Влюбиться в снегурочку - Наталья Шагаева

Олег

- Привет.

Сегодня девочка другая. Такая трогательная, растерянная, домашняя, сонная, теплая. Моргает пушистыми ресницами, рассматривая меня. Хочется забраться к ней под одеяло и потискать немного, добраться до ее чувствительных мест и…

- Привет, - отвечает она. – Который час?

- Уже вечер, я немного задержался. Как ты себя чувствуешь?

- Уже хорошо.

- Тогда пошли ужинать. Надеюсь, ты любишь паназиатскую кухню?

- Я никогда ее не ела, - шепотом признается девочка и отводит глаза, будто ей стыдно.

- Тогда пошли, накормлю. Тебе понравится, - протягиваю ей руку.

- Сейчас… Я приведу себя в порядок, - тараторит Агния.

- Ты и так прекрасна, пошли, - сам беру ее за руку и тяну за собой. Не сопротивляется, идет.

- Итак. Еда в пакетах. Накроем в гостиной? – спрашиваю, приводя Агнию на кухню. Кивает, пытаясь поправить волосы. А мне она нравится вот такая - немного растрёпанная, словно у себя дома. Хочу, чтобы мой дом стал нашим. - Тогда бери тарелки и приборы, - указываю на шкаф, доставая еду из контейнеров.

Мы накрываем на низкий журнальный столик рядом с креслами.

- Пахнет и выглядит вкусно, - говорит Агния, когда мы садимся за стол.

- Все просто, паназия - это сборник азиатской кухни. - Пряно, немного остро, но вкусно, - я умалчиваю, что эта кухня за счет специй и остроты обостряет чувства и возбуждает. - Рыба в карри и кокосовом молоке, пряная утка в медовом соусе с рисовой лапшой, острые креветки с базиликом и овощи со специями. Пробуй, - нанизываю на вилку креветку и протягиваю девочке. Она пытается взять вилку, но я не позволяю. – Ешь из моих рук, - девочка замирает на секунды, облизывает губы и все-таки съедает креветку. – Умница. Я порекомендовал бы запивать это все вином, но не сегодня.

- Не уверена, что вообще еще хоть когда-нибудь прикоснусь к алкоголю, - морщится Агния.

- В следующий раз ты просто будешь принимать алкоголь только из моих рук, - уверенно произношу я, принимаясь за еду. Агния вздыхает, съедает немного рыбы и овощей, вновь избегая моего взгляда. Все-таки есть своя прелесть в невинности. – Как тебе?

- Это, и правда, очень вкусно и необычно. Раньше не любила слишком острую еду, но здесь все гармонично сочетается.

- Рад тебя удивлять. Это приятно.

Она смущенно улыбается, и мне это приносит удовольствие. Оказывается, в кайф отдавать все женщине. Особенно такой неискушенной. Она даже ест соблазнительно, сама не подозревая, что делает со мной.

- Может вы… - запинается, забываясь, что мы перешли на «ты». В нашем мире, где модно панибратство, подобная воспитанность - тоже редкость. И где же выращивают таких замечательных девочек? И какой судьбой она досталась мне? Кого благодарить за это чудо? – Ты… - поправляется Агния. – Может, ты уже расскажешь, что я вчера творила?

- Ох, Агния, - усмехаюсь я, закатывая глаза, держа интригу. Мне чертовски нравится, как она смущается, краснеет и кусает губы. – Обязательно расскажу и даже покажу, но только после того, как ты мне все расскажешь о себе, - по смене настроения, вижу, что тема ей неприятна. Но меня это не остановит.

- Что ты хочешь знать?

- Все. Все, что тебя беспокоит и тяготит. И как так вышло. Пойми, чтобы тебя защитить, мне нужно уяснить суть проблемы, мне надо знать все.

Агния мнется, рассматривая еду, не спеша делится со мной сокровенным:

- Вы не обязаны меня защищать.

- Не обязан, но я так хочу. Я, можно сказать, должен это сделать. И ты опять перешла на «вы». Чтоб больше не слышал этого! – наигранно строго говорю я, заставляя девочку улыбнуться.