От Стамбула до Парижа - Кэролайн Коури

– А что, если… – начал он.

Я взглянула ему в глаза.

– Если что?

Он легонько пожал плечами.

– Что, если мы видимся первый и последний раз? Ты бы…

Он спрашивает моего разрешения?

– Роман на один день? Я не против. – Серьезно, Эбби? Ты уверена? – Или мы можем договориться еще как-нибудь встретиться. В «Перед рассветом» они, – я прочистила горло, – занимаются сексом, потому что решили встретиться еще раз.

– Точно, твой любимый фильм. А продолжение случилось через полгода?

– Через девять лет.

– Ne? Почему?

– Героиня не смогла приехать на назначенную встречу, а так как контактами они не обменялись, встретились только через девять лет в Париже.

– Они не обменялись номерами? Это как-то… Как же сказать…

– Неправдоподобно?

– Точно.

– Наверное, но зато сиквел, где они наконец встретились, смотреть было очень интересно.

– Тогда сходим на свидание через девять лет? – спросил он.

– Через девять лет? Значит, в мой день рождения, когда мне исполнится тридцать.

Он замер.

– У тебя завтра день рождения?

Я кивнула.

– Dogum günün kutlu olsum, – сказал он. – Переводится как…

– С днем рождения?

– Да, – он улыбнулся и притянул меня ближе. Мой нос коснулся его теплой кожи, губы оказались дразняще близко от его оголенной груди. – Сходим на свидание через девять лет. Может, в кино?

– Давай. В «Принц Чарльз»? В семь? – я хихикнула, поражаясь абсурдности происходящего. Это мы так успокаиваем свою совесть? – А если мы к тому времени найдем себе кого-то?

– Я дам тебе свой номер, – хмыкнул он. – Чтобы не получилось так, что я прилетел в Лондон, а ты уже замужем и с детьми.

Он отпустил меня и взял ручку, которой делал пометки на моих записях.

– С детьми? Нет, спасибо. К тому времени я уже буду успешным адвокатом, придется находить для тебя время в моем плотном графике. – Я не выдержала и засмеялась.

– Ничего, сходим на какой-нибудь фильм, который будет в прокате. Куда же телефон записать? – он осмотрелся в поисках бумажки.

Я как можно соблазнительнее приспустила юбку, оголяя часть бедра.

– Можно тут, – я поймала его взгляд и закусила губу.

Оз медленно опустился на колени, не разрывая зрительный контакт, опустил голову и поцеловал обнаженную кожу. У меня вдруг перехватило дыхание.

Когда холодный стержень ручки закончил выводить на моем бедре цифры, Оз немного подул на них и поднялся.

– Твоя улыбка, она… nefes kesen. Обворожительна.

Заиграла «Fix You», и мы стали медленно двигаться в такт музыке. Она обволокла нас, и я позволила себе потеряться в ритме. Мои ладони очерчивали его грудь, сильные руки, шею… Тело само направляло меня, и я закрыла глаза.

Когда я открыла их, Оз приподнял мой подбородок двумя пальцами и прижался своими губами к моим. Мои ноги подкосились, но мужчина крепко меня держал. Наши языки встретились: на этот раз и музыка продолжала играть, и мы не отодвинулись друг от друга. Напряжение все возрастало.

Когда где-то ко второй половине песни музыка заиграла живее и энергичнее, Оз оторвался от моих губ и закружил меня в танце. Мы смеялись и танцевали, пока я наконец не рухнула на кровать, прихватив его с собой. Он лег сверху, опираясь руками о кровать. Жетон на цепочке щекотал мою кожу над вырезом топика.

– Ты такая красивая.

Он погладил меня по щеке и потянулся за новым долгим поцелуем. Его губы ласкали мою шею, потом плечо, рука блуждала под моим топиком, и от его прикосновений моя кожа разгоралась все сильнее. Поцелуи становились все требовательнее и настойчивее. Я выдохнула и отдалась ритму наших тел, что двигались в унисон.

Стук в дверь.

– Эбс, ты спишь?

Я разлепила один глаз. В окно просачивался дневной свет, голова пульсировала от боли. Я приподнялась на локтях, заметив пятно от слюны на подушке. Оз уже ушел: в желудке поселилось неприятное чувство, и меня затошнило.

Лиз открыла дверь в комнату и принюхалась.

– Здесь пахнет сексом.

– Ха-ха, – пробурчала я.

– Выглядишь дерьмово. К тебе семья приехала.

Я тут же села на кровати и схватилась за голову, страдая от боли.

– Что?!

– Да, они хотели сделать тебе сюрприз на день рождения. Ты трубку не брала, поэтому охранник позвонил мне.

– Не может такого быть. Я сказала им, что занята. Мне нужно переписать… работу. – Я стала выбираться из кровати, запуталась в одеяле и рухнула на пол. – Ай!

– Не переживай ты, все нормально будет. Но имей в виду, у тебя есть две минуты, чтобы проветрить комнату и надеть что-нибудь нормальное, иначе они поймут, чем ты тут вчера занималась.

– Ничем я тут не занималась, – сказала я, потирая лодыжку. Глаз начал дергаться – мой тик еще и на ложь реагирует.

– Так ты всегда засыпаешь полураздетая?

Я тут же одернула юбку.

– Потом расскажешь мне все грязные детали. Ну-ка поднимайся, – она подошла к моему шкафу и достала из него халат. – Надевай.

– И что мне им говорить? – спросила я, укутываясь в халат.

– Ничего. Тебе двадцать один, в конце концов! Вполне можно совмещать учебу и личную жизнь. – Она побрызгала дезодорантом прямо в комнате.

– Тук-тук, – я услышала мамин голос за дверью. – Именинница, ты тут?

Я завязала поясок потуже, и дверь распахнулась. В дверном проеме стояли мама, папа и…

– Эми?

Сестра, не переставая жевать жвачку, протиснулась мимо родителей и зашла в комнату, сложила руки на груди на розовой курточке.

– Держи, – она протянула мне конверт. – С днем рождения. Боже, чем так воняет?

Она сморщила носик, недовольная удушающим запахом апельсинов и лилий.

– Спасибо. – Я принялась обмахиваться конвертом. – Почему не сказали, что приедете?

Я переводила взгляд с одного лица на другое.

– Хотели сделать сюрприз, малышка, – папа развел руки в стороны, и я бросилась в его теплые объятия. Мягкая ткань его темно-синего пальто прижалась к моей щеке. Мама присоединилась к нам и сжала меня так крепко, что мне стало трудно дышать.

– Мы знали, что ты по уши в учебе и отмечать особо не будешь, – сказала она. – Поэтому мы решили устроить тебе небольшой приятный обед.

Она осмотрела комнату и заметила пустую упаковку из-под чипсов.

– Да и покормить тебя лишним не будет.

Я выдавила улыбку.

– Спасибо за заботу.

– Кто такой Оз? – спросила сестра, взяв с моего стола записку.

Я умоляюще взглянула на Лиз. Помоги!

– Это турчанка, с которой мы недавно познакомились.

– Почему она написала «спасибо за прекрасную ночь, увидимся через девять лет»? –