Не любовь - Оксана Хващевская

Снова вздохнув, Мира отогнала мысли о грустном и потянулась за колбасой.

— Давай я порежу?

— Давай!

— А чем у тебя так вкусно пахнет?

— Курица с картошкой запекается в духовке.

— Вы шикуете! Вчера шашлыки, сегодня курица!

Парень засмеялся.

— Хочешь, сделаю тебе чай?

— Хочу! Ой! — воскликнула вдруг Мира, выронив из рук нож и зажав рукой палец.

— Что случилось? — тут же подскочил к ней Поляков.

— Палец порезала, — морщась от боли, прошептала девушка.

— Иди сюда, — он приобнял ее за плечи и подвел к сливному тазику. Зачерпнув кружкой воды, осторожно взял ее руку в свою и, опустив над тазиком, стал поливать холодной водой, обмывая кровь, капающую из раны. — Подожди, — отошел и через мгновение вернулся, держа в руках бутылочку с йодом и бинт.

— Ой, йода не надо! — запаниковала Мирослава.

— Тихо-тихо! Больно не будет, обещаю! — он брызнул на ранку йод и тут же, прежде чем Мира успела вскрикнуть, подул на нее.

Слезы, навернувшиеся было на глаза девушки, высохли, а Леша уже туго бинтовал ее палец.

— Спасибо! — слабо улыбнулась она, когда, тщательно завязав бинт, он выпустил ее руку из своей.

— Пожалуйста! — улыбнулся в ответ Поляков.

И в его голубых глазах, и в его улыбке было столько ласки, доброты и участия, что Мира не могла этого не заметить. С ним было легко. С ним она не чувствовала давления, давления более сильной личности… Именно этим, только сейчас Мира это поняла, он существенно отличался от Степика и Гарика.

Леша сделал ей чаю и не разрешил больше заниматься нарезкой. Они перебрасывались незначительными фразами, а за окном угасал закат. Зажглась первая звезда, мороз крепчал, заставляя потрескивать стрехи, а Рудинский с Юрьевым все не возвращались.

Когда Леша вытащил из духовки готовую курицу с картошкой, Мира предложила запечь яблоки. Она сказала: раз придут девчонки, запеченные с медом и корицей яблоки могут стать великолепным десертом. Леша живо вымыл яблоки и поставил их в духовку.

Когда в дом вошел Гарик, картина, увиденная им, заставила его нахмуриться.

Леша и Мира плечом к плечу сидели у духовки и увлеченно поливали яблоки медом, посыпая сверху корицей. Изумительный аромат распространялся по комнате, а сами ребята так увлеклись процессом, что не услышали, как хлопнула входная дверь.

— И что это вы здесь делаете? — шмыгнув носом, спросил Гарик.

Мира и Леша обернулись.

— Яблоки запекаем, — хором ответили они.

— Понятно. Я-то думаю, чем так вкусно пахнет!

Леша легко поднялся и отошел от газовой плиты и от Миры. Видно, в интонации Гарика он уловил ревнивые нотки.

— А где Степик? — спросила Мира как ни в чем не бывало.

— Идет, отстал немного. Наташка Степика в сугроб повалила, а сама сверху. Сейчас наш друг пытается выбраться.

Девушка засмеялась.

— Надеюсь, она ничего ему не отдавила! — сказала она.

— Надеюсь! А впрочем, вот и они! — произнес Гарик, оборачиваясь к входной двери.

Во дворе послышались смех и крики, и через минуту шумная толпа молодежи ввалилась в дом.

По их раскрасневшимся веселым лицам стало ясно, что розетку у Наташкиной бабки починили весьма продуктивно и там же на месте это дело обмыли.

— Лешка, привет! Ох, как пахнет! Ребят, ну давайте уже раздеваться и накрывать стол, что ли? — закричала Наташка, появившись в кухне. Раскрасневшееся круглое лицо, блестящие глаза, широкая улыбка, массивная фигура и меховая шапка делали ее похожей на героиню какой-то полузабытой старой сказки.

Завидев Миру, Наташка помахала ей обеими руками в знак приветствия. Мира улыбнулась и ответила тем же.

— Хочешь, помогу тебе накрыть на стол? — обернулась Мирослава к Леше. — Мне кажется, эта компашка уже несколько неадекватна, вряд ли от нее будет какой-то толк.

— Мне тоже так кажется, — улыбнулся Леша. — Гарик, ты чего стоишь? Давай раздевайся и носи посуду. Будем стол накрывать! — сказал ему Поляков и, приблизившись, шутливо ткнул локтем в бок.

Гарик так же шутливо согнулся, будто получил сильный удар, и попробовал ответить Леше тем же, но тот быстро увернулся и засмеялся.

Мира засмеялась тоже и тряхнула головой. Ребята вели себя как дети.