Безнравственный - Джессика Марседо

— Ты привёл сюда мою девушку, чтобы попытаться убедить меня поступить так, как ты хочешь?

— Я не твоя девушка! — Закричала я слишком быстро, только запоздало осознав, насколько всё может ухудшиться.

— Девушка?

Настала очередь Максимуса выглядеть смущённым.

Я пыталась подобрать правильные слова, но у меня ничего не получалось, и когда Леон потянул меня за руку, чтобы увести от Максимуса, я заплакала, как ребёнок.

— Что бы ни сказал тебе мой отец, тебе лучше забыть об этом. Он меня только бесит.

— Аглая?

Максимус шокировано смотрел на меня.

— Я... Я...

— Давай уйдём отсюда.

Леон потянул меня назад, но отец остановил его.

— Отпусти её!

— Не вмешивайся, старик!

— Аглая?

Максимус снова посмотрел на меня, и я заплакала ещё сильнее.

— Я не знала... клянусь, я не знала...

— Мой сын?..

Казалось, кусочки сложились у него в голове, и это, казалось, ещё более ужасным. Это печальное совпадение разрывало мою грудь. Возраст Максимуса казался лёгким препятствием, которое можно было игнорировать, пока я не узнала, что уже была связана с его сыном.

Я почувствовала одышку, и моё беспокойство усилилось, как будто моя грудь вот-вот взорвётся.

— Мне нужно выбраться отсюда!

Я выбежала из комнаты, оставив двух других позади, и направилась к выходу из дома.

Используя Акрополь как компас, я направилась к месту назначения.

Глава 33

МАКСИМУС

— Ты видел, что ты с ней сделал?

Леон сердито толкнул меня в грудь, из-за чего я отшатнулся.

— Почему бы тебе не перестать вмешиваться в мою жизнь?

— Она уже сказала, что не хочет больше иметь с тобой ничего общего.

— Это только вопрос времени, когда я заставлю её передумать, мне просто нужно преподать урок тому придурку, с которым она встречается. Как только я поймаю этого парня, я уничтожу его, и Аглая вернётся ко мне.

— Это я... — выпалил я эти слова, как будто они были большой бомбой, но они так застряли у меня в горле, что я ничего не мог с собой поделать.

— Что? — Леон нахмурился, совершенно сбитый с толку.

— Она приехала сюда со мной. Она была со мной, она даже не знала, что ты здесь, так как ты проводишь больше времени вне дома.

— Зачем ей быть с тобой?

Столкнувшись с его вопросом, я промолчал, а Леон начал размышлять.

— А... нет... нет...нет…

Он покачал головой, сбитый с толку.

— Я даже не знал, что ты её знаешь.

— Чёртов педофил! — Он яростно взревел, и его обвинение добило меня.

— Она совершеннолетняя...

— Она моего возраста! Моего блядь возраста! Это так отвратительно. Она могла бы быть твоей дочерью.

— Но это не так.

— Блядь, блядь, блядь!

Он помассировал свои виски.

— Это абсурд!

— Будь более зрелым, Леон.

— Ты притворяешься вершителем правосудия, а сам извращенец.

— Я имею право иметь отношения с кем хочу.

— Это не так!

Он ударил ногой по столу в гостиной, разрушив несколько стеклянных украшений и пустил трещину по светлому дерево.

— Это отвратительно! Не забывай о своём возрасте.

— Леон...

— Меня от тебя тошнит.

Он плюнул на пол передо мной.

— Прекрати...

— Ты вызываешь у меня отвращение. Мне интересно, что ты сказал, чтобы она вошла в твою жизнь. Это были деньги, не так ли? Ты дал ей деньги, много денег. Это единственный способ заставить эту шлюху согласиться трахнуть такого старика...

Я не мог контролировать себя и ударил его кулаком.

— Заткнись на хуй! Уважай её!

— Она шлюха! Шлюха, которая согласилась лечь в постель со стариком.

Всё, что я мог сделать, это повернуться, сесть в машину и уехать из дома, иначе я бы убил своего собственного сына. Я думал, что видел в жизни всё и был готов ко всем ситуациям, но такое никогда не приходило мне в голову. Все это время я встречался и влюбился в женщину, которая была с моим сыном. Бывший парень, который приставал к ней, против которого я попросил её подать судебный запрет — мой сын.

Моя голова просто взорвалась, и я никогда в жизни не чувствовал себя так плохо. Я чувствовал, что должен позвонить ей, но в то же время не знал, что сказать. Возраст Аглаи никогда не был для меня неожиданностью, мы никогда не лгали друг другу по поводу этой детали, и это нас не беспокоило, но её связь с Леоном делала вещи ещё более странными и неудобными. Я должен был с самого начала признать, что она не та женщина, которая мне нужна.

Слишком молодая...

Слишком красива...

Я был вдовцом почти с полувековым стажем, который хотел жить и познавать удовольствие, как мальчик. Я должен был подозревать, что в какой-то момент ситуация выйдет из-под контроля, и у меня возникнут проблемы.

Я считал себя умным человеком, но никогда не чувствовал себя таким глупым.

— Блядь! — Реву я, как дикий раненый зверь, ударяя кулаком по рулю.

Глава 34

АГЛАЯ

Я добралась до Акрополя, задыхаясь, рыдая и плача. Я не могла остановиться, столкнувшись с худшей ситуацией в моей жизни. Как я могла себе это представить? Леон и Максимус были такими разными людьми.

— Аглая?

Я была удивлена, когда мой босс остановился передо мной.

— С тобой всё в порядке?

Я кивнула, потирая глаза тыльной стороной руки, чтобы слёзы не текли.

— Ты, кажется, не...

Он сужает глаза, внимательно изучая меня.

— Я в порядке, — пообещала я, рыдая.

— Что-то случилось дома? С твоей мамой?

— Нет. Не волнуйся, я буду сопровождать группу.

— Ты не пойдёшь! — Сказал он настойчиво. В таком состоянии они услышат только рыдания и хрипы. Итан свободен, он поедет с твоей группой.

— Но... Но...

— Когда ты успокоишься, ты сможете отправиться со следующей группой, которая появится.

— Спасибо...

Он провёл меня в кабинку, где работало агентство, и усадил на стул, протянув мне стакан воды.

— Спасибо за понимание.

— Не за что. А теперь расскажи мне, что происходит. Ты никогда не появлялась здесь в таком состоянии.

Я сглотнула, хотя это звучало ужасно, я чувствовала, что мне нужно выговориться, и мой начальник на данный момент был самым близким человеком.

— Я узнала, что мужчина, с которым я встречаюсь, — отец моего бывшего.

— Что? — Крикнул он. Это шутка?

— Нет...

— Сколько лет этому человеку, Аглая?

— Сорок семь.

— Это абсурд!

Я вздрогнула, сжимая одноразовый стаканчик до такой степени, что чуть не раздавила его. Мне следовало бы заткнуться, но было уже слишком поздно.

— Этот человек слишком стар для тебя.

— Разве не я должна это определять? — Я