Моя Госпожа - В. Савви

— Чарли Вон, — сказала я, вставая из-за стола и протягивая ей руку.

Ее рукопожатие было крепким и сухим, глаза — добрыми и ясными, с минимальным макияжем, но от нее исходила такая ощутимая стена, что, клянусь, я почувствовала ее кирпичи.

Это было нормально. У каждого из нас была своя версия такой стены.

— Брейди Роуз, — сказала она.

— Красивое имя, мисс Роуз, — сказала я, прислонившись к столу так, чтобы мы были на одном уровне. — Это настоящее или сценическое имя?

Ее губы изогнулись в улыбке, и она вернула руки в сложенное положение.

— Это единственное, которое я использую, — усмехнулась она, и в ее голосе зазвучали сексуальные, дымчатые нотки. — И, пожалуйста, зовите меня Брейди.

От меня не ускользнуло, что она не ответила на вопрос, но это тоже было нормально. Джонатан проверит ее, а приспешники Гидеона проявят должную осмотрительность, так что я не беспокоилась об именах. Меня волновало, почему она все еще хочет приехать сюда после всего, что произошло.

— Обычно собеседование с вами проводит мой менеджер ресторана Бейли, — сказала я, указывая ей на место. — Но ее нет в городе до субботы. — Я сузила глаза. — Вы ведь знаете, что произошло здесь на прошлой неделе?

Брейди кивнула, ее движения были минимальными.

— Я была здесь на следующее утро, — сказала она. — Ваш помощник рассказал мне. Это было ужасно.

В моей голове промелькнуло воспоминание о словах Гидеона после нашего обеда. Женщина, с которой разговаривал Джонатан. У нее была назначена встреча со мной и Бейли, и он перенес ее на сегодня.

— Верно, — сказала я, постукивая ручкой. — Извините. Это была чертовски трудная неделя.

— Могу себе представить, — сказала она, ее глаза стали мягкими. — Я слышала, она была вашим другом, а не просто сотрудником?

Она слышала. Люди говорили.

Я сглотнула боль, которая пыталась задушить меня, когда смех Джейд заполнил мои уши. Я отвела глаза, вежливо улыбнувшись.

— Мне очень жаль, — сказала она, садясь вперед и касаясь стола кончиками пальцев, как будто это была моя рука и она утешала меня. — Это было бездушно с моей стороны. Я не подумала. — Она закрыла глаза и слегка покачала головой. — В последний месяц я и сама была не в своей тарелке.

Одна из первых вещей, которую моя мама искала в сотрудниках, — это проблемы. Секреты. Сокрытие. Работа в стрип-клубе, как правило, не была для кого-то главным выбором карьеры (поднимаю руку), а у певицы в Вегасе было гораздо больше вариантов, чем в нашем ресторане. И она была настойчива.

Даже после убийства.

Я улучила момент, чтобы рассмотреть все детали. Определенно миниатюрная, не выше пяти футов, если это так. Волосы длиной до плеч, цвета виски. Огромные красивые глаза. Спокойствие и безмятежность, которые скрывали силу, которую я отчетливо видела под этой миниатюрной внешностью. Она напоминала мне крутую фею.

— Плохой месяц? — спросила я, скрещивая ноги.

Руки снова сложились.

— Ничего такого, с чем бы я не справилась.

— Есть что-то, что мне нужно знать? — спросила я.

Одна бровь прищурилась.

— Например?

— Например, бежишь ли ты от закона, налоговой инспекции, прошлого работодателя или еще чего-нибудь, о чем кто-нибудь в костюме может мне наплести?

Она хихикнула, и ее лицо расслабилось, хотя я заметила, что в глазах все же есть тревожное. Это напомнило мне о другой проблемной девушке.

— Ничего подобного, — сказала она, подняв два пальца. — Честь скаута.

Я некоторое время изучала ее. Она мне нравилась. Я почти ничего не знала об этой женщине, но в ней было что-то знакомое. К черту вопросы.

— Пойдем, посмотрим, что у тебя есть, — сказала я, вставая.

Мы спустились в «Сиззл», я отперла дверь и распахнула ее настежь. Ресторан, как и весь «Камео», имел странную, пошловатую атмосферу, когда он был пуст и горел весь свет. Как будто ему нужны были темнота и неземное освещение, чтобы придать ему волшебства. Я посмотрела на Брейди и увидела, как она медленно передвигается по комнате, вбирая в себя все вокруг и перебирая пальцами клавиши рояля. Ей тоже нужно было немного волшебства. Поэтому я прошла за подиум к световому пульту и погрузила маленькую сцену в темноту и сексуальное освещение с драгоценными камнями, в котором и заключался «Сиззл».

— Микрофон включен. У вас есть музыка? — спросила я. — Здесь есть музыкальная система.

Она отрицательно покачала головой и закрыла глаза, свернув шею и разжав пальцы, когда села за пианино и глубоко вздохнула.

Ладно, тогда.

— Ну, тогда, наверное, когда будешь готова.

Я не была готова к тому, что произошло дальше. К тому, что вышло из этой крошечной женщины.

Хрипловато-сладкие нотки наполнили комнату, когда она запела медленную, сексуальную версию «Злой игры», словно вся боль в ее мире могла быть завернута в ее шепчущие слова и отправлена прочь. Сила и пронзительные эмоции этой женщины — у меня нет слов.

Когда она закончила, то открыла глаза, и я почувствовала что-то на своих щеках. Слезы. Господи, черт возьми, она заставила меня плакать.

Брейди задохнулась, ее взгляд упал на что-то позади меня, и я повернулась, чтобы проследить за этим.

Джей Ди стоял в дверях и, словно пораженный молнией, смотрел на нее. Гидеон стоял позади него, не обращая внимания на все это. Смотрел на меня.

Черт.

Меня пронзила молния от неожиданного взгляда, и я прокляла эту реакцию.

Проклятье. Хватит быть девчонкой. Прекрати все это. Чувствовать его руки на себе, находясь в другом конце комнаты. Желание окутаться вкусом, запахом, самой сутью мужчины, который сломал меня. Без всяких объяснений. Даже сейчас.

Я проглотила все это и сосредоточилась на задаче.

Мисс Роуз, стоящая сейчас передо мной, кем бы она ни была, черт возьми.

Эта женщина могла пойти куда угодно. Куда угодно. У нее не было причин зарываться в клубном ресторане. Ей это было нужно. Ей нужно было это. Что-то глубоко внутри меня — что-то, очень похожее на Бабушку, — подсказывало мне, что нужно рискнуть, невзирая на проверку биографии, и трудовой книжки, за которую и Джонатан, и Гидеон от меня отмахнутся. Потому что я уже знала, что ее не будет. У Брейди Роуз не будет истории.

— Вы можете начать завтра? — спросила я.

Ее изумленный взгляд сменился огромным чувством облегчения и благодарности. Этим все сказано.

— Да, мадам.

Я покачала головой, беря ее за маленькую руку.

— Зовите меня Чарли.

Да, это было нетрадиционно. У меня не было объяснений. Привязанность.

Когда я снова оглянулась, дверной проем был пуст.

*** Почти