Ошибки, которые мы совершили - Кристин Дуайер

– Ночью, – отвечает Истон, не сводя с меня глаз. Мы будто играем в гляделки, и я отказываюсь проигрывать.

– Ты узнал, что здесь Эллис, и сразу же вернулся. Как предсказуемо, – поддразнивает его Диксон, пересекая кухню.

Истон отходит в сторону, напрягает плечи, и я вижу, как краснеют его уши.

– А у тебя разве нет дома, в котором ты должен жить?

Диксон игнорирует слова брата и спрашивает:

– А ты тут охраняешь кофе или мне можно налить себе чашку?

Истон пропускает брата, и его плечи снова напрягаются, а мгновение спустя кто-то обнимает меня за плечи. Чье-то лицо прижимается к моему, я получаю поцелуй в щеку. Такер, как всегда, в своем духе.

Я отстраняюсь от него, но он продолжает тереться щетиной о мою щеку, из-за этого мне приходится разорвать зрительный контакт. Когда я снова смотрю на Истона, он стискивает зубы.

Такер отслеживает мой взгляд и как будто только тогда замечает Истона.

– Братишка!

Лицо Истона не меняется.

– Дятел!

Такер подлетает к нему и дергает на себя в шейном захвате, расплескивая повсюду горячий кофе. Истон кричит, но Такеру все равно, они борются. Я подхожу к кофейнику, и Диксон протягивает мне уже налитую чашку.

– Ты все так же наливаешь столько сливок, что можешь заработать рак?

Я натянуто усмехаюсь.

– Люблю, когда мой кофе состоит в основном из кофеина и преддиабета, – кажется, мой голос звучит спокойно, а внутри ощущения совсем другие.

– Ну вот, пожалуйста. – Он отпивает глоток и указывает на братьев. – Ты не собираешься прекратить драку своих бойфрендов?

Я принимаюсь за кофе, чтобы хоть чем-то себя занять, но не в состоянии его проглотить.

Такер наконец отпускает брата, и я протягиваю ему кофе.

– Спасибо, – он откидывает волосы с лица.

Истон прищуривается, глядя на нас, и тут на кухню заходит Сэндри, улыбаясь младшему сыну.

– О, отлично! Ты дома.

– Ты знала, что он приедет домой раньше? – спрашивает Диксон.

– Ага. – Она выливает остатки кофе себе в кружку. Я отправила ему сообщение, что к нам едет Эллис.

– И я. – Такер прижимает руку к с сердцу, – я ведь тоже здесь.

Сэндри закатывает глаза.

– Вряд ли кто-то сомневался, что ты доберешься до самолета.

– Как спалось? – спрашивает меня Диксон.

Я сосредоточенно разглядываю кофе в чашке.

– Хорошо.

– Та кровать очень удобная, – говорит Сэндри, – я на ней несколько раз спала, когда Бен слишком громко храпел.

– Откуда Эллис знать, она ведь ночевала в комнате Истона, – сообщает Такер и намеренно громко отхлебывает из чашки. Мне жаль, что взглядом нельзя убить, иначе он был бы уже мертв.

Сэндри на мгновение застывает.

– А где спал Истон?

Вот бы прямо сейчас разверзлась земля – и я бы упала к ее центру.

– Я спал на диване, – отвечает он.

У меня горит лицо от мысли, что Истон вернулся домой и увидел меня спящей в его кровати. Остатки моей гордости просто уничтожены. Он знает, как я слаба. Он знает, как глупо…

– Эл, ты оккупировала его кровать, – говорит Такер.

– Нет. – Мой голос и вправду звучит так высоко?

Истон фыркает, а Диксон переводит взгляд с одного брата на другого.

Я отпиваю глоток кофе. Он очень маленький, но хоть как-то меня занимает.

– О, отлично, все уже встали. – На кухню заходит Бен в костюме и с идеально уложенными волосами. Он целует Сэндри, поднимает пустой кофейник и сердито оглядывает нас, словно мы его предали.

– Вы выпили весь кофе?

Диксон пожимает плечами:

– Он же не может заново наполниться, как по волшебству.

Бен тяжело вздыхает и поворачивается ко мне. Я протягиваю ему свою чашку.

– Можешь взять мою, – предлагаю я. Это скорее просто жест.

– Ты всегда была моим любимым ребенком, – он морщится, глядя на молочный цвет у меня в чашке, – но ты пьешь чудовищный кофе.

Я улыбаюсь, и он улыбается в ответ. Это нормальные вещи, обычные.

– Во сколько ты вернешься домой? – спрашивает Сэндри, водя пальцем вверх-вниз по кружке – нервная привычка.

– Как обычно. – Он видит в глазах Сэндри беспокойство и отвечает на него, прежде чем она успевает спросить сама. – У тебя полный дом помощников. Некоторые из них даже компетентны. Эллис, ты поможешь Сэндри составить список?

Нет.

– Конечно.

Лицо Сэндри светлеет, и на меня накатывает чувство вины за то, что меня это так ужасает.

– Но сначала я хотела прогуляться.

– Конечно, да. Хорошо, – она произносит это слишком торопливо. Они выдают ее тревогу: вдруг я откажусь от своего предложения. А я не открываю рта, чтобы она почувствовала себя лучше.

– Я в душ, – говорю я и ставлю кружку в раковину.

– Ты не собираешься допивать? – спрашивает Бен. – Я работаю с утра до ночи, чтобы обеспечить кофе свою неблагодарную семью. Ты могла бы хотя бы его допить.

Я улыбаюсь. Со мной впервые кто-то заговорил так, будто между нами не пролегает каньон.

Такер смеется.

– Папа говорит прямо как Уилл.

Я целую секунду не могу вспомнить, кто такой Уилл. Моя жизнь в Сан-Диего кажется такой далекой от этой кухни. От этого абсурдного комментария у меня на лице появляется улыбка. У Бена нет ничего общего с Уиллом. Я поднимаю свою чашку и выпиваю кофе до последний капли, а потом возвращаю в раковину и поднимаю руки.

– Теперь нормально? – спрашиваю я.

Он ерошит мне волосы.

– Ага.

Я выхожу, не глядя на Истона, хотя чувствую на себе его взгляд. В ванной я дольше, чем следовало бы, смотрю на свое отражение, выискивая трещины и разрывы в облицовке. Мои глаза печальны – и меня это нервирует.

В душе я пытаюсь смыть эмоции с лица и тела. Вода настолько горячая, что у меня краснеет кожа.

Я выключаю душ и слышу голоса за дверью.

– …кем бы он ни был, – слышу я обрывок слов Истона.

– Переступи через себя и просто спроси, если хочешь что-то узнать, – отвечает Такер.

– А потом смотреть, как вы с Эллис пересмеиваетесь?

Я размышляю о том, не лучше ли мне остаться в ванной и прятаться тут, пока они не уйдут, но они слышали, что я выключила воду. Одеваюсь и открываю дверь. Такер и Истон стоят напротив друга друга. Они похожи на оленей, готовых вот-вот сцепиться рогами. Истон хмурится, а Такер…

Он мне подмигивает.

– Привет, красотка. Присоединишься к нам?

Мне понятно, что делает Такер. Он не хочет вести этот разговор с Истоном в одиночку. По правде говоря, он не заслуживает участи оказаться между нами. Я бросаю на Такера умоляющий взгляд: «Пожалуйста, не заставляй меня это делать».

От моих не высказанных вслух слов лицо Такера смягчается.

– Да ладно тебе, Эл.

– Вы, ребят, теперь всегда будете себя так