Тени прошлого - Виктория Хорошилова

У парней запиликали телефоны.

— Мне пора бежать, — вздохнул Алекс.

— Нам тоже пора ехать.

Проводила их до дверей, и на прощание меня быстро поцеловали. Мама помогла закинуть вещи в стирку и похвалила ребят за качественные обновки. Обувь мы с парнями успели убрать в шкаф при входе — там было много свободного места. Перестирала бельё и поехала на обед. Мама напомнила про фотографию для тренера.

«Наконец-то нормальная еда», — прислал он сообщение.

После обеда занялась рисунками и вернулась к бухгалтерии. Работы там было немного, и пока решила её оставить. Вечером поехала с братом погулять в парк недалеко от дома. В нём тоже были столы для игры в шахматы, но вот сидений не было. Старшие отцы их убрали, а новые только собирались на этой неделе поставить. Они также планировали обновить в этом парке несколько лавочек, которые нуждались в ремонте.

Я немного порисовала в парке, пока было светло. А как начало смеркаться, брат пошел за мороженым к ларьку. Увидела, как вдали кто-то бежит, точнее, даже убегает от погони. Заехала за стол так, чтобы не быть на пути у бегущих. Под колесо попался камень, и я подняла его. Мужчина, который немного оторвался от преследователей, заметил меня и побежал в мою сторону. Камень, который я держала в руках, полетел в него.

— Мариш, мороженое лови! — сказал брат и швырнул мне два рожка.

Я поймала их новой курткой. А брат несколькими ударами остановил беглеца и привязал его своим шарфом к лавке. Так что беглец даже лишний раз вдохнуть не мог. После этого он подошел ко мне, забрал мороженое и заметил следы на новой куртке.

— Упс, я в химчистку отнесу утром. Будет как новая.

— Она была новая, — вздохнула я и попробовала мороженое: в одном была ваниль, в другом — шоколад.

Брат забрал шоколадное и быстро его съел. Следом я отдала ему и своё. Братишка, доев, достал из моего рюкзака влажные салфетки, и мы попытались оттереть мороженое с новой куртки. В этот момент рядом оказался Алекс и пятеро его коллег. Среди них узнала менталиста.

— Кто его так связал? — спросил менталист.

— Я, — отозвался брат, — он сестренку хотел обидеть.

— Что это? — спросил Алекс, показывая на пятно.

— Это было мороженое, которым Антошка в меня кинул.

— Ну не на землю же его было бросать, — проворчал брат. — А куртку отдам в химчистку утром.

Пока бандита отвязывали, брату позвонил отец.

— Мы в парке, да, у пруда.

Через пять минут к нам пришли отцы и ещё два брата. Притом братья принесли доски для лавок и инструменты. Сначала занялись соседней поломанной лавкой, а когда бандита забрали, то и той, на которой он был привязан, заменив поломанные доски. Старший отец посмотрел, что я удобно устроилась за столом, и только улыбнулся.

— Сиденья можно поставить по оси с лавками, — сказал он мне, — будешь тогда сюда приезжать?

— Я всё же надеюсь уже в скором времени ходить.

— Пап, качели завтра?

— Утром. Под них ещё нужно вырезать сидушки. Пошли ужинать, а то мать ждёт.

Лавки мои родные починили минут за пять обе. Пока лавки чинили, с нами остался Алекс и менталист. Притом они как-то странно смотрели друг на друга, словно мысленно общались.

— Идёте? — спросил у них старший отец и покатил мою коляску в сторону дома. — Жена словно знала, что будут гости.

Меня закатили в мою комнату и помогли встать на ноги. Антошка сразу забрал куртку и отнёс в машину, чтобы утром отвезти в химчистку. Отцы забрали мою коляску, чтобы помыть колёса, а мне помогли разуться и дойти до кровати. Когда в комнате меня оставили одну, я быстро переоделась в одежду полегче. Алекс зашёл с Антоном и помогли мне дойти до гостиной. Одна нога подламывалась сильнее, и я заваливалась на брата. Алекс осторожно поменялся с ним местами и чуть сильнее меня поддерживал с этой стороны. На стул я села с облегчением.

За ужином беседа шла о работе отцов. Алекса удивило, что мои родные делают ремонт в парке.

— Нам несложно, тем более на работе остаются части древесины. И при умении из неё можно сделать что-то красивое.

Я заметила, как мама мельком изучала запястья менталиста, который представился Глебом. Руки у мужчины были чисты, но мама смотрела на них как-то странно. Менталист старался не смотреть на неё, кажется, он смущался. После ухода гостей я попросила Аню зайти ко мне. Но с ней зашли ещё и братья.

— Что ты хотела, сестрёнка? Если что, бельишко парни тебе красивое купили, — сказал Антон.

— Вы можете нас одних оставить?! — спросила, краснея.

— Ой, а чего мы не знаем? Мы же Анечке покупаем всё, что нужно, может, мы больше знаем!

— Не обращай внимания, — махнула рукой Аня. — Их не выгнать. Что ты хотела спросить?

— Про депиляцию волос.

— Оу, — она посмотрела на моих братьев и сказала: — У нас, кстати, тот крем закончился, нужно заказать. Понимаешь ли, Мариша, они тоже тем кремом пользуются в некоторых местах.

Старший брат показал на подмышки.

— И не только там, — хохотнул средний из братьев. — Очень удобно. Десять минут гуляешь с ним по ванной, а потом пару месяцев ничего не растёт.

— Ане нравится, чтобы некоторые части тела были гладкие, — подмигнул старший брат.

— Привыкай, — улыбнулась Аня. — Мужчины будут в курсе всех подробностей, всего, что касается тебя.

Они при мне заказали крем для депиляции и крем после неё. Пришло сообщение, что доставка будет утром.

— Мы слышали, у тебя утром будет массаж дома и тренировка, — сказал Даня, средний из братьев. — Как ты себя чувствуешь?

— Мышцы болят, крепатура. Но главное, что спина уже не болит, и я могу жить без таблеток. А то врач думал, что я их горстями ем, а провизор меня дурил и продавал в два раза дороже, оставляя себе половину лекарств.

— Почему ты не сказала?

— Врач, когда узнал, сказал, что разберётся с ним. Это было до операции, и я сразу забыла об этом инциденте.

Утром я с трудом разлепила глаза. Сама ходить пока не рисковала — ноги дрожали даже когда пересаживалась в кресло и обратно. Успела умыться, переодеться для тренировки и даже выпить кофе. Тренер позвонил на телефон, чтобы не стучать в дверь.

— Я под дверью.

Подъехала, проверила через небольшое окно и открыла ему.

— Кофе? — спросила я Троя.

— Потом. Как дела?

— Мышцы болят. А так с братьями и