Жених-горец - Ханна Хауэлл

Та скорость, с какой оба ее брата и два младших Макенроя исчезли в трактире, была поистине рекордной, и Илза рассмеялась. Они талдычили о том, что им необходимо утолить жажду, но на самом деле беднягам не терпелось найти подходящую женщину для любовных утех. Илза всю жизнь провела среди мужчин, поэтому в таких вещах они не могли се одурачить, хотя все еще пытались время от времени. Однако Илза до сих пор не поняла: зачем мужчины так стремятся потратить деньги на короткий миг развлечения в объятиях какой-то шлюхи? Должно быть, подумала она, это одна из тех мужских особенностей, которых ей понять, увы, не суждено.

— Они хотят просто порезвиться, — проворчала Гейл. — Неужели они считают, что мы такие дуры и этого не видим?

— Нет, конечно, — ответила Илза, не спеша прохаживаясь по рынку. — Они знают, что нам прекрасно известно, куда и зачем они идут. Но открыто говорить об этом значило бы потревожить нашу чувствительную женскую натуру.

Гейл фыркнула и закатила глаза:

— Не понимаю я мужчин. А еще не понимаю, как эти девушки из трактира могут спать с мужчинами, которых даже не знают. И которые, возможно, им даже не нравятся.

— Ну, они же делают это за деньги. Жизнь обходится с ними сурово, и многим бедняжкам пришлось пойти на это из-за жестокой нужды. Они, может, и не выбирали себе такой жизни. Но так происходит во всем мире. А еще мне кажется, что в этом трактире девушки все же могут выбирать, с какими мужчинами им ложиться, а с какими — нет. — Илза некоторое время поразмышляла. — Нет, вряд ли все эти девушки сами выбрали для себя такую судьбу и наслаждаются жизнью. Но тут уж мы мало что можем сделать. Однако, если тут есть девушка, которую заставили стать шлюхой, а ей этого совсем не хочется, мы скоро узнаем об этом и постараемся ей помочь.

— Да уж… — Гейл тяжело вздохнула и повернулась к прилавку, заполненному прекрасными тканями. — О, леди Илза, смотрите! Странно, что здесь продаются такие дорогие товары!

— Джиллианна говорит, что на этом рынке торгуют купцы с Востока, когда проплывают мимо со своими товарами. Они направляются в большие богатые города и по дороге заезжают сюда. — Илза пощупала красивую ткань ярко-синего цвета. — Какая прелесть!

Хотя Илза и понимала, что такая роскошь отнюдь не является необходимостью, минуту спустя она уже вовсю торговалась с продавцом, а еще через несколько минут эту и несколько других, более дешевых тканей помощники заморского купца уже несли в Клачтром. Джиллианна показала Илзе оставшиеся после Анабель платья и другую одежду, и Илза уже решила перешить это все на себя, но ей хотелось и чего-нибудь новенького. Чтобы оно принадлежало только ей и никому другому.

Она еще прошлась по рынку, выбирая ленты для себя, Гейл и своих двух дочерей. У одного торговца она купила духи с нежным ароматом — для Фрейзер, у другого подарки — для каждого из ребятишек Дэрмота.

Конечно, глупо было надеяться, что ее муж оценит это, но Илза все же купила кое-что и для него. Свадебный подарок. Это была прекрасно выполненная серебряная пряжка работы древних мастеров, украшенная замысловатым узором, в центре которой красовался великолепный грифон с глазком из граната.

Они женаты всего три дня, поэтому подарок, который она купила из любви к человеку, за которого вышла замуж, вполне можно расценить как дань традиции. На самом же деле Илза хотела показать своему мужу, что безоговорочно любит и ценит его. В крайнем случае пряжку можно будет припрятать до лучших времен, когда между ней и Дэрмотом установятся более близкие отношения.

Притянутая ароматами лаванды и роз, Илза остановилась у небольшого прилавка, чтобы осмотреть товар местной целительницы и торговки травами. Запас целебных трав в замке уже давно иссяк, а пока Илза не восстановила сад и не вырастила травы сама, ей придется все необходимое покупать. Богатый выбор разнообразных трав и настоев, который предлагала невысокая седовласая женщина, поражал даже самое искушенное воображение.

— А вы, наверное, новая леди этого замка, да? — спросила торговка.

— Да, — ответила Илза и представила себя и Гейл.

— Слышала я, что лэрд собирался жениться на другой, когда у него уже была одна жена, о которой он напрочь забыл. И видела, как Кэмпбеллы уезжали в тот день. — Она протянула ей на удивление чистую и гладкую ладонь. — А я — Гленда, повитуха.

Илза пожала руку женщины. Поняв, что история ее двойного замужества уже облетела всю деревню, она решила быть с Глендой предельно честной.

— Лэрда жестоко избили, и с тех пор он о многом не помнит.

Гленда кивнула:

— Да, так говорят. Мне самой не довелось ухаживать за ним, ведь женщины клана Мюррей — отменные целительницы, да к тому же его родственницы. Правильно, что помогали ему именно они, Я же занимаюсь всеми остальными ранами и недугами.

— А еще продаешь лэрду зелье, которым он собирался прикончить свою жену! Так, старая ведьма? — Рядом с Илзой появился темноволосый мужчина с резким голосом.

— Ты прекрасно знаешь, что я занимаюсь только искусством целительства, Уоллес, — отчеканила Гленда.

Уоллес не обратил на эти слова никакого внимания и повернулся к Илзе:

— Вы получше смотрите на то, что едите или пьете, миледи. Леди Анабель этого не делала, и вот теперь она мертва. Лэрд не смог пережить, что его жена предпочла ему другого мужчину, и теперь ее нет в живых. Он убил ее.