Мэгги по книжке - Кейси Майклз

В номере Мэгги была просторная гостиная, где стояли два огромных белых дивана, а между ними — большой кофейный столик неправильной формы, но при этом оставалось достаточно места. И сейчас Мэгги вышагивала по комнате. Практически металась.

— За ней следят. Кто-то хочет, чтобы она сошла с ума, сломалась или просто уехала из города. Это очевидно, — Мэгги повторяла это не в первый раз с того момента, как они все вместе вернулись в номер. — Кому-то она очень не нравится.

— Кому-то, кроме тебя, дорогая? — спросил Сен-Жюст. Он старался не язвить, честно старался, но Мэгги начинала действовать ему на нервы. А виконт и без того пребывал в расстроенных чувствах из-за одной нахальной дамы — та не просто обняла его и поцеловала, а облапила и обслюнявила.

— Алекс, мне кажется, она права, — произнесла Вирджиния, которая прилегла на диван. Она достала из портфеля вязальный крючок, пряжу и теперь творила нечто под названием «бабушкины квадратики», которые, по ее словам, соединятся и станут одеялом. Квадраты были исключительно белые и голубые, ибо, как поведала Вирджиния, доктор обещал, что на этот раз родится мальчик, и муж потребовал, чтобы в детских вещах не было ничего розового.

Стерлинг сидел напротив и беспокойно поглядывал на нее, словно боялся, что она родит в любой момент, а ему хотелось бы избежать этого зрелища. Бедняга. Разъяснения Вирджинии по поводу какого-то «ультразвука» и особенно того, что доктор назвал «стебельком», привели его в полное недоумение, и ему оставалось только таращить глаза.

— Я уверена, что права, Вирджиния, — продолжала Мэгги. — Сначала ковбой, теперь мыши. Я хотела пригласить Веру к нам, но эта Банни Уилкинсон набросилась на нее и уволокла в свой номер.

— Который находится на другом этаже, — напомнил Сен-Жюст, выразительно посмотрев на двойные двери номера, под которые Мэгги затолкала плотно скрученные большие махровые полотенца. — Как ты думаешь, мыши умеют пользоваться лифтом?

— Конечно, умеют, — пробурчала Мэгги от рояля, перед которым она наконец-то (к счастью!) села. — Это как в цирке. Самая большая становится на пол, поднимает лапки, другая вспрыгивает ей на плечи. И так далее, пока верхняя мышь не дотянется до кнопки. Верхняя — дамочка в розовой балетной пачке и с бантиком на голове. Они будут приезжать по ночам всю неделю в пятом лифте на девятый и одиннадцатый этаж. Ну, теперь доволен?

— Прежде всего, я несказанно счастлив, что ты присела, — Сен-Жюст сжал зубами незажженную сигару. — Я просто хотел отвлечь тебя легкой беседой, дорогая. Ты же ринулась в бой и перешла все границы приличного.

Мари-Луиза, которая сидела на полу, скрестив ноги, хихикнула. Она сменила платье на короткие шорты, топ и, сверкая голым животом, совершала налет на мини-бар. Она уже проглотила «Сникерс», «Кит-Кат», два «Спрайта» и подбиралась к чему-то под названием «Макадамские орехи», на что Мэгги произнесла обвинительную речь на тему «Знаешь, сколько это стоит?»

— Давай вернемся к теме, — попросила Мэгги, одним пальцем подбирая на рояле «Собачий вальс». Сен-Жюст подошел и закрыл крышку, едва не прищемив ей пальцы. — Осторожно! Мог бы просто сказать, что не хочешь, чтобы я играла. Я даже покурить не могу, пока тут Вирджиния. Мне нужно чем-то себя занять.

— Я чувствую, как публика погружается в размышления.

— Иди ты к черту, Алекс, — Мэгги встала. — Я сейчас вернусь. Не могу думать, пока не выкурю сигарету.

Сен-Жюст смотрел, как она взяла сумочку, протопала на балкон и закрыла за собой дверь. Достала сигареты и зажигалку и через секунду уже запрокинула голову и в экстазе прикрыла глаза, выпуская тонкую струйку дыма. Расслабила плечи, улыбнулась и затянулась снова. Он готов был держать пари, что в ее мозгу уже забурлили мысли насчет ковбоя, мышей и, возможно, следующей книги о Сен-Жюсте.

Байрон и Шелли, например, курили опиум. Многие выпивали, не зная меры. Мэгги же призывала никотиновых богов, чтобы пробудить воображение, оживить музу. К тому же она просто любила курить. Сен-Жюсту пока не удалось понять, каким образом доктор Боб надеется избавить Мэгги от этой дурной привычки, которая давала ей эмоциональную поддержку и одновременно доставляла удовольствие. Тем не менее он знал, что должен помочь ей расстаться с месье Никотином, но не представлял, как это сделать. Разве что запереть ее в темной комнате с обитыми войлоком стенами как минимум на месяц.

Мэгги перегнулась через перила, отставив назад левую ногу, потом затушила окурок и вернулась в гостиную.

— Там стоят три белых грузовика с большими пластиковыми мешками в кузове. Интересно, нас переселят с этого этажа, пока будут избавляться от мышей?

— Избавляться? — Стерлинг встрепенулся. — Ты хочешь сказать, что их убьют? Разве их не поймают, чтобы отвезти в какое-нибудь хорошее… приятное… в общем, куда-нибудь. Скажем, на ферму?

Мэгги и Сен-Жюст обменялись понимающими взглядами.

— Конечно, Стерлинг, — быстро нашлась Мэгги. — Они расставят везде маленькие клетки с сыром, поймают мышей и увезут за город, — она снова посмотрела на Сен-Жюста. — На мышиную ферму.

— Это хорошо, — с облегчением сказал Стерлинг. — А то я подумал… Мне совсем не хочется участвовать в убийстве.

Мэгги и Сен-Жюст опять переглянулись. Иногда, подумал виконт, смотреть на нее — все равно что в зеркало. В такие минуты он впадал в задумчивость.

Но, несмотря на это, Сен-Жюст заговорил первым:

— Стерлинг, а каким образом ты можешь участвовать в убийстве? Ты ничего не хочешь нам объяснить?

Стерлинг потупился, затем взглянул на Вирджинию, вероятно, в надежде, что хотя бы эта женщина, готовая вот-вот подарить миру новую жизнь, поймет его чувства к маленьким беззащитным созданиям.

— Я… Я недавно заходил в свою спальню, чтобы… не важно зачем, — он вздохнул. — И увидел его.

— Кого — его? — Мэгги оглядела пол и быстро села на диван с Вирджинией, поджав ноги.

— Я еще не дал ему имя, — Стерлинг сунул руку в карман жилета и достал крошечного белого мышонка с черными глазками-бусинами и подрагивающим розовым носом. — Он таскал сыр и фрукты с тарелки, которую прислала нам Верни, — он поднес мышонка к лицу. — Ты ведь любишь виноград, правда? Я назову тебя Генри.

Сен-Жюст видел, что Вирджиния улыбнулась Стерлингу, а возможно, и Генри. Мэгги молча смотрела на мышь. Мари-Луиза сходила в спальню Стерлинга и Сен-Жюста, принесла три светло-зеленые виноградины и протянула их Генри.

— Так, — Мэгги спустила ноги с дивана и встала. — Мы переезжаем. Алекс, позвони администратору и потребуй другой номер. Можешь ругаться, возмущаться, но главное — поскорее. Я пошла собирать вещи.