Развод. Спутанные жизни - Лия Мориц

Стоп. А почему нельзя доверять-то, Марина? И когда я стала такой подозрительной?

— Григорий, а почему вы мне помогаете? — начинаю осторожно.

— Потому что это моя работа, — со смешком выдаёт он.

— Да нет же, я не о том. Я же видела ваши расценки. Вы берете за работу гораздо больше, чем сказали мне.

Он тепло и неизменно улыбаясь смотрит мне в глаза.

— Я сделал исключение для вас. У вас больше друзей, чем вам кажется.

Вот это поворот. У меня из близких людей только Аришка. Григорий получает за помощь деньги. Катя не стала бы мне помогать. Сергей — без комментариев. Андрей… Даже боюсь представить, что он обо мне думает, после того, как я отдалась ему практически без раздумий, а потом ещё и накричала. Вряд ли он относился ко мне как к чему то серьёзному. Скорее, как к одноразовому.

Чёрт. Каждый раз, когда мыслями случайно натыкаюсь на образ Андрея, душу пробирает горечь сожаления. Сколько ошибок я наделала…

Встряхиваю головой. Это сейчас неважно. Копаниями в прошлом ничего хорошего не получится. Нужно смотреть на то, что есть сейчас, и что будет впереди.

— А можно поконкретнее? Про друзей. Я не понимаю, что вы имеете в виду.

Он медлит, раздумывая.

— Буду честен. Я не могу вам рассказать. Я обещал другу. Но заверяю, что для вас сделаю всё возможное. Всё будет хорошо.

И продолжает пить свой кофе, как будто ответил на все мои вопросы. Вот только их стало ещё больше.

Пообещал другу. Замечательно.

Неприятное ощущение, что кто-то сговорился за моей спиной. Обо мне же. И не считают нужным посвятить меня.

— Это совсем не отвечает на мой вопрос, — пытаюсь улыбнуться как можно более дружелюбно. Не думаю, что он желает мне какого-то зла, но очень хочется прояснить ситуацию. Неопределённость бъёт сильнее плохих новостей.

Но Григорий и не думает откладывать свой кофе и по-человечески мне всё объяснить.

— Не думайте об этом. Вы обязательно всё узнаете… Просто чуть позже. И доверьтесь мне.

Откидываюсь на спинку стула и прикрываю глаза.

Довериться… Те два раза, что я доверилась мужчинам, закончились фиаско.

С другой стороны. Нельзя же с двух случаев терять доверие вообще ко всем мужчинам, верно? А мне сейчас так важно почувствовать, что я не одна в своей борьбе. Что мне есть на кого положиться.

Что ж. Рискнём довериться.

— Хорошо. Спасибо за помощь, Григорий.

— Не стоит, мы пока ничего не выиграли. Но в успехе я не сомневаюсь.

Так и закончилась наша встреча с юристом. Нужно быстрее бежать успокаивать Аришку. Бедный ребёнок.

Зачем Сергей устраивает эти выходки? Не принимает ребёнка, не считает его своим, не любит — так хоть бы вёл себя по человечески, а не доводил девочку до истерики. Просто омерзительно. И сердце саднит каждый раз, когда я смотрю в её нежные открытые глаза, которые заволокла глубокая печаль.

* * *

Андрей

— Ну что, посмотрел на зазнобу свою? — спрашивает Гриша, пока я усаживаюсь на место, на котором минуту назад сидела Марина, — Учти, ей явно не нравится, что её водят за нос и недоговаривают. Мне б тоже не нравилось.

Жду, пока он наговорится и не вступаю в диалог, потому что новости, которыми я хочу поделиться, совершенно не подходят для того, чтобы обронить их после дружеской перепалки.

— Да и вообще вся эта затея какая-то дурацкая. Ты её как будто из шпионских книг взял. Любоффь твоя тебе окончательно весь мозг затуманила, так я скажу. Вот поэтому я и не женюсь. Нужно оставаться в здравом рассудке.

Он наконец замечает, что я терпеливо жду.

— Ты чего хмурый-то такой?

— Есть новости. Они не выходят на связь, потому что они мертвы.

24

— Ты знаешь, чтобы от меня отделаться, нужно кое-что посерьёзнее, чем игнорировать телефон.

Перегораживаю ей путь, прямо-таки с удовольствием отмечая её переменившееся выражение лица. Недоумение и немного надежды.

Да, Марина. Я не буду как твой соплежуй муженёк прятаться за женской спиной. За свою женщину я буду бороться сам, а не только и заниматься перекладыванием головной боли на хрупкие плечи. Осталось только разобраться с назойливыми формальностями. Чтобы этот её Сергей даже представить не мог, что у него есть право ставить какие-то условия.

— Андрей?..

— Я. Извини, сегодня без цветов. Оба раза как я их тебе дарил, что-то шло не так.

Краснеет, как девчонка. Такая очаровательная и нежная.

Как же я скучал. По её реакциям, по её жестам. По тому, как она влияет на меня. По тому, как при взгляде на неё пробуждается что-то глубинное, мужское. Сносящее крышу желание обладать и оберегать.

Берёт себя в руки, меняется в лице.

— Что ты хочешь, Андрей? Зачем подлавливаешь поле работы? Я не единственная у тебя, я знаю. Так зачем напрягаться?

— Во-первых. Это нечестно, и это неправда. А во-вторых… — мнусь, не зная, как преподнести это, как она отреагирует. Решаю не юлить и говорить прямо, — Есть новости об Алисе.

Она широко распахивает глаза и заламывает руки.

Смотрит куда-то за меня остекленевшим взглядом, и начинает идти медленным шагом, как будто сможет уйти от собственных переживаний. Беру её под руку и иду рядом. Иногда поддержать физически — то же самое, что и душевно.

Она машинально бредёт, и я практически слышу, как мечутся мысли в её голове.

— Откуда ты о ней знаешь?

Усмехаюсь про себя. Конечно же, из всех вопросов, которые она могла задать, она выбрала тот самый, который заставил бы меня рассказать всё максимально подробно, и с самого начала. Женщины, и их внимание к деталям…

— Попросил людей разыскать информацию. Не думай об этом.

— “Не думать”? Речь о моей дочери! — кричит шёпотом, стараясь не привлекать внимания прохожих, — А ты копаешь на неё за моей спиной и используешь как предлог для поговорить.

Чёрт. По сути-то она права. И вот как действовать, если любой благородный порыв выворачивают наизнанку, и оборачивают против тебя?

— Марина, я обещал тебе помочь. Ты, может, и привыкла, что “держать слово” от мужчины — это пустой звук, но я — нет. Сказал — сделал. Выброшенный букет и пара громких слов — не повод не выполнять обещания.

Снова замолкаем. Не то, чтобы она меня задела своими претензиями, которые я не мог предвидеть. Но чёрт возьми, за кого она меня принимает?

На ходу она поднимает на меня взгляд и тут