопрос одинаковым, невежливым тоном.

— Видимо, оттого, что сами вы не в состоянии понять, когда вам не рады.

— Мне редко бывают рады. — Он облокотился о стену и дерзко оглядел Филиппу с ног до головы. — Я поразмышлял над вашими словами. Насчет того платка. Вы ведь так и не досказали ту историю.

Вальяжная поза Криспина заставила Филиппу нахмуриться.

— Помнится мне, что вы этого сами не захотели. Отказались от денег.

— Видимо, я поторопился.

Филиппа еще сильнее нахмурилась и ударила по руке, которой Криспин опирался на стену, отчего тот едва не упал.

— В моем доме извольте проявлять ко мне больше уважения.

— В вашем доме? Вы, наверное, хотели сказать, в доме, который когда-то прибирали?

Если бы люди умели изрыгать пламя, Филиппа именно так бы и поступила. Криспин не сомневался, что она хочет воскликнуть «Адам!», но ни единого звука не вылетело.

Спустя некоторое время она натянуто заявила:

— Ваши манеры, мастер Криспин, желают оставлять лучшего.

— Как и ваши.

Он одернул полы котарди и сунул большие пальцы за пояс. Филиппа кинула взгляд на Джека, который всю эту сцену простоял с разинутым ртом.

— Вот оно что, — наконец произнесла она. — Стало быть, узнали, кто я. Вернее, кем была.