Мэгги по книжке - Кейси Майклз

— Жалкое? Почему?

— Не знаю, — Вирджиния потерла поясницу. — Какой сегодня длинный день. Да, насчет жалкого зрелища. Банни и Марта из нашего филиала ГиТЛЭРа, в Колорадо, так что я знаю, о чем говорю. Банни — председатель конференции, Марта — ее ассистент. Банни — председатель филиала, Марта — ее заместитель. Банни все эти годы возглавляет конкурс «Гарриет», и Марта всегда при ней. Два года назад Банни организовала рекламный сбор автографов, но именно Марта была… В общем, можно продолжать до бесконечности, но это скучно, а мне опять нужно в туалет. Скажу только, что серая мышка Марта делает всю работу, пока Ее Величество Банни собирает награды, аплодисменты и так далее. Вот это и есть жалкое зрелище. Понимаете? Грустно все это.

— А мне какое до этого дело? — поморщилась Берни. — Сегодня Венера наступила мне на хвост, и я цапнула ее не на шутку, неважно, бестселлеры у нее там или нет.

— А ее последняя книга уже попала в список? — поинтересовалась Мэгги, сгребая в охапку нижнее белье из ближайшего чемодана и запихивая в шкаф.

— Я только что об этом узнала. Заняла третье место. В мягкой обложке. Венера никогда не издавалась в мягкой обложке, так что это хороший результат. Но я ей не сказала.

Мэгги кинула белье в ящик и обернулась.

— Ты не рассказала ей?

— Нет. Она пыталась изобразить из себя крутую, напустила на меня эту сучку Банни с ее дерьмовой рукописью.

— И она до сих пор жива? — ухмыльнулась Мэгги. — Бог мой, мы дружим столько лет, и я бы никогда не стала так тебя использовать.

— Слушай, Мэгги, — встряла Вирджиния, поднимая руку. — Если ты когда-нибудь все же рискнешь, не забудь про меня.

— Это кто такая? — спросила Берни, указывая большим пальцем на Вирджинию — в основном на ее живот.

— Господи, извините. Я вас не представила. Берни, это Вирджиния, моя подруга-писательница из Колорадо. Вирджиния, это Берни, мой издатель.

— Я вас знаю, — Берни улыбнулась Вирджинии. — Она рассказывала о вас недели две назад. Я такого не забываю, особенно учитывая, что вы уговорили ее приехать на конференцию. Я уже несколько лет пыталась это сделать, но напрасно. Как вам это удалось?

Мэгги прикусила губу, чтобы не проговориться, что Вирджиния не имеет к этому никакого отношения и приехать ее заставил Алекс. Но тут Вирджиния ответила:

— Да нет, вряд ли это моя заслуга. Но я очень рада, что она здесь.

— Так что вот, — Берни поднялась. — Вирджиния, присылайте свою рукопись.

— Берни, ты серьезно? — переспросила Мэгги, сомневаясь, что правильно расслышала.

— Я не шучу. Присылайте, Вирджиния. Вы об этом не просили, так что я решила быть великодушной. Я умею быть великодушной, и ты это знаешь, Мэгги, так что перестань таращиться на меня. Между прочим, я только что отказала Венере и Банни. Так что согласиться теперь — это даже забавно. Простите, мне нужно пополнить стакан, — крикнула она в сторону гостиной и направилась туда, пройдя мимо Вирджинии.

— Мэгги… — Вирджиния окаменела от ужаса. — И что мне теперь делать? Рукопись не готова. Я не могу ее отправить. Она же совсем сырая. И ребенок скоро появится, и я буду носиться, выпучив глаза, и кормить каждые два часа, и на следующий год маленькая Нэнси не пойдет даже в ясли. К тому же твой издатель пугает меня до чертиков! Она такая… такая вся нью-йоркская. Ну почему такое всегда случается со мной?

Мэгги обняла подругу.

— Не накручивай себя, Вирджиния. Мне кажется, в твоем положении нельзя так волноваться. Смотри, ведь ее предложение остается в силе. Дай мне рукопись — ту, с чайником, — я пройдусь по ней вечерком, все помечу и верну тебе утром. Пожертвуй конференцией, прогуляй все семинары, засядь в номере с ноутбуком и доведи книгу до ума, ладно? Я знаю, что у тебя в портфеле ноутбук. Как только ты все сделаешь, мы распечатаем текст. У тебя есть пять дней, Вирджиния. Есть готовые герои, готовый сюжет и замечательный чайник. Сейчас тебе нужно все это расширить, выписать широкими мазками, убрать скучные подробности. У тебя все получится.

— У меня получится. Все получится, — кивая, повторила Вирджиния. — Ой, мне срочно нужно в туалет.

Утром Сен-Жюст вышел из номера вместе с Мэгги и увидел, как из номера напротив появляется Венера. Эта женщина обладала своеобразной, леденящей привлекательностью, но сегодня выглядела не лучшим образом. Не изможденная, конечно, но и не сверкает, как новенький пенни. Ясно, что мыши или отказ Верни привели ее в мрачное расположение духа.

— Кажется, она в ярости. Ничего не говори, — шепнул он в спину Мэгги.

— Я и не собиралась, — шепнула Мэгги в ответ. — Доброе утро, Вера. Как спалось?

— Плохо, если хочешь знать, — Венера повесила сумочку на плечо. — Банни посидела со мной немного, но ей позвонили снизу, потому что прибыли цветы.

— Не для тебя? Вот досада! — съязвила Мэгги, и Сен-Жюст пихнул ее локтем.

— Как раз для меня. Дюжина увядших красных роз. И не только мне. Там было шесть засохших букетов для лучших авторов. Ты не входишь в их число, естественно.

— Сюжет усложняется, число героев растет, — спокойно произнес Сен-Жюст, и Мэгги отступила на шаг, чтобы впечатать каблук ему в ногу.

— Ты поплатишься за это, дорогая, — сказал он мягко и вышел вперед, чтобы заново представиться Венере, которая казалась совершенно невосприимчивой к его обаянию. Хотя эта женщина была настолько поглощена собой, что искала в других лишь собственное прекрасное отражение. — Не собираетесь ли вы или кто-то еще покинуть конференцию, мадам?

— Покинуть? Вы с ума сошли? Я главный докладчик. Я ждала этого долгие годы. Никуда я не уеду. Это просто глупые розыгрыши. А может, и рекламные трюки. Между прочим, это моя организация. Я член правления. Я люблю ГиТЛЭР. И не покину ее в час нужды.

— Ой, перестань, я только что позавтракала, — пробурчала Мэгги, прислоняясь к стене.

— Ты в своем репертуаре, Мэгги, — с упреком заявила Венера. — Ты такая неблагодарная! А ведь начинала в ГиТЛЭРе, помнишь?

— Ты права, — согласилась Магги. — Я начинала здесь. И я член правления. Но при чем тут «Лицо с обложки»? Конкурс костюмов? В ГиТЛЭРе совсем чокнулись?

— Чокнулись, когда выяснили, что многие из наших членов не потянут пятидневную конференцию в Нью-Йорке, это слишком дорого. И Роза помогала больше всех, нашла солидных спонсоров для конкурса, вложилась в рекламную кампанию и даже устроила так, что некоторые авторы будут оплачивать питание. Я, например, спонсирую завтрашний ланч. Экземпляр моей новой книги будет лежать на каждом стуле. Роза — просто гений, Мэгги. Почему бы ГиТЛЭРу не позволить ей вписать свои страницы в общую историю? Мы ведь рассчитываем даже заработать на этой конференции. В самом Нью-Йорке.

— Ладно, — сказала Мэгги уже спокойнее. — Я поняла. Но как же чистота намерений, совместная работа, новые друзья, обучение…