Карьеристки - Галина Врублевская

— Что с тобой? — библиотекарша сжимала в руках пустой уже графин.

— Ой, не могу, худо мне!

Аню начало выворачивать. Лидия Валерьевна мужественно придерживала ее голову и вытирала губы собственным платком.

— «Скорую», и «скорую» вызовите!

Первыми приехали пожарные и загасили огонь в служебной комнате, но залили пеной все находящиеся там книги, все новинки. Следом приехала «Скорая помощь» и забрала Аню. Вместе с ней уехал и Вася.

Остальные участники вечера неприкаянно бродили по разоренной библиотеке. Было очевидно, что помещение придется ремонтировать. Лидия Валерьевна с ужасом думала только об одном: как она покроет материальный ущерб? А вдруг ее на старости лет да под суд? Мужчины в этот момент не думали о глобальном, им хотелось лишь снять напряжение привычным способом: пропустить двести грамм. Однако и накрытый для банкета стол был безнадежно испорчен — все тарелки с бутербродами политы химическим реагентом. Но кто-то вспомнил, что в гардеробе должна быть сумка со спиртным, которую Вася так и не успел занести в комнату. Георг побежал проверить: стояла в гардеробе целехонька!

Посторонние посетители мероприятия, выбравшись из горящей библиотеки, еще какое-то время толпились у ее входа, а когда возгорание загасили, разошлись. Ушли и некоторые девушки-курсантки, удрученные тем, что их одежда потеряла надлежащий вид в ходе тушения пожара. А у художницы Наташи Гуляевой вырвался сбоку широкий клин ее длинной юбки в стиле кантри, и теперь обнаженная до бедра нога белела, как у артистки кабаре. Миша Гутин накинул на подругу свой плащ, и пара тоже удалилась.

Оставшиеся четверо участников презентации переместились в вестибюль. Здесь недавно силами муниципалитета сделали ремонт и завезли современную офисную мебель: мягкие диваны, обтянутые красной кожей, журнальный столик. И стоявшие за полукруглым барьером ряды напольных вешалок — гардероб для посетителей — ничуть не портили интерьера.

Олег Шитиков, не говоря ни слова, раскупорил бутылку водки, отхлебнул из горлышка, хотя обычно воздерживался от алкоголя. Бутылка пошла по кругу — всем было необходимо снять напряжение. Лидия Валерьевна тоже пригубила, хотя водку на дух не переносила. И почти сразу отключилась в спасительном сне — она, как ответственная за все происходящее в библиотеке, переживала более всех. Ее уложили на диван. Забился в эпилептическом приступе Шитиков — ему категорически нельзя было нервничать, а тем более пить. После кратковременного приступа заснул и он. Его примостили в кресло.

Всем было не до веселья. Злополучный адрес уже попал в сводки официальных органов. В буквальном смысле по горячим следам осмотрел место происшествия пожарный инспектор. Не заставила себя ждать полиция, явился дежурный сотрудник, тоже опросил свидетелей инцидента.

Поскольку Василий уехал на «скорой» сопровождать Аню — он был мастер утрясать всякие инциденты, объясняться с представителями органов власти пришлось Георгу и Маргарите. Они предъявили дознавателю останки сгоревшего чайника, рассказали, как было дело. Так как Лидия Валерьевна забылась в глубоком сне, им пришлось долго уверять инспекторов, что мероприятие было согласовано с вышестоящими инстанциями. Пообещали, что завтра заведующая библиотекой сама приедет в инспекцию и предъявит соответствующее разрешение. Наконец люди в форме удалились.

Георг едва держался на ногах от усталости. Он задумчиво осмотрел свой обгоревший китель, скинул его и, закрутив комом, сунул в полиэтиленовый мешок. Нашел на вешалке свою армейскую куртку, которую ему выдали как сторожу автостоянки. Затем присел на диван в ногах у спящей Лидии Валерьевны. И, глядя на мерно похрапывающего Олега Шитикова, озабоченно произнес:

— Как бы, Маргоша, нам эвакуацию наших сонь организовать?

Он легонько похлопал по щеке Олега Шитикова, а Маргарита Андреевна потрясла за плечо Лидию Валерьевну и сказала:

— Пожалуй, надо ее сыну позвонить, пусть за матерью приедет.

— А к Шитикову, напротив, мамашу вызовем на подмогу, — неловко пошутил Георг.

Долговязый Шитиков, сорокапятилетний холостяк, действительно жил только с матерью, но Маргарита Андреевна знала, что его матери за восемьдесят и что рассчитывать на ее помощь не приходится.

— Ладно, Маргоша. Давай пока перекусим, посмотрим, что тут у запасливого Васька еще имеется.

Георг достал из бездонной сумки Василия какие-то баночки с домашними заготовками и даже буханку хлеба.

Выложив провизию на журнальный столик, плеснул в пластиковые стаканчики водки, едва покрыв донышко. Затем подцепил на одноразовую вилку соленый огурец и произнес краткий тост:

— Ну что, Марго, дрогнули! За тех, кто в море?

— То есть за кого?

— За всех: кто в больнице, кто уехал и не приехал, кто помогал тушить пожар, за этих спящих бедолаг.

Они выпили.

— Давай музычку включим, — предложил Георг, — у меня есть радио в смартфоне.

— Разбудим же их!

— Это лучше, чем по щекам шлепать. Не ночевать же им в библиотеке!

— Не тревожьтесь, я уже встаю! — подала голос Лидия Валерьевна и, спустив ноги с дивана, села.

— Мы тебя разбудили, Лидуся? — Георг снова переместился на диван, взял суховатую, в мелких морщинках, руку библиотекарши и обхватил пальцами ее запястье. Затих, шевеля губами. — Пульс ровный, наполнение хорошее. Давай-ка, присаживайся к столу.

Маргарита Андреевна, глядя на этих двоих, вдруг ощутила легкий толчок в груди, безошибочно узнанный ею — то был легкий укол ревности. И сама удивилась реакции на безобидную любезность Георга, адресованную другой женщине. Кого винить? Сама пресекала любую фамильярность с его стороны, уверенная почему-то, что все офицеры неискоренимые ветреники и женолюбы.

Тем временем Лидия Валерьевна снова высказала беспокойство, что ее снимут с работы из-за пожара, что вряд ли удастся отделаться выговором. Разговор входил в деловое русло, и в пластмассовые стаканчики теперь наливали только сок.

Маргарита Андреевна задумчиво потерла подбородок:

— Разве выговоры еще в ходу? Я думала, их отменили.

— Вы правы, теперь больше судебные разборки в моде, — передернула плечами Лидия Валерьевна и выронила стаканчик с соком. Она громко ойкнула, и от вскрика проснулся Олег Шитиков. Вытянув занемевшие ноги, потянулся руками вверх, будто обращался за помощью к небесным силам.

— Кажется, я хорошо поспал! Сколько же сейчас времени?

Еще и девяти не было, но, взглянув на часы, висящие в вестибюле, Олег тотчас взял мобильный и позвонил матери, успокоил ее, что задерживается на вечере, но постарается приехать не слишком поздно. Следуя его примеру, Георг отзвонился сестре и взялся убирать со стола, Маргарита Андреевна ему помогала, удивляясь его хозяйственности. А Лидия Валерьевна шаркала по полу шваброй, затирая подсохшие следы, оставленные ботинками пожарных.