Испорченный мед - Обри Тейлор

— То есть, получается, все эти прозвища, напряжённые разговоры в скамейке запасных и то, что ты постоянно следишь, как она добирается домой после игр, это просто... что? Дружеские подколы? — Кэйл прищурился, ухмыляясь.

— Шутки, — поправил я. — Не уверен, что «друзья» — это то, чего хочет Блондиночка.

— Ты у неё спрашивал?

— А ты? — я сильнее навалился на косяк, расставив ноги поудобнее и скрестив руки. Разговор резко изменил тон.

— К чему ты клонишь, Коди? И, кстати, откуда, черт возьми, ты знаешь, что я проследил за ней до дома? Это было всего один раз.

— На прошлой неделе это было четыре раза. Ты водишь самую громкую машину в команде. Трудно не заметить фастбэк на парковке Тернер Холла, — Кайл посмотрел на меня. — Трижды я был с ней, а о вчерашнем она сама мне рассказала. Я просто удивлен, что тебе потребовалось так много времени, чтобы предложить её подвезти.

— Вы с ней, смотрю, лучшие друзья, дружище?

— Полегче, капитан, — Кайл закатил глаза и наклонился вперёд, положив подбородок на плечо Дина. — Не бесись. Я просто говорю, что она хороший человек, и она...

Он резко замолчал, сглотнув, и отвернулся, спрятав лицо за спиной Дина.

— Выкладывай, Кайл, — рявкнул я, расстроенный, вспотевший и нуждающийся в душе.

— Я к ней привязался. Мне нравится, что она рядом. Так что, если ты собираешься вести себя как придурок... подумай ещё раз. Ради меня... Пожалуйста.

Дин обхватил его руку своей, словно поддерживая, и тут до меня дошло. Он не просто лез ко мне с расспросами. Он защищал её от меня. Я не лучше, чем Ник.

— Ладно, Котёнок, я же стараюсь, раз стою здесь, — я поднял бровь. — Это уже что-то.

Кайл неуверенно кивнул, всё ещё ведя себя настороженно.

— Помоги Такеру перенести его вещи. А если Митчелл начнёт выпендриваться, скажи ему то же, что я сказал тебе.

— Ради Эллы.

Ради Эллы.

ГЛАВА 9

Эстелла

— Эта тяжелая, — я указала на коробку, которую Кайл поднял без малейшего усилия. Он рассмеялся и поднялся по лестнице в Гнездо. Дом был огромным и выглядел так, будто его вытащили из всех старых фильмов ужасов, которые я когда-либо смотрела.

По крайней мере, семь из десяти массивных коробок, которые я принесла со склада, были книгами. Я бы не стала извиняться за это, но выражение лиц Вана и Кайла, когда они поняли, что им придется нести их, было бесценным. Я дала им список. Все коробки были помечены. Им просто нужно было брать правильные номера, и план бы сработал на славу.

— Они все тяжёлые, Персик, — простонал Кайл, поудобнее перехватывая коробку, пока я шла следом с охапкой одежды. — Твоя комната здесь, — он открыл дверь в помещение рядом с кухней. — В доме три этажа. Большинство игроков наверху, все комнаты для персонала на первом, но ты, первый сотрудник, кто здесь живёт за долгое время.

— Идеально, — сказала я, осматриваясь. Комната была немного меньше, чем двухместная спальня, в которой я жила с Зои, но окно здесь было больше. Оно выходило на густую лесополосу и холм, окружавшие Гнездо. Внутри была двуспальная кровать и две книжных полки чистые, без единой пылинки.

— Даже не скажешь, что здесь жил парень, — хмыкнула я.

— Господи, не напоминай, — Кайл закатил глаза. — Дин всю неделю дуется, что ему пришлось переехать обратно к Вану. — Он поставил коробку на пол. — Сайлас живёт в подвале, а Ар... — он осёкся.

— Арло? — Я ждала.

— В комнате напротив твоей.

— Он меня не очень любит, — рассмеялась я.

— Не списывай его со счетов, — Кайл посмотрел на меня с лёгкой улыбкой. — Он как питбуль.

— Свирепый?

— Нет, — покачал он головой. — Но так проще объяснить. Он делает вид, что суровый, злой, что может укусить, но на самом деле это не так. В глубине души он большой ребёнок с большим сердцем.

— Арло Кинг — большой ребёнок? Можно я это процитирую? — усмехнулась я.

— Это стоило бы того, чтобы получить от него по шее, — Кайл присвистнул. — Ему время от времени нужен хороший удар по самолюбию.

— А кто еще на этом этаже? — спросила я, пытаясь отвлечься от мыслей об Арло, но его карие глаза прокрались в глубины моего сознания, ярко сверкая сквозь тьму.

— Никто, только Арло.

— Всего две комнаты для персонала во всём доме? Он же огромный! — я нахмурилась, падая на кровать вместе с одеждой. — Здесь как минимум десять спален.

Он сглотнул и закатил глаза.

— Есть еще одна комната рядом с главной гостиной, но мы используем ее как склад, потому что ребята думают, что там водятся привидения. — Кайл потянул за воротник свою лавандовую толстовку, снял её и бросил на кровать рядом со мной. Под ней оказалась старая, изношенная футболка Шершней, которую, казалось, держали вместе только надежда и мечты.

— Привидения? В смысле, как дом с приведениями?

— Дженсен говорил, что в свой первый год видел там женщину. А Дин клянётся, что вещи двигаются сами по себе, но он просто постоянно всё теряет. В комнате бардак, да и парни идиоты, — усмехнулся Кайл. В этот момент его взгляд упал на стопку коробок у двери. — Это что, календарь Шершней? — ахнул он. — О, боже мой!

— Если кому-то расскажешь, я тебя убью, — пригрозила я.

— О, я всем расскажу! — взвыл он и схватился за грудь. — Какой твой любимый? — Он посмотрел на меня, но тут же покачал головой и поднял ладони. — Нет, знаешь что, не говори. Я слишком ранимый. Не переживу, если снова проиграл Январю.

Кайл был мистер Июнь, почти полностью обнажённый, с одним лишь шлемом, прикрывающим его ягодицы. Я мягко улыбнулся ему, не желая говорить, что его отец был моим любимчиком, или, возможно, не желая иметь дело с последствиями, которые это могло вызвать.

— Твой, конечно, мой любимый. Очень... утонченно, — сказала я.

— Я так и знал! — гордо произнес он, а потом вдруг замялся, глубоко вдыхая, будто собираясь что-то сказать. Он направился к выходу, постучав пальцами по дверному косяку. Металлические кольца на его пальцах тихо звякнули.

— Персик, — сказал он, облизывая нижнюю губу.

— Да?

— Ты когда-нибудь расскажешь мне, почему ты всегда такая грустная? — Он пристально смотрел на меня своими ярко-синими глазами, ожидая ответа в тишине, которая готова была поглотить меня целиком.

— Кто сказал, что я грущу? — Я попыталась пошутить, но уголки моей улыбки дрожали от неуверенности.

— Тебе не обязательно говорить, — он отвернулся, но тут же вернулся в комнату. — Моя мама всегда говорила,