Тайна заснеженного королевства - Элизабет Харбисон

То же самое произошло в ювелирном магазине, когда она восхитилась наручными часами. Поэтому Эми проявила осторожность и не сказала ни слова о красивом кольце с сапфиром в передней витрине. Но она никогда не видела подобной работы. Эми пришло в голову, что мир многое теряет, запрещая вывозить за границу изделия этих замечательных мастеров.

Они возвращались к автомобилю, сгибаясь под тяжестью нескольких сумок с товарами из разных магазинов. Она все еще чувствовала смущение — три человека заметили ее сходство с принцессой Лили.

Оставшись в автомобиле наедине с Эми, Вилли вдруг произнес:

— Знаешь, ты действительно на нее похожа.

— На принцессу Лили?

— На твою мать, да. — Он вел машину по ночному городу. Переваливаясь через сугробы, автомобиль поехал в гору, как будто к облакам.

— Если бы я не была уверена в обратном, я бы подумала, что ты их нанял и подсказал им эти слова.

Несколько минут они ехали молча.

— Каким было твое детство в Люфтхании? — спросила Эми, глядя в окно на призрачный вечерний пейзаж.

— Наверное, ты воображаешь его идеальным, — сказал он. — Мальчик в замке, из волшебной сказки, но оно было… другим.

— Почему же?

— Народ не любил нашу семью. Она пришла к власти через враждебный переворот.

— Которого ты не одобрял.

— Которого я почти не понял, — поправил он ее. — Мне было десять лет. Слишком юный, чтобы разбираться в политике, но достаточно взрослый, чтобы почувствовать, что мою семью повсюду ненавидят. — Он притормозил у ворот.

— Guten abend, — сказал Густав, церемонно отдавая честь.

Вилли помахал рукой и открыл ворота. Он снова обратился к Эми:

— Только когда я подрос, мне стало понятно, что произошло. К тому времени я уже унаследовал корону и мне было некому ее передать, чтобы все исправить. Пока я не нашел тебя.

Он остановился у стен дворца, но остался сидеть в машине.

— Разве тебе не нравится быть принцем? — спросила Эми, удивившись чуткой совести Вилли. Из-за нее он даже не был счастлив, когда надел корону.

— Конечно, нравится, — признался он. Эми обрадовалась, услышав его ответ. — Я же человек. В этом положении есть важные плюсы. — Его лицо оставалось в полутени, лишь отчасти освещенное снаружи. — Но очень трудно чувствовать себя по-настоящему довольным собственным положением, когда знаешь, что занял его несправедливо.

У Эми сжалось сердце. Он был так красив и так серьезен, что ей захотелось наклониться и прямо сейчас поцеловать его.

— Поэтому ты так и не женился? Чтобы не продолжать род, который считаешь незаконно занявшим трон?

Он пристально смотрел на нее.

— Ты догадлива.

— Не очень. Мне просто любопытно. Так интересно пытаться понять человеческие характеры.

— А ты? Почему все твои романы оказались такими короткими?

— Не нашла того, кто мне нужен.

— А! — Он кивнул. — Так ответить легко.

— Это правда.

— Хорошо. Но каким должен быть тот, кто тебе нужен?

Она улыбнулась.

— Трудно сказать. Он должен быть честным. Я имею в виду, действительно честным. И он должен быть неподкупным. Не неудачником, который стремится к беззаботной жизни. Хорошо бы он оказался честолюбивым, а чувство юмора — обязательно. И мне все равно, как он выглядит, главное, чтобы мое сердце радостно билось, когда я его вижу. — Договорив до конца, Эми поняла, что это описание Вилли. Она опустила глаза, надеясь, что он не догадается о ее открытии. — Вот и все. Я не так уж требовательна. — Она встретилась с ним взглядом. — Чего ты ждешь от женщины? Если бы захотел завести с ней роман, я имею в виду.

Он не улыбнулся, но продолжал пристально глядеть на нее.

— Внутренней красоты. Света в глазах, который есть только у людей со счастливой и спокойной душой. — Он наклонился и коснулся ее щеки. — Как свет в твоих глазах.

У нее захватило дух.

— Еще я ценю честность, — тихим голосом продолжал он. — И ум. И неподкупность, благодаря которой она откажется от мешка с золотом, если считает, что он ей не принадлежит.

Наступила тишина. Его согнутые пальцы ласково гладили щеку Эми.

— Так что же тебя останавливало? — затаив дыхание, спросила она. — Я имею в виду, что тебе помешало найти такую женщину и остаться с ней?

Он убрал руку.

— Многое. Не в последнюю очередь то, что я мог оказаться неподходящей парой для такой женщины.

— Почему бы тебе не позволить ей самой сделать этот выбор?

— Потому что я должен поступать так, как считаю правильным. — Он кивнул, скорее сам себе, нежели ей. — Неважно, насколько трудным это может оказаться. — Он вынул ключи из зажигания и вышел из машины.

На этот раз Эми не стала ждать, пока он откроет ей дверцу. Она вышла самостоятельно, и они молча направились к дворцовым ступеням.

Он открыл ей дверь и помог снять пальто, но на прощанье произнес лишь несколько вежливых слов. Поблагодарил за приятно проведенный вечер и пожелал спокойной ночи.

Она вежливо ответила. Расставаясь, они чувствовали себя так, будто встретились в первый раз в жизни.

Эми пошла к себе в комнату. Девушка, которая должна стать принцессой, попросту не имела права на такие легкомысленные чувства. Она лежала в темноте, пока наконец не заснула незадолго до рассвета.

Вилли не мог заснуть. Он вспоминал свой разговор с Аме.

Если бы он захотел найти женщину, выбор был достаточно велик. Но с тех пор как Вилли вернулся из Соединенных Штатов в обществе Аме, он думал только о ней. Он говорил себе о своем долге перед страной, но мыслями постоянно возвращался к ней. Вспоминал ее мягкие губы, их поцелуй, ее атласную кожу и прикосновение ее пальцев к его волосам. И ему хотелось большего.

Это было опасно.

И он точно знал, как следует поступить.

В юности Вилли несколько лет прослужил в армии Люфтхании. Тогда он узнал одну вещь, и не только на собственном опыте. Успешное выполнение задачи становится почти невозможным, если тебя отвлекает что-нибудь лучшее или более интересное. Вот почему учебный лагерь предпочитали устраивать в горах, где и проводили обучение. Мужчин следовало разлучить с их женщинами и семьями, а также лишить домашних удобств.

Он должен отдалиться от Аме, чтобы вернуться к своей цели.

Только так он сможет сделать то, что считает правильным.