Ребенок от бывшего мужа - Анастасия Франц

Матвей

Я ждал Аду, так как она вот-вот должна была приехать, чтобы отдать результаты теста на отцовство, но я почему-то и без них был уверен, что это мой ребёнок. Хотя всё ещё малая доля сомнения была.

В последнее время меня терзало какое-то нехорошее предчувствие, душа была не на месте. Чего-то не хватало и тянуло куда-то, но точно не домой. Собственная квартира стала холодной, хоть в ней часто находилась Рита, которая в последнее время стала навязчивой, как и сестра. Марина звонила, появлялась, даже как-то невзначай спрашивала про Аду — я лишь отмахивался, не желая говорить на эту тему с родственницей.

Всё, что касается нас со Славиной, больше никого не должно интересовать. Мы разберёмся сами, да и я согласен с бывшей женой, что лучше будет, если пока никто не будет знать, что она ждёт от меня ребёнка.

Что же делать с предстоящим браком с Маргаритой, я не знал. С Уфимцевой мы уже год, и я привык к ней, хоть иногда она раздражала меня, чего не было никогда с Адой. Познакомились мы давно. Она подруга Марины. После развода я к себе никого не подпускал. Монахом не жил, но и отношения не строил, предпочитая короткие, ни к чему не обязывающие встречи. Мне этого вполне хватало. Но Рита как назойливая муха постоянно была рядом, и я сам не заметил, как наши отношения начали развиваться.

Потом как-то стерпелось, притёрлось, и меня всё стало устраивать, но вот вновь в мою жизнь влетела Ада подобно весеннему свежему ветерку, как и семь лет назад при первой встрече. Я не смог сдержаться и накинулся на неё. Мне хотелось схватить, сдавить в своих руках, а, точнее, вдавить в себя, в свои лёгкие, чтобы она навеки осталась со мной, но после близости понял, что всё было ошибкой. Я её ненавижу и буду ненавидеть, что бы ни было.

Сейчас чувства немного притупились, потому как, скорей всего, Рыжик носит под сердцем моего ребёнка, и я не мог выплёскивать на неё весь негатив, да и она ещё злилась, вредничала, что выводило меня из себя. Но я старался сдерживать себя из последних сил. Мне не нужны ссоры и чтобы Славина нервничала, ведь это может плохо сказаться на здоровье её и нашего ребёнка.

Я действительно переживал за неё, потому как бывшая жена мне не чужой человек. Четыре года отношений — из них два года брака — не стереть ластиком. И её здоровье мне важно. Эти колючки, что Рыжик выпускала, хотелось поломать, как и в далёком прошлом.

Я сидел в своём кабинете, перебирал документы и ждал Аду, но её долго не было, хотя охранник позвонил и сказал, что девушка пришла, поднимается.

Может, с ней что-то случилось? Сердце сжималось от тревоги, и вдруг я услышал по ту сторону двери крики. Без промедления поднялся и вылетел из кабинета.

— Что случилось? — остановил своего зама, что начал спускаться с лестницы. Покрутил головой из стороны в сторону, желая найти свою бывшую жену, но её нигде не было.

— Там девушка упала с лестницы, — сердце упало в пятки. Мне так не хотелось думать о плохом, но с приближением к цели я понимал — это Ада, и не ошибся.

На полу, оплетая руками живот, закрыв глаза, лежала она — моя бывшая жена.

Не теряя ни секунды, растолкал всех, пытаясь приблизиться к девушке. От открывшейся мне картины стало так плохо, что трудно было вздохнуть. Нет, пожалуйста, нет, Рыжик!

Упал возле неё на колени, попытался привести в чувство, но понимал, что я только делаю хуже — теряю чёртовы крупицы времени, которых и так слишком мало. Подхватил малышку на руки, не теряя ни секунды. Она была словно пушинка. Словно и не носила под сердцем моего ребёнка.

Меня охватила паника. Я так боялся не успеть, отчего гнал, нарушая все правила на дороге. Наплевать. Самое главное, чтобы Рыжик была в порядке. Только бы с ней было всё хорошо. С ней и с малышом. Пожалуйста, Боже, спаси.

Я, наверное, ещё никогда так не молился, как сейчас.

Ада лежала на заднем сидении бледная, еле дышала, от страха за неё у меня сердце сжималось. Я сдавил руль со всей силы, пару раз ударил кулаком.

Чёрт. Надо было настоять на том, чтобы я сам приехал к ней за результатами. Да к чёрту этот тест! Зачем вообще его решил сделать…? Хотел убедиться, что ребёнок мой. Убедился, Матвей? Убедился?

Теперь по твоей вине Ада лежит на заднем сидении твоей машины без сознания.

— Рыжик, держись, пожалуйста… Мы скоро будем… осталось немного, — отчаянно шепчу, умоляю. Слегка повернулся, взял её руку в свою, сжал, — Ада, хорошая моя, пожалуйста…

Домчавшись до клиники, быстро выбежал из машины, открыл дверь и осторожно взял Славину на руки. Её кожа была прохладной, отчего мне стало страшно.

Липкий страх сковал всё моё тело и душу, но я бросился в здание, не теряя ни одной крохи времени, лишь молился, чтобы не забирали у меня ни Аду, ни малыша. Я себе никогда этого не прощу.

— Пожалуйста, помогите, — кричал, вбегая в клинику. Ко мне тут же бросились с каталкой. Положив аккуратно Аду на поверхность, сжал её маленькую ручку.

— Что случилось? — спросил меня мужчина в медицинской форме.

— Она упала… Ада беременна… пожалуйста, спасите ребёнка… Её… — кричал, не соображая ничего. Меня просили успокоиться, оставаться в коридоре, но я рвался к своей бывшей жене.

Я метался из угла в угол, не находя себе места. Сжимал волосы на голове, качаясь из стороны в стороны, потом вновь подрывался, ходя из одного конца коридора в другой.

Не знаю, сколько прошло времени после того, как Аду увезли в смотровую. От переживаний я не замечал времени.

Подскочил только тогда, когда врач вышел из кабинета.

— Она жива…? Малыш…? — но мужчина молчал, а мне казалось, я умирал в тот момент.