Она уходит со мной-2 - Алиса Ковалевская

— Моя жена видела во мне отличную возможность устроить свою жизнь, — сказал я, тронув автомобиль с места. – А её мамаша ей в этом очень хорошо подпевала. Та ещё сука.

Притихшая девчонка смотрела на меня во все глаза. Напридумывала себе невесть что, сама в это поверила.

С розами в руках она была воплощением женственности. Есть женщины, которым особенно идут цветы. Есть женщины, которым особенно идут розы. Нике розы шли. Нежные, они оттеняли её кожу и глаза, тонкие пальцы лежали на стеблях естественно, словно были для этого и предназначены.

— Она тебе изменяла?

Я хмыкнул. Смотря, что считать изменой.

— Нет ничего хуже, Ника, чем ложиться в постель со своей женщиной и понимать, что там уже кто-то есть. Хотя нет, — ещё одна усмешка над самим собой. – Хуже только, когда знаешь, кто именно.

Мы влились в поток машин. Вероника перехватила букет, сдвинула колени. Будь оно всё неладно!

Если и на этот раз я сделал провальную ставку, никаких проволочек. Рвать сразу, без тупого сожаления и ожидания.

— А девочка с фотографии?

— Девочка… Её зовут Алиса.

Вероника смотрела на меня искоса. Сочинённое ею для меня прошлое рушилось, а новое не успевало выстраиваться. Да, прошлое выстроить труднее, чем настоящее. Потому что оно неизменно и уже прошло.

— Она могла быть моей дочерью, но её отец – другой мужчина.

— Значит, твоя жена всё-таки изменила тебе? Или, когда вы поженились, у неё уже был ребёнок?

— Нет, когда мы поженились, ребёнка у неё не было, — достал сигарету. Проклятая привычка. – Но я практически с самого начала знал, что она не моя родная дочь.

Дым попал в глаза. Я прищурился. Опустил окно со стороны девчонки, назвать женой которую ещё месяц назад язык бы не повернулся. А теперь на пальце у неё красовалось моё кольцо, и каждый раз, натыкаясь на него взглядом, я испытывал дикое удовлетворение.

— Я думала… — перехватив мой взгляд, она виновато замолчала. Вздохнула. – Мог бы мне сразу сказать.

— Что? Что моя бывшая жена жива, а ребёнок, которого я растил пять лет, не мой? Что я мог тебе сказать?

Вероника не ответила. И мне бы закончить на этом, но почувствовавшие запах брызнувшей из старых ран крови демоны задрали уродливые головы. Глоток дыма ободрал глотку, обжёг лёгкие. Глядя на маячивший впереди светофор, я думал о женщине, которую вычеркнул из жизни. Вычеркнул, чёрт её дери. Чувств к Кристине не было уже давно. Напоследок мы с ней исполнили вальс на раскалённых углях, в которое превратились желания и надежды на одно большое «вместе». От любви до ненависти один шаг? Нихрена. От любви до ненависти километры дней и лабиринты ошибок, недомолвок, ведущих к опустошению.

—Ты поэтому так отреагировал, когда я сказала тебе про беременность? – нарушила тишину Ника. – Твоя бывшая жена родила от другого мужчины, и ты решил, что я…

— Не поэтому.

Говорить совсем не хотелось. Но если уж начинать заново, то заново. Времени проанализировать жизнь с Кристиной у меня было достаточно.

За первой последовала вторая сигарета. Вероника ждала. Подкурив, я выговорил:

— С самого начала я хотел ребёнка. Но у нас не выходило. И Кристина тут была ни при чём. Это выяснилось не сразу. Когда появилась Алиса, я сделал тест на отцовство.

Чёрт! Сколько я ни трахал бывшую жену – ничего. Сукин сын Агатов заделал ей ребёнка с первого раза. Насмешка судьбы, ни дать, ни взять. А теперь сука-судьба зеркалила. Уверенный, что последствий не будет, я и не думал о предохранении. А теперь вот они, последствия.

— Обследование показало, что мои шансы иметь детей ничтожно малы. Можно было пройти лечение, но нахрена? На тот момент мне это стало уже не нужно.

— У меня никого, кроме тебя, не было.

— Знаю. Дело не в тебе.

— А в ком? – испытующий взгляд из-под длинных ресниц. – В тебе? Или в ней?

Хотел бы я дать ей чёткий ответ. Но пока его не было. Крис вывернула мне душу, выпотрошила, да так и оставила. Надевая ей кольцо и ставя роспись в книге регистраций, я был готов дать ей всё. Я, мать её, хотел дать ей всё: будущее, благоустроенную жизнь, любовь. Но с каждым днём отчётливее понимал, не нужно ей ничего. Возвращался домой после очередной встречи и не находил там женщину, которой лучше было в моё отсутствие. Натянутая улыбка и секс, схожий с выплатой кредита. Супружеский долг, чтоб его! Зато картинка для окружающих что надо: успешный предприниматель и его красавица-жена. Я начал ревновать её к каждому столбу: подруга, сестра… Это стало замкнутым кругом, выхода из которого не было. Любовь и ненависть. До тех пор, пока вторая не хлестнула через край.

— Кто ты? – опять Вероника. И опять её взгляд. Огромные голубые глаза и обрамляющие нежное лицо золотистые волосы. Захотелось остановить машину и…

Да проклятье! Резко свернув к обочине, втопил тормоз. Вероника испуганно ахнула. Я впился взглядом в её лицо.Мимо нас с рёвом пронеслись несколько мотоциклов.

Я вышел из машины. Обошёл и выдернул Нику. Забрал у неё букет и положил на сиденье. Её губы приоткрылись, в глазах была опаска.

— А кто тебе нужен? – костяшками по синяку на щеке.

Она поморщилась. Я погладил очень нежно. Ублюдок! Сегодня же сделаю пару звонков, чтобы этому извращенцу поменяли местами руки и ноги. Нет… Нет, чёрт подери. Сидеть он не будет – сдохнет медленно и погано.

— Кто тебе нужен, Ника? – повторил, очерчивая её губы.

— Мне нужен тот, — она шептала, — кто будет меня любить. Кто будет заботиться о нас. Тот, кто не предаст, не бросит.

— А ты сама? – тоже очень тихо, вглядываясь в её глаза. – Разве этого достаточно? Своей бывшей жене я готов был дать всё. Верность, любовь. Но как выяснилось, этого недостаточно. Кто нужен тебе, Ника?

— Тот, кому я буду доверять. Без доверия не может быть любви, Дим.

Она отвернулась. Вздохнула и отошла на полшага. Я поймал её за руку и вернул на место.

— Я ношу под сердцем твоего ребёнка, разве тебе этого мало?

Я смотрел на неё ещё долго. Потом качнул головой. Дотронулся до её талии и провёл к животу. Она затаила дыхание. Помедлила и нерешительно накрыла мою руку своей.

— Почему ты прятался в нашем городке?

— Если отвечу, это что-нибудь изменит?

Её отрицательный кивок был ответом. Рассказывать историю любви, предательства, грязных интриг и плохих поступков было бы долго, скучно и непредусмотрительно. Душевный стриптиз никогда не входил в список моих любимых занятий. На моей совести достаточно дерьма.

— Ты связан с криминалом? Ты бандит, Дим? Поэтому ты прятался?

— Я много с чем связан, девочка, — собрал кофту и притянул Веронику к себе вплотную. Вторую руку опустил ей между лопаток. Перехватил ладонь. – Но, главное – я связан с тобой, — сплёл наши пальцы. – Крепко связан. Крепче некуда, — по её спине и опять к животу. – Навсегда.