Смерть в наследство - Татьяна Алюшина

Из гаража Пират вышел первым, девушка за ним, чуть сзади. Он подождал, взял ее под локоток и повел к террасе, где уже все расселись по местам после лихих автомобильных рокировок.

Чтобы как-то сгладить ту неловкую ситуацию, которая неизменно возникает, когда к компании присоединяется незнакомый человек, Ната и Дина вышли навстречу и приняли Нику из рук Пирата у ступенек, ведущих на террасу.

— Здравствуйте, Вероника, меня зовут Ната, — представилась хозяйка и улыбнулась, открыто и приветливо.

— А меня Дина. Идемте, мы вас со всеми познакомим.

Когда дамы поднялись по лесенкам на террасу, мужчины встали, приветствуя женщин, чем несказанно порадовали Нату.

— Знакомьтесь: того, кто вас встречал, зовут Алексей, далее мой муж и хозяин дома, Антон, это Михаил.

— И муж Дины, — в тон ей вставил Мишка.

Ната улыбнулась и представила следующего мужчину:

— Это Константин, — указала она рукой на Стечкина, — а это Сергей.

Ника пребывала в крайней степени замешательства, даже ступора какого-то, уж чего-чего она не ожидала, так того, что попадет в такую большую компанию, вторгаясь в чей-то праздник. Ведь совершенно очевидно, что люди собрались отдохнуть в дружеском кругу, а тут она со своим самоваром проблем! Ника так смутилась, что не знала, куда деваться.

Эти две замечательные женщины пытались ей помочь, поддержать, она понимала это и была им благодарна.

Стараясь справиться с неловкостью и смущением, она смотрела только на того человека, которого представляла Ната, пытаясь сосредоточиться и запомнить, кого и как зовут.

— …а это Сергей, — сказала Наталья и указала на того, встречи с кем с особой настойчивостью добивалась госпожа Былинская.

Ника дежурно улыбнулась и кивнула ранее представленному Константину, повернула голову к следующему представляемому…

И поняла, что умрет прямо сейчас!

Или окажется снова там, на асфальте, сбитая красным монстром!

Это был он!

Это его она видела и слышала тогда! Ночью!

И именно он просил за нее у Бога: «Господи, не надо!»

Она знала про него так много, знала, что он тогда чувствовал, какую боль проживал, знала, что у него длинный рваный шрам, тянущийся от ключицы, через правую грудь, и родинка на спине, слева, возле позвоночника, похожая на маленькое сердечко, и тонкий шрам под этой родинкой.

Она запретила себе об этом думать и помнить!

Сначала думала, помнила и улыбалась, когда вспоминала, от тихой радости, а потом запретила себе эти ощущения, знания, чувства. Ни к чему!

И сейчас, проваливаясь через толстые и теплые доски летней террасы куда-то в темноту, она твердила себе: «Я не буду об этом думать! Я не знаю, для чего мне тогда его показали, может, совсем не для хорошего, а предупредить!»

— Ната, ей плохо! — крикнул кто-то.

— Матерый, ты ее напугал, что ли? — спросил другой голос.

Она почувствовала, как чьи-то сильные руки подхватили ее и заботливо усадили, сняв с плеча тяжелую сумку.

— Вот, выпейте, это вода!

Ника послушно приняла стакан с водой и отпила несколько глотков. Она уже пришла в себя настолько, что ей стало неловко за эту слабость, и за то, что она привлекла столько внимания к своей персоне, и за те тайные знания о нем…

— Спасибо, — поблагодарила Ника и улыбнулась Наталье, сидевшей рядом, обнимающей ее за плечи и тревожно заглядывающей ей в лицо.

— Извините, пожалуйста, — обратилась она ко всем. — У меня недавно было сотрясение, поэтому иногда еще голова кружится, — объяснила Вероника и на всякий случай извинилась еще раз.

Нет, все-таки Сонечка перестаралась, прививая ей хорошие манеры. Ведет себя как истеричная барышня! В обмороки падает, ножкой в «пардоне» шаркает!

— В таком случае вам надо выпить рюмку коньяку, — предложил Антон.

— Спасибо, я не пью.

— А не надо пить, примите как лекарство! — рассмеялся Мишка.

Она помолчала и махнула рукой:

— Ну, лекарство так лекарство!

Чего жеманиться-то, уж и так хороша, нечего сказать! Устроила тут показательные выступления на публике, привлекла, уж будьте уверены, всеобщее внимание!

— Вот и молодец! — обрадовался Мишка.

И как в фокусе-покусе, перед ней мгновенно оказалась маленькая рюмочка коньяка. Ника послушно взяла рюмку и выпила, именно как лекарство — заранее сморщившись и стараясь не дышать.

— Точно, не пьет! — засмеялся Константин.

Она почувствовала, как что-то жаркое, горячее попало ей в желудок, постепенно рассылая волны тепла по всему телу.

Странно, но ей действительно стало лучше, и кровь прилила к щекам.

— Вероника, вы, наверное, голодны? — спросила Дина.

— Не знаю, наверное. И можно просто Ника.

— Так давайте все быстро за стол! — распорядилась Наталья. — Не смущайте девушку, и пора ее накормить.

Ника уже почти справилась со своим волнением, конфузом и неудобством, которые испытывала, но смущало то, что прямо напротив нее сидел Сергей Викторович Кнуров, от которого теперь ей хотелось бежать куда угодно, хоть к самому Михаилу Ивановичу.

«Хотя нет, вот уж дудки! Ты здесь по делу, Никуша, вот и думай о деле! И нечего в обмороки падать, как кисейная барышня, и можешь спокойно смотреть ему в глаза. Может, он еще и не возьмется тебя выручать!»

Она вдруг разозлилась на этого Кнурова.

Мало того, что к нему летает в бессознательном состоянии, его еще уговаривать пришлось, чтобы он изволил ее выслушать, может, еще такие деньжищи запросит или вообще откажет!

Ой, нет! Лучше бы не отказал!

Потому что вместе с сознанием вернулось и все остальное — Михаил Иванович, слежка и перспектива быть убиенной, предварительно замученной бесполезным допросом с пристрастием.

«Вот и думай об этом, и меньше эмоций! Держи себя в руках!»

За всеми этими переживаниями и внутренними диалогами Ника и не заметила, как уплела вкусный суп и разогретый нежнейший шашлык. Ей не мешали вопросами, а тактично втягивали в общую беседу, пересыпанную шутками-прибаутками, рассказами о детях, которые уже проснулись и изводят двух нянь, одну постоянную, а вторую специально приглашенную на сегодняшний день.

Вероника понимала, что ей стараются помочь расслабиться, успокоиться, чтобы она могла приступить к сути своего дела.

Ника старалась незаметно присмотреться к сидевшим за столом повнимательнее и уже кое-что про них поняла: что эти мужчины — одна команда, сильная, спаянная, настоящая. Может, и не работающая вместе, но команда.

Из разговоров она сделала вывод, что Антон, Михаил и Константин работают на одной фирме и главный там Антон, он вообще здесь самый главный, это чувствовалось. Считывалось без лишних и ненужных комментариев, а у Кнурова своя контора, и Алексей, по прозвищу Пират, которое ему очень подходило, работает с ним.