Безнравственный - Джессика Марседо

Мой босс не смог ответить, он лишь развёл руками, и я разревелась ещё больше.

Сейчас я должна была контролировать своё отчаяние, но это было очень трудно.

Глава 35

МАКСИМУС

— Господин судья, с вами всё в порядке? — Спросила меня моя секретарша, но я даже не обратил на неё внимания.

Я только кивнул в ответ. Мне казалось, что мои виски вот-вот взорвутся. Я был глубоко расстроен. Ругательства моего сына звучали как удары барабана. Я чувствовал вину, которая давила на меня, как тяжесть самого мира.

— Вы хотите, чтобы я что-то сделала?

— Помоги мне исчезнуть.

— Но... что?

Мой ответ поставил её в тупик.

— Просто принеси мне кофе.

— Хорошо...

Она поняла, что лучше не настаивать. Как только она вышла из моего кабинета, я наклонился вперёд и прислонился лбом к столешнице. Но это ни к чему не привело, наоборот, я только почувствовал ещё больший вес на своих плечах.

Что я сделал? Что я сделал?

Я отказался от своих предрассудков и социальных условностей, чтобы начать роман с Аглаей, как будто не было никаких последствий. В то время я действительно не думал, что они будут. Мы были в пузыре, в котором существовали только мы двое, и ничто другое не имело значения. Единственная проблема заключалась в том, что я забыл, что через некоторое время все пузыри лопаются.

Я зарычал, ударив кулаком по столу. Я не знал, сколько времени я так просидел, прежде чем София вернулась в комнату.

— Ваш кофе, ваша честь.

— Спасибо.

Я протянул руку, чтобы взять его.

— У вас назначена аудиенция...

— Я знаю.

Я даже не дал ей закончить фразу.

— Я вам нужна для чего-то другого?

— Нет.

Я делаю глоток кофе.

— Я собираюсь взять себя в руки и надеть мантию.

— Хорошо.

Мой мир рухнул, когда умерла Елена, и я не думал, что что-то снова оставит меня таким опустошённым.

Я был неправ.

Глава 36

АГЛАЯ

Я дала себе обещание не поддаваться панике. То, что произошло, нельзя было просто забыть. Связь с Леоном была ошибкой, но Максимус был всем, чего я желала. Люди могли говорить, что он слишком стар для меня, но я никогда не испытывала такого сильного чувства к кому-либо. Когда мы были вместе, это было волшебно, незабываемо и очень ярко.

Я не хотела, чтобы это закончилось, но это закончилось...

Дни тянулись один за другим, а я всё ждала. Ждала звонка, сообщения, хоть какого-то знака, что он думает обо мне. Но ничего не случалось. Я тешила себя мечтами: вот он возвращается с букетом белых роз, моих любимых, падает на колени и просит прощения. Я могла бы вспылить, но всё равно бросилась бы в его объятья, целовала бы, как будто остальное не важно.

Но время шло, и мечты тускнели. Я проверяла почту, но надежда пряталась в пустоте слов. Через две недели тишины я не выдержала и написала ему сообщение:

Аглая: Ты просто взял и исчез, как будто тебя и не было.

Максимус: Аглая...

Аглая: Я скучаю по тебе.

Максимус: Мы больше не можем...

Аглая: Мы никогда не лгали о своём возрасте, и нас это устраивало.

Максимус: Ситуация осложнилась.

Аглая: до того, как я встретила тебя, я уже сказала Леону, что всё кончено.

Максимус: тем не менее, он мой сын.

Аглая: это не имеет большого значения! Я люблю тебя.

Максимус: ты ошибаешься, мы просто были захвачены моментом.

Аглая: Я очень хорошо понимаю свои чувства.

Максимус: Ты молода, красива, и у тебя вся жизнь впереди.

Аглая: Ты не можешь просто так расстаться со мной.

Максимус: я никогда не говорил, что мы встречаемся.

Аглая: но у нас было кое-что, что действительно нравилось нам обоим.

Максимус: даже у хороших вещей есть срок годности. Хорошо, что мы поняли, что это была ошибка, прежде чем она зашла слишком далеко.

Аглая: в этом нет ничего плохого.

Максимус: Ты знаешь, что это неправда.

Аглая: у тебя нет ко мне чувств?

Максимус: Я просто развлекался.

Аглая: Придурок!

Максимус: Прошу прощения.

Слёзы намочили экран моего мобильного телефона, и я больше не могла этого выносить. Я перевернула его на матрас и предалась отчаянному плачу.

— Это несправедливо! — Воскликнула я, уткнувшись лицом в подушку.

Я была расстроена, разочарована и эмоционально уничтожена.

Максимус развлекался, а я чувствовала себя так, как будто меня пнули в живот.

Глава 37

МАКСИМУС

— Это все твоя вина!

Леон бросил в мою сторону что-то, что я не смог определить, и я увернулся от этого как раз перед тем, как оно ударилось о стену комнаты.

Мой сын пыхтел от злости, что мне не помогало.

— О чем ты, чёрт возьми, говоришь?

— Ты забрался ей в голову!

— Не говори глупостей.

— Это твоя вина, что Аглая отвернулась от меня.

— Ты сделал это без моего участия.

— Как ты можешь быть таким отвратительным?

Он двинулся ко мне, толкая меня в плечи, и я схватил его за запястья, прежде чем он попытался ударить меня, и ситуация стала ещё хуже.

— Украсть девушку собственного сына. Пиздец!

— Я не знал!

— Я сомневаюсь в этом!

— Клянусь.

— Всё равно это отвратительно!

Он изо всех сил пытался заставить меня отпустить его.

— Ей двадцать лет. Двадцать лет!

— Она достаточно взрослая, чтобы делать свой собственный выбор.

— Ты вызываешь у меня отвращение!

— Перестань кричать на меня, малыш! — Я тоже повысил тон, потому что ситуация полностью вышла из-под контроля.

— Я уверен, что тебе пришла в голову идея о запретительном ордере. Теперь я не могу даже приблизиться к ней, не будучи остановленным.

— Ты спровоцировал её.

— Недостаточно было того, что ты отнял у меня мою мать. Теперь ты сделал то же самое с Аглаей.

— Я не отнимал у тебя Елену.

— Убийца...

Обвинения Леона становились всё более и более серьёзными и глубоко меня угнетали. Это была не моя вина, но было невозможно не чувствовать себя плохо из-за слов моего собственного сына.

Я был за рулём, но не смог предотвратить столкновение с нашей машиной встречного движения. Водитель, семидесятилетний мужчина, перенёс сердечный приступ во время вождения, потерял управление и врезался в нас на полном ходу. Я попытался сделать пробел, вывести машину на полосу аварийной остановки, но нас всё равно сильно ударили, особенно со стороны пассажира, где находилась Елена. Я отделался несколькими ушибами, но моя жена умерла