Ядожал - Маргарита Блинова

Я чувствовала себя униженной. Униженной несправедливо! Готова была разрыдаться. Мне стало так физически плохо, что я всерьез начала опасаться того, что вот сейчас ноги подломятся и я рухну на пол.

В тишине столовой послышались легкие шаги и цокот коготков маленького завра. Эрика Магни приобняла меня за плечи и прижала к себе. Бестия села возле ног, обвив хвостиком лапы, и заглянула в мои заплаканные глаза.

– Пиу, – сочувственного пискнула она, и я не удержалась от тихого всхлипа.

– Я приношу извинения от лица академии З.А.В.Р. и адептки Адрианы Нэш, – произнесла госпожа Магни и что-то добавила на северном диалекте.

Я плохо помню, что было потом.

Я даже не помню, как дорал-кай расплетала мою центральную косу. Как и когда меня окружили бледная Власта, которая сама была в шаге от того, чтобы разреветься, и девочки с факультета звездокрылов, чьих имен я даже не помнила.

Сгорая от стыда и обиды, я стояла на виду у всех адептов, старательно глотая слезы и сдерживая тихие всхлипы, и чувствовала пристальный взгляд Арктанхау.

Как тот, кто еще вчера прощался с такой нежностью, мог смотреть на меня теперь с таким холодом?

Лекция седьмая

О мужском заступничестве и настоящей поддержке

Я крайне редко плачу, так как не верю, что вместе со слезами уходит боль, но в ситуациях, подобной этой, начинаю опасаться, что способна выплакать не боль, а всю себя.

После прилюдного позора и унижения, через которые мне довелось пройти в столовой, я сбежала, малодушно заперлась в комнате и игнорировала все попытки достучаться до меня.

Приходила Власта. Долго и настойчиво извинялась и просила прощения. Плакала вместе со мной, но у меня не было сил встать и открыть ей. Потом в дверь стучались еще и еще, но я спрятала голову под подушку, накрылась одеялом и тихо страдала в этом коконе из обиды и жалости к себе.

В какой-то момент я успокоилась и обессиленно задремала, но потом через этот кокон одеял и сомнений мне послышался голос Кристена, и истерика накрыла с новой силой.

Так продолжалось до самого вечера, пока я не услышала грозное:

– Или ты откроешь, или я вынесу дверь.

После такого обещания и дальше игнорировать утешителей я побоялась. Встала, вытерла мокрые щеки, понадеялась, что глаза не слишком опухли, и пошла открывать.

В коридоре обнаружился преподаватель магической механики.

Хет-Танаш стоял, сложив руки на груди. Взгляд демона из правящего рода был так же непреклонен, как и его поза. Однако стоило ему увидеть меня, как лицо преподавателя вытянулось и закаменело.

– Что тебе надо?

Мой голос звучал хрипло и жалко, но внутри я преобразилась. Демоны чувствовали страх и сомнения, они находили твои слабые места в обороне, ловили моменты, когда ты наиболее подавлен, а значит, уязвим, и били. Били прицельно, без намека на человеколюбие и жалость.

В свое время именно эта особенность выходцев из Даркшторна нравилась мне больше всего, но сейчас я понимала: Хет-Танаш пришел не утешать адептку Адриану Нэш. Он пришел воспользоваться моей слабостью и взять причитающееся ему по праву крови и выбора.

– Что тебе надо? – повторила я чуть тверже и решительнее.

И демон удивил. Он поднял руку, желая коснуться моей щеки и стереть мокрые дорожки от слез, но явно мысленно одернул себя и руку убрал. А вот взгляд не опустил, все так же глядя в мои заплаканные глаза.

– Клянусь, он заплатит за каждую секунду, которую ты плакала. Я никому не позволю обижать свою Избранницу.

Я печально улыбнулась в ответ.

Вот как все просто в понимании демона. Пришел, поставил перед фактом, ушел. А меня он спросил? Я, может, не хочу, чтобы из-за, между прочим, моей и только моей глупости Кристену мстили.

– Слушай, а тебе никогда не приходила в голову мысль о том… ну я даже не знаю… Например, о том, что я сама могу постоять за себя? Или что я не ищу защитника в твоем лице? Почему всякий раз, когда речь заходит о моих желаниях, ты становишься бесчувственной глыбой льда?

Демон распрямился и посмотрел на меня как на глупого ребенка.

Ну да, видимо, глупым, обидчивым ребенком я и была в картине мира умудренного опытом Хет-Танаша.

Я вздохнула и покачала головой, чем, кажется, только вывела демона из себя. Он сделал быстрое движение, сократив расстояние между нами. Я успела инстинктивно выставить руки перед собой и уперлась в его грудную клетку, где отбивало ритм ярости сердце.

– Риана, зачем ты изводишь меня и обманываешь себя? Я понимаю, что некоторые мои действия напугали тебя. Да, я повел себя несколько поспешно и поторопил нашу связь, но и ты меня пойми. Ты столько лет хвостом увивалась за мной, говорила о своих чувствах. Риана, да я даже не усомнился в своем праве на тебя и твое тело! Кто ж знал, что ты еще не была готова!

– Ты знал. Ты знал, потому что я говорила. Потом кричала. А после плакала. Ты знал, но не захотел услышать, а теперь стоишь здесь, как рыцарь в белых доспехах, и клянешься защищать. И знаешь что… – Я подалась вперед и понизила голос до злого проникновенного шепота: – Лучше поклянись защищать от себя.

Увы и ах, на выходца из Даркшторна это не произвело никакого эффекта. Он помолчал, собираясь с мыслями, и снисходительно проговорил:

– Ты несправедлива. И ты заблуждаешься.

Я оттолкнула демона руками, и он покорно отступил назад. Отступил, но не образумился.

– Давай оставим этот фарс, Риана, – произнес он тоном «я все решил, женщина». – Ты моя Избранница, и ничто: ни твое упрямство, ни этот мальчишка Арктанхау… Ничто в мире не изменит нашу связь.

– Я так не думаю.

Потянувшись, я стиснула пальцами ручку и захлопнула дверь. Звук вышел резким и окончательным. Идеальная точка в нашем разговоре.

Закрывшись на все замки, оглянулась и пошла за стулом, с мыслью заблокировать дверь.

Пока думала, куда переложить вещи, висящие на спинке, в дверь тихонько поскреблись. Я замерла, прислушиваясь. Даже моя бурная фантазия пасовала перед образом скребущегося в дверь Хет-Танаша. Тогда кто это мог быть?

В дверь снова поскреблись, но куда более настойчиво, немного потоптались и решительно позвали:

– Пиу!

Бестия? Неужели?!

Все еще не